И то, если правильно помню, существенная часть этого оборудования была в аренде. И после поражения в войне, Покровскому пришлось опустошать счета рода, чтобы выплатить их стоимость. Причём откровенно несправедливо – полную. Без учёта того, что многое уже использовалось.

– Что всё ещё питает рабочие барьеры? – спросил Пламенев.

Полагаю, у меня. Но я плохо помнил структуру комплекса. Зато ответила Высоцкая.

– Скорее всего, закопанный под землю эфирный реактор уцелел. Он должен был питать всю базу с щитами и оружием – топлива в них большой запас. Пара генераторов аномальных полей потребляют не слишком много энергии.

– Командир… разрешите немного осмотреться, – я нагнал в голос тоски. О менталисте помнил и потому старательно закрывал разум, чтобы не показать настоящие эмоции. Усилием воли не загрустишь по-настоящему. Разве что гонять в голове картины разрушений Альдарана и образы павших товарищей.

– Хорошо… монстров не видно. Далеко не отходите и в случае угрозы – уводите монстра по дуге в сторону, чтобы сначала скрыться.

Пока группа летела к открытым коробкам гаражей техники, которые пострадали меньше всего, я высматривал самые дорогие на вид доспехи с родовым гербом. Аристократы предпочитают выделяться, отличаясь от простой гвардии. Командиры обычно выделяются особенно сильно, так чтобы любой мог их узнать.

Вижу алый доспех, утопающий в поле молодых фиолетовых растений. Полагаю, это и есть граф Николай Покровский, отец Андрея.

Я опустился на поросший травой каменистый склон к красному доспеху, распластавшемуся на спине. В районе живота рана от пробивного удара – скорее всего магия из разряда создающих материю, как мои кристаллы. Хотя, может быть, и укол обычным копьём.

Множество мелких поверхностных повреждений, от которых спасла броня. Правую руку как будто окунули в кислоту, утопающие в растительности механические крылья оплавлены.

Не мог я не ощутить причастности к роду. Всё же не заслужили Покровские такого конца.

Я подумывал снять шлем, но услышал голос Высоцкой.

– Не стоит. Вряд ли ты хочешь это видеть. Если ты не против, могу помочь.

Я обернулся, посмотрев на угловатый доспех младшего из командиров, которая стояла на разрушенном модуле.

– Да… хорошо, потом.

Пришлось подыграть, изобразив рваные фразы. Я повернулся к доспеху и некоторое время просто рассматривал его. Потом попытался активировать наруч. Но он молчал – нет питания. Достал из кармашка небольшую энергоячейку и открыв крышку слота сбоку в районе бедра, заменил элемент. Есть контакт… и операционная система выдала ошибку. Чтоб его.

В Хоре Вечности искажение законов магии – они тут работают немного неправильно. Это губительно для людей, но может затронуть и артефакты, оставшиеся без защиты аномальных полей или ауры человека, как бы удерживающей привычные законы мироздания. Хотя коэффициент шестёрка – ещё не такой страшный. Может быть просто результат полученного урона.

Странно, что падальщики не пытались вскрыть доспех… но в этом безумном мире может быть столько неизвестных мне объяснений, что без надобности не стану даже строить догадки.

Покопавшись с наручем, снял всё устройство, обычно хранящее данные и развернул мешок для трофеев из подсумка. Отсеки для хранения доспеха можно было открыть и снаружи даже при неисправной системе: это же не сейфовые ячейки. Я забрал телефон, перстень с гербом, некий медальон и пару флешек, которые убрал вовсе внутрь своего доспеха, добавив к ним и ту в форме крыла. Быть может, одна из них является ключом от архива.

Воспользовавшись тем, что за мной не могли внимательно следить, но чётко видели, что я собираю личные вещи бывшего главы рода, бросил в тот же мешок чёрно-золотой медальон, зажатый между рукой и щитом реликтов. Потом разберусь, что он делает.

Уже думал завершить сбор важных вещей, как заметил нечто серое между густых листьев фиолетово-зелёного ковра низких трав. Это оказалось помещающееся в руке выпуклое стальное устройство с треснувшей округлой линзой в верхней части. Портативный голопроектор?

Покрутив устройство в руке, нашёл снизу надпись, торопливо, криво нацарапанную чем-то острым: «Мария П. сыну». Так… выходит на момент конца битвы, мать Андрея ещё была жива. Вот только на устройстве вмятина и при нажатии на большую кнопку включения лишь ненадолго загорелась красная лампочка. Чтоб его, уже начинаю думать, что Шейд управляет судьбами и в пассивном режиме портит расклад всем врагам, даже если не знает о них.

Раздражённый отсутствием ответов, тоже убрал устройство в мешочек для трофеев и затянув его стяжками на липучках, чтобы содержимое не болталось, закрепил справа на поясе.

Ещё ненадолго замерев над доспехом, встал и взлетел.

– Я бы потом хотел его похоронить. Понимаю, времени нет, но тут достаточно… воронок.

– Если ничто не помешает, – согласилась Высоцкая. – Отправила Назарова искать внешние модули генератора защиты, вам лучше пока отдохнуть.

Не стал возражать и полетел к гаражам, в которых правда осталась лишь пара промышленных грузовых левитирующих платформ. Когда зашёл под защиту, с плеч действительно свалилось давление. А неразборчивый хор в голове притих, хоть и не исчез полностью. Представляю, как он пугал первых пришедших сюда. Но призраков и нежити здесь нет.

Так, думаем о павших товарищах из Ордена. Ненавижу мозголазов…

Устало сел на скамью в углу и снял шлем, полной грудью вдохнув пряный воздух. Ко мне подошла открывшая лицевой щиток Юсупова и протянула большую флягу.

– Тут есть очиститель воды для пополнения. Вроде всё чисто. Ты в порядке?

– Спасибо за заботу, миледи, в полном, – я сделал улыбку немного вымученной, приняв воду и тут же приложившись.

– Да какая забота? Потеря каждого члена отряда снижает шанс на выживание! – возмутилась княжна.

– Но я сюда сам пришёл, могла просто сказать, что там есть вода.

На лице Яны отражался мыслительный процесс, вычисляющий, как реагировать. В итоге она просто кивнула и предпочла уйти.

– Андрей, можешь открыть? Тут запасной ящик с оружием, – позвал Махов из закрытого помещения.

Осушил флягу и нехотя поднялся, пройдя в помещение вроде мастерской для ремонта деталей. Набрал пару команд на коммуникаторе и нажал кнопку. Старый ключ доступа старшего сына сработал и замки щёлкнули. Правда, ящик оказался не полным. Но кое-какое оружие имелось.

Я свою здоровую рельсовую винтовку так и таскал на спине, сбоку от двигательного модуля. Мощность экзоскелета позволяла не замечать её массу.

Помещения гаражей оказались довольно просторными – имелись складские зоны и даже жилая. Видимо для сменных охранников. Большие ворота удалось закрыть, хотя герметичным помещение это не сделало.

Пламенев оперативно раздобыл расходные материалы для доспехов и помогал всем перезарядиться или просто набрать запас с собой. Корсаков всё бегал где-то разведчиком. А Назаров вскоре притащил два доспеха без встроенного защитного поля. Внешние модули представляли собой вставленные в открытые слоты дополнительного оборудования блоки с угловатыми пластинами.

Далеко не миниатюрная вещица, даже если не учитывать корпус. Можно заметно удешевить, уменьшить и облегчить доспех, убрав их из встроенного оборудования. Далеко не все по аномальным Осколкам бегают. У Пламенева, Махова и Корсакова модули тоже внешние. Разве что покрашены в тон доспеха и сливаются с его дизайном, не выделяясь.

– Итак, сейчас всем лечь отдыхать, – приказал Панов, всё ещё залечивающий себя. – Некоторые уже с ног валятся. Я пока всё равно не смогу заснуть из-за травмы. Никаких прогулок в одиночестве. Покровский, особенно вас касается. Всё понимаю, потом поищем компьютеры и других важных вам людей или вещи. Но берите не больше, чем сможете унести, не бросая оружие.

Я просто коротко кивнул и покопался в прицепленном к руке щите. В итоге удалось найти на рукояти кнопки, отвечающие за открытие захватов. И я просто положил щит на ближайшую тумбу. Нашёл себе удобный угол в соседней секции гаража, надел шлем и вырубился.