В самом скромном и сдержанном варианте, развернувшееся зрелище можно было назвать впечатляющим. Я бы скорее сказал, что оно поражало и пугало. Сдерживаемый барьером мрачный шторм из фиолетовых, алых и чёрных оттенков, пыльная пелена и огромная чёрная дыра!

Разлом, из которого нас вышвырнуло, оставил после себя лишь искры. На платформу осыпалось немного стального мусора и вся наша команда. Кроме меня, на ноги смогли приземлиться только Панов и Корсаков: остальные прокатились по поверхности и обеспокоенно осматривали круглую платформу, за которой не удавалось разглядеть и клочка поверхности.

– Где мы? – испуганно спросила Юсупова.

– Почему генератор разлома активировался?! Вы видели Волкова?! – вопрошала Вавилова.

Назаров и Махов сбивчиво матерились. Остальные молчали и осматривались в поисках угроз.

– Всем собраться! Назаров, что ты делал?

Панов, ожидаемо, взял в себя в руки первым… если не считать одного магистра Ордена Равновесия. Но мне положено быть шокированным.

– Стабилизировал пространство, чтобы нас не убило! Я-я… не знаю, нас перенесло! Разлом сработал и разрушился! Мы сможем его активировать снова?

Впервые видел, как Назаров потерял самообладание. Ситуация и правда дрянь. А потому положил руку в почти пустой чехол на поясе и стал вытягивать остатки эль-кристаллов, ещё не рассыпавшихся в мелкий прах. Вся энергия переносилась в неактивное кольцо, которое мне скоро очень пригодится.

Чешуйка тоже делился. На разведку его пока не отпускал: может заметить команда, или, чего доброго, какая-нибудь опасная дрянь.

– Система опознавания Осколков ничего не даёт, – Корсаков махал перед собой рукой, судя по всему переведя визор в режим дополненной реальности с управлением касанием. – Нет, погодите! Нашёл по признакам! Название: Вечная Буря. Коэффициент аномальности три, но уровень опасности среды фатальный именно из-за плотного энергетического урагана, который особенно сильно действует на душу. Информации почти нет, монстры не обнаружены, размер неизвестен.

Пу-пу-пу-у… крепко мы попали. Ужасная видимость в сочетании с энергетическим штормом делает обнаружение разломов задачкой с уровнем сложности «кошмар». Трудно сказать, с какой дистанции мы заметим его свечение – метров пятьдесят, если повезёт с сотни? А все методы сканирования вообще бесполезны.

– Как глубоко Осколок? – спросила Высоцкая упавшим голосом. Мне же пришлось ловить и поддерживать Юсупову, у которой подкосились ноги.

Миниатюрная девушка тут же дёрнулась и вырвалась из хватки, но просто коротко кивнула.

– Последний раз его обнаруживали на глубине… в девять переходов китайской разведывательной командой. Маршрут немного не прямой, но…

– Мы обречены…

Слова Высоцкой прозвучали как приговор.

– Если не сможем снова активировать переход обратно или в место благоприятнее. Полагаю, только я смогу искать разломы вне этого защитного поля реликтов, – Панов осматривался. Мне же опять пришлось ловить Яну.

– Да отцепись ты! М-мы… я…

Княжна оттолкнула меня, предпочтя с грохотом упасть на стальную платформу. Она сняла шлем, тяжело дыша и смотря в пустоту перед собой.

– Корсаков, как тут с атмосферой? – уточнила Высоцкая, включая свои сканеры.

– Предположительно, пригодная. Хотя тут много пыли, пропитанной энергией. Яна Анатольевна, вы ведёте себя недостойно.

– Да иди ты к демонам вместе со всем своим родом! – взвыла Юсупова. Я переглянулся с молчаливым Пламеневым, встал на колено перед девушкой и тоже снял шлем, игнорируя несколько просьб так не делать. Подчиняться я должен только Панову, а тот молчал.

Пахло пылью, немного гарью и озоном, но в целом ничего особого.

Встретился взглядом с покрасневшими светло-карими глазами, в которых появились капельки слёз.

– Мне кажется, ты слишком отважная и самоуверенная, чтобы впадать в истерику. Видишь, даже какие-то нахальные выскочки спокойны. И я понимаю, что это не просто страх.

– Она чувствует себя виноватой, – подтвердил Корсаков. А когда я немного повернулся и посмотрел на него краем глаза, равнодушно продолжил фразу. – Я менталист. Это наше базовое умение – ощущать эмоциональный фон.

Юсупова вновь встретилась со мной взглядом и поджала губы, собравшись.

– Дело в этом. Извлекли из наруча доспеха реликта. Наверняка в этом…

Она достала из поясной сумки коробочку, которая открылась через секунду после нажатия кнопки. Наверняка с каким-то замком, проверившим, кто держит её в руках. Внутри на подушечке лежало нечто вроде электронного ключа от машины. Пять кнопок с разными понятными символами. На самом корпусе красовался знак в виде дерева, половина которого зелёная, а другая мёртвая – голые ветви, как будто бы распадающиеся на осколки.

Махов грязно выругался.

– Мы тут все подохнем из-за этой идиотки! Притащить долбанный пульт на базу!

– Не стоит так кричать… Савелий! – повысил голос Пламенев. Разошедшийся огневик, аура которая уже пылала, остановился и послал советчика. Но Пламенев остался холоден. – Я понимаю, как это выглядит, но нужно быть спокойнее. Мог ли вообще один только пульт запустить генератор разлома? Вообще это если не ключ от транспорта, то максимум от какой-нибудь двери.

– И всё же вы принесли его, не сообщив нам, – Панов недовольно навис над Юсуповой, всё ещё смотревшей на меня. – Объясните?

– Аргумент, чтобы в любом случае оказаться в комплексе и исследовать его. Он вообще не должен быть активен… но элемент питания заменили. И он сложный…

Я похлопал Юсупову по плечу, получив ошалелый взгляд, и встал.

– Не будем разбрасываться обвинениями. Я тоже так считаю. Как думаешь, сможешь намеренно включить установку на обратный путь?

– Не знаю…

– А если вернуть режим самоуверенной княжны?

– Ни малейшего понятия… – всё так же тихо пробормотала потерянная Яна. Вообще хорошо, что она ощущает вину. Но я знаю, что к нам подбирались непонятные убийцы и дело может быть в них. Жаль, этот вопрос обсудить не могу. В любом случае, она тут один из основных экспертов по реликтам.

Команда немного обсудила темы – выяснили, что никто ничего не видел и, конечно же, не трогал. Судя по отсутствию Волкова, его в коридоре не достало. Вот наличие непонятных обломков напрягало – а работает ли ещё та установка?

В любом случае, Панов решил исследовать объект, на котором мы стояли – диаметром около двадцати метров. В одном месте чётко очерчивалась платформа лифта. Но как её активировать было непонятно. Также в направлении, куда нас вышвырнуло, обнаружилась каркасная стальная лестница с перилами, которая спускалась вниз примерно на пять метров и поворачивала к двери.

Насколько мы увидели, строение представляло собой невысокую башню с более широким основанием, стоявшую посреди каменистой пустоши. Всего метров пятнадцать высотой, так что корректнее назвать её неровным цилиндром.

Барьер поддерживало множество торчавших из корпуса антенн со светящимися концами. Где-то треть сломалась. Но то что они вообще ещё работают впечатляло. Тем более других разрушений мы не наблюдали.

Фон энергии, кстати, зашкаливал даже под барьером. Но мне в целом комфортно. Душа, закалённая потоком силы сражения с Шейд, спокойно держала нагрузку.

– Всем пока на всякий случай включить аномальное защитное поле, – приказал Панов. И уставился на меня, единственного не исполнившего приказ.

– Да как бы… нету. Оно не встроено в эту модель, а я не видел смысла цеплять лишний вес в оружейной.

– О милостивая богиня… Насколько вам плохо?

– В полном порядке, – пожал я плечами. – Детские игры на фоне одной сверкающей сферы в подземелье.

Панов задумчиво что-то промычал и вернулся к построению планов.

Нужна разведка – он идёт в авангарде вместе с Корсаковым. Всё так же боясь что-то доломать, оставил пиромантов следить за верхней платформой. Назарова же послал с нами. Двери вскрывать не пришлось – они и так застыли в открытом положении. Хотя освещение внутри комплекса работало штатно: пусть кое-где сломалось.