– Иван Иванович, я вас сразу предупрежу, что у меня почти не было практики, – опасливо сказала Юля.

– Ничего страшного, мы здесь собрались, как раз чтобы набраться опыта. И чтобы случайно кого-то не убить, – говоря это, магистр косился на меня.

– У меня большинство заклинаний выходят, как худшие. Они просто не срабатывают.

– Продемонстрируйте какое-нибудь.

– Любое?

– Да, хочу увидеть, в чём заключается ваша ошибка.

– Тогда пусть будет заклинание для лечения мочекаменной болезни.

– Юлечка, давайте что попроще. Чтобы увидеть действие этого заклинания, придётся манекен расчленять. А кто его обратно исцелит?

По аудитории снова прокатились смешки. Один я наблюдал с серьёзным выражением лица, да Вербенов сидел недовольный. Кажется, он вообще не умел улыбаться.

– Тогда восстановление кожного покрова, – решила Юля.

– Замечательно, – отозвался магистр и начертил на стекле руну.

В одно мгновение кожа с правой руки манекена исчезла до самого локтя. Обнажились красные мышцы, и мелкие капли крови попали в окружавшую манекена жидкость.

Юля выдохнула, набираясь смелости. Обернулась на меня. Я кивнул в знак поддержки. И девушка подошла к стеклу и прочитала заклинание.

Ничего не произошло. Тогда она прочитала его ещё два раза.

– Достаточно, Юлечка. Скажите, сколько маны вы вложили в это заклинание?

– Сколько смогла.

– Понятно, – вздохнул магистр. – У вас проблема с передачей маны. Но это ничего, уже на следующем занятии у профессора Ромашкина вы будете учиться работать со своей энергией. Он покажет вам, как правильно направлять ману именно в вашем случае, и уверен, что через пару уроков это заклинание у вас получится.

Юля кивнула и поблагодарила магистра. А после вернулась за свою парту. Довольная от осознания того, что в её случае ещё не всё потеряно.

Ведь на испытании Юля не смогла показать ничего. Серьёзно. Ни одно из её заклинаний не сработало на подопытной мыши. Но после того, как я заявил, что отказываюсь учиться без Юли, князь Нерпов тоже решил, что у девушки не всё потеряно.

А в самом деле в неё верю. Такое упорство всегда вознаграждается.

– Есть ещё желающие? – спросил у всех присутствующих магистр.

Гробовая тишина. Кажется, студенты даже боялись шевелиться. А я тоже не рыпался, поскольку не знал ни одного заклинания исцеления, и мне нечего было демонстрировать. Вот когда будет задание кого-нибудь проклинать, тогда я побегу первый.

– Лес рук, – иронично подметил Иван Иванович. – Тогда давайте по списку. Начнём с буквы «А». Акулин, выходите!

__________________

Дорогие читатели, в академии ходит слух, что если поставить книге сердечко и написать комментарий, то в обед будет выложена бонусная глава. И автору приятно, и вам интересное продолжение пораньше.

Я поднялся с места и подошёл к манекену. Не хотелось говорить перед одногруппниками, что я не знаю ни одного заклинания исцеления.

Да, все вчера видели, на что я способен, но никто не мог знать, какая магия была применена. Ведь целители помимо лечения умеют и калечить, так что их лучше не злить. И, то что я вчера проделал вполне могло показаться окружающим каким-нибудь обратным заклинанием остановки внутреннего кровотечения, а не магией крови.

– Сергей Александрович, продемонстрируйте нам что-нибудь. Что угодно, – с интересом попросил магистр.

«Что угодно. Значит» – мысленно усмехнулся я. Ну, хорошо.

Я подошёл к аквариуму и начертил на стекле руну, которую выведал в трактате по магии крови, а затем соединил с одним проклятьем. В последнее время все руны и заклинания старался объединять так, чтобы при использовании развивать оба своих источника.

Только, видимо, снова переборщил с количеством вкладываемой маны. Потому что стекло пошло трещинами. Густая жидкость внутри закипела, а магистр посмотрел на меня вытаращенными глазами.

Но не успел Иван Иванович открыть рот, как наш манекен взорвался, и всю аудиторию окропило густой прозрачной слизью, кусками плоти и осколками стекла.

– Фу-у, – протянула Юля, стряхивая со своего плеча кусок пальца.

– Кажется, у тебя кусок кожи на голове, – иронично подметил я, хотя сам испачкался больше всех.

Аудитория завопила. Кто-то получил мелкие порезы.

Магистр вытер с лица кровавое нечто той самой простынёй, что раньше прикрывала манекен.

– Сергей Александрович, – злобно процедил он. – Что за руну вы использовали? Целители же используют только заклинания.

Казалось, что сейчас магистр эту самую руну на мне испробует в отместку за испорченный манекен.

– Вы же сказали показать что угодно. Я и показал, что умел, – ответил я.

– Сергей Александрович, какой у нас предмет?

– Основы целительского дела.

– Так при чём здесь рунная магия?

Было слышно, что магистр сдерживался, чтобы не перейти на крик.

– Каждый использует, что умеет, – пожал плечами я. – Предупреждал же вас вчера, что у меня совсем другой профиль.

– Ну а взрывать учебный артефакт-то зачем? – перешёл на крик он.

– Да вы успокойтесь. Я же не специально. Вообще, планировал сделать несколько мелких надрезов. А получилось, ну вы сами видели.

Магистр шумно выдохнул. И ещё раз. Потом отошёл к своему столу, достал металлическую фляжку и сделал несколько глубоких глотков.

– Занятие окончено! Займитесь лечением своих ран. Если у самих пока не выходит, попросите помощи одногруппников! – громко указал Иван Иванович.

Недовольные студенты стали собираться и уходить. Только вот Юля осталась дожидаться меня. Ведь по выражению лица магистра было видно, что указание ко мне не относится.

– Прошу простить меня за резкость, Сергей Александрович. Поймите, что мне придётся отчитываться за испорченный артефакт.

– Если вы беспокоитесь о реакции директора, то я сам могу подойти к нему и признаться в своём косяке. Думаю, он поймёт.

– Благодарю, но не стоит. Это моя ответственность, а не ваша. Просто в прошлом году мы их двадцать испортили, а тут уже в первый день. Не ожидал я, – выдохнул он. – Ладно, вы можете идти. Но попрошу вас заглянуть ко мне после основных занятий.

– Куда заглянуть? – спросил я, осматриваясь.

Это был намёк, что аудиторию явно сегодня отмыть не успеют.

– А в соседний кабинет. Он, конечно, поменьше, но там хотя бы взрывать нечего, – улыбнулся магистр.

Интересно, что за напиток на него так подействовал? Судя по запаху от магистра это был коньяк.

– Хорошо, я приду.

– А мне можно? – подала голос Юля.

– А вам зачем, Юлия Игоревна? – удивился Иван Иванович.

– Я тоже хочу дополнительные занятия по целительскому делу.

Шиповников снова шумно выдохнул. Точно, это коньяк на него так подействовал. Добротный такой.

– Хорошо. Приходите, там уже по факту разберёмся.

– Благодарю, для Юлии очень важно научиться использовать свою силу, – мягко сказал я.

Я забрал Юлю из аудитории, и мы пошли в общежитие, чтобы помыться и переодеться. И все проходящие мимо студенты на нас косились. Конечно, занятия только начались, а мы уже с ног до головы в крови.

Но благо из-за того, что Иван Иванович отпустил нас пораньше, мы успели привести себя в порядок. Юля пошла на занятие по анатомии, а я направился на урок по магии стихии воды.

Зашёл в корпус для обучения стихийников и поднялся на третий этаж. Здесь на стенах был нарисован подводный мир. Я снова засмотрелся на рисунки причудливых рыб.

В аудиториях не было дверей, вместо этого в высоких арках стояли барьеры тишины. Я зашёл в небольшое помещение с партами, рассчитанными на двух человек, и увидел Мариссу.

Она сидела прямо возле стола преподавателя и махала мне рукой. Я присел рядом.

– Неужто сегодня будет теория? – с надеждой спросил я у девушки.

А то мне, казалось, достаточно один раз выделиться за учебный день. Ещё раз не хотелось. А я в себе не сомневался, учитывая настолько сильный мой родовой дар.