Меня лишить державства захотел.

Впредь дай мне жить, как ныне, без урона,

Владеть дворцом и скипетром Атридов,

Вкушая счастья дни среди всегдашних

Друзей моих и с теми из детей,

Чья неприязнь меня не оскорбляет.

Будь, Аполлон Ликейский, благосклонен

К моей мольбе, ко всем, тебя просящим!

Ты — бог, и сам, я думаю, ты знаешь

Все остальное… то, о чем молчу.

Все в мире зрят рожденные от Зевса.

Входит Наставник.

Наставник Вы, жены, вижу, здешние: скажите,

Не это ли дворец царя Эгиста?

Хор Да, чужестранец, — это он и есть.

Наставник А это, как могу предположить,

Его супруга? Видно, что царица!

Хор Не иначе — царица пред тобой.

Наставник Привет, царица! Я тебе с супругом

От друга весть приятную несу.

Клитемнестра Я рада слышать, — но сперва хочу

Осведомиться, кем сюда ты послан?

Наставник Фокейцем Фанотеем, с важным делом.

Клитемнестра С каким же, гость? О говори! От друга

Лишь дружеских я ожидаю слов.

Наставник Короче говоря — Орест скончался.

Электра О горе мне! Теперь погибла я…

Клитемнестра Что, что сказал ты, гость?.. Ее не слушай…

Наставник Я повторю: Ореста нет в живых.

Электра Пропала я, несчастная… Конец…

Клитемнестра Ты здесь при чем?.. А ты, о чужестранец,

Всю правду мне скажи: как он погиб?

Наставник Я для того и прислан, все скажу.

Прибыв на место знаменитых игрищ

Всеэллинских — дельфийских состязаний —

И услыхав глашатая призыв,

Он встал в ряду для первого забега —

Он весь сиял, все восхищались им —

И, бег закончив у исходной точки,

Почетную награду получил…

Но буду краток: в жизни я не видел

Ни подвигов таких, ни торжества.

Да, знай: во всех судьей провозглашенных

Соревнованьях первым был Орест.

Едва глашатай выкликал: аргивец

Орест, сын Агамемнона, который

Собрал Эллады доблестную рать! —

Все повторяли радостно: «Счастливец!»

Так дело шло… Но если бог начнет

Преследовать, и сильный не спасется…

Наутро прибыл он с восходом солнца

На колесничные бега, — немало

Еще возниц в тот день соревновалось:

Ахеец и спартанец, два ливийца,^[20]

Искусники однояремной править

Четверкою; с упряжкой фессалийских

Кобыл, Орест был пятым; на буланых

Шестым шел этолиец, и магнет^[21] —

Седьмым; восьмым — эниец шел на белых;

Девятый прибыл из Афин, богами

Воздвигнутых; в десятой колеснице

Был беотиец^[22] родом. Колесницы

Построили по жребию, труба

Знак подала — и ринулись вперед!

Вот, на коней загикав, как один,

Взметнули вожжи. Грохотом колес

Наполнилось ристалище. Взвилась

Пыль. Мчались ровно, скопом, не жалели

Стрекал. Стремился каждый обогнать

Соседнего возницу и храпящих

Его коней — на спины и колеса

Летели клочья пены с конских морд.

Орест едва ступицей не задел

О крайний столб. Он, правой пристяжной

Дав волю, левой сдерживал стремленье.

В порядке колесницы шли. Но вот

Энийца туго взнузданные кони

Вдруг понесли — и в сторону… Когда же

На круг седьмой уже переходили,

Вдруг сшиблись с колесницею баркейца.^[23]

Враз две беды! Разбились в прах и грудой

Свалились друг на друга, — поле Крисы