Причём уже опытным путём я выяснила, что как раз это лучше делать вручную. Подобрать заклинание пока не получалось, и мука после магических потоков получалась недостаточно воздушной.

Всё же что-то в кулинарии является своей, уникальной магией и её нельзя нарушать.

Но не успела я просеять и половину муки даже в первый раз, как почувствовала странный запах.

— Ты что натворил?!

От возмущения я всё же перешла на «ты», даже не заметив этого.

— А что такого? — не понял Кас.

— Я сказала растопить масло, а не сжечь его! Специально ведь указала, что на медленном огне нужно!

— На медленном огне слишком долго, — пожал он плечами, заглядывая в сотейник.

Там плавало ярко-жёлтое сожжённое масло, на которое было больно смотреть.

Оно не заслужило такой смерти!

— В чём проблема? Оно растопилось.

— Оно не растопилось, а сгорело. Его уже нельзя использовать. Если я на нём тесто замешаю, у него будет отвратительный вкус!

— Правда? — Почесал Кас в затылке. — Тогда я сейчас ещё раз растоплю.

— Нет!!!

— Но я хочу помочь!

Кажется, у меня начал дёргаться глаз.

Я достала бидон молока. Отмеряла примерно два литра и вручила ему.

— Грей.

— Тоже на медленном огне?

— Нет уж. К горелке я тебя больше не подпущу. Просто держи в руках и грей температурой собственного тела.

Кас надулся, заподозрив подвох. Но мне было как-то всё равно. У меня уже закваска почти подошла, а я всё с ним развлекаюсь.

Просеяла муку, растопила новый кусок масла уже как положено, добавила соль, сахар, наконец, пошла закваска.

А потом настал момент, когда понадобилось молоко. Я оглянулась на Каса, который стоял с кувшинов и имел всё такое же обиженное выражение лица.

Вот только молоко в кувшине побулькивало и явно собиралось закипеть.

— Что ты творишь?! — Заорала я, отобрав кувшин. — Признайся, тебя подослали мои конкуренты?

— Обидно, — вздохнул он.

— А сейчас будет ещё и больно! Как ты вообще молоко вскипятил? Я ведь видела, ты не подходил к горелке.

— Вот так, — пожал плечами Кас и зажёг на кончиках пальцев пламя.

Пару раз я хлопнула глазами, а потом обвинительно ткнула в него пальцем.

— Ты маг!

Он зеркально повторил моё движение и интонацию.

— Ты тоже!

— Я и не скрывала.

— Так и я не скрывал.

Нет, мне всё это уже определённо надоело.

— А сейчас ты расскажешь мне, кто ты такой и почему ко мне прицепился. Иначе я за себя не ручаюсь!

— А сейчас ты расскажешь мне, кто ты такой и почему ко мне прицепился. Иначе я за себя не ручаюсь!

Кас склонил голову, посмотрев на меня со здоровым интересом.

— Правда? А что мне за это будет?

— Я тебя за это не убью.

— Брось, ты и так меня не убьёшь, — отмахнулся он. — У тебя рука не поднимется на такого красавчика, как я.

Я зарычала. Показалось, что ещё немного и я тоже позеленею и клыки отращу, став похожей на местных полуорков.

— Хорошо, хорошо, — рассмеялся он. — Можешь задать мне десять вопросов.

— И ты ответишь?

— Смотря какие будут вопросы. Но врать точно не буду. Я вообще этого не делаю.

Я кивнула, принимая информацию.

— Тебя на самом деле зовут Кас?

— Да, — кивнул он.

— А фамилия?

— Зачем тебе? Хочешь свою сменить?

— Ты адекватный?

— Этот вопрос засчитывать?

— Нет!

Вот ведь жук. И на вопрос не ответил, и ещё один сгорел.

— Почему ты не хочешь называть свою фамилию? Всё же преступник?

— Нет, я не преступник, — улыбнулся Кас.

— К какому сословию ты относишься?

— Зачем тебе это знать?

— Мне нужно понимать, как называть тебя... вас… Мистер? Господин? Лорд?

— Продолжай обращаться неформально, — махнул рукой Кас. — Просто называть меня по имени будет достаточно.

Понятно. На вопросы о себе он не ответит. Сволочь!

— Почему ты ко мне прицепился?

— Потому что ты мне понравилась.

Услышав это откровение, сказанное максимально будничным тоном, я икнула от неожиданности.

— И ты так просто об этом говоришь?

— А как нужно?

— Но не так ведь! Без предупреждения…

— То есть мне следовало послать тебе письмо с предупреждением? «Уважаемая Вивьен Гринвальд! Ваш покорный слуга признаётся в симпатии к вам в пятницу, после захода солнца, на кухне после того, как его жестоко отстранят от приготовления булочек». Так, что ли?

— Хватит паясничать!

— Не могу. Это моя натура. Если я перестану паясничать, мир этого не вынесет.

— Почему?

— Что?

— Почему я тебе нравлюсь?

— Хм… Мне список составить?

— Целый список? — Поразилась я и решила предупредить. — Я в разводе.

— Спасибо, что сообщила, — улыбнулся Кас. — Но я уже знаю. И очень уважаю тебя за решение развестись. Если бы ты всё ещё была замужем, ухаживать за тобой было бы несколько проблематично.

— А ты за мной ухаживаешь? — Прищурилась я.

— Конечно! А что, незаметно? Я тебе даже с заказом помочь вызвался!

— Но я не просила!

— Было бы странно, если бы ты просила меня за тобой ухаживать, — невозмутимо ответил он.

— Да не об этом. О помощи не просила. И ты не помог, а только усложнил мне работу.

— Объяснять нужно было лучше, — пожал он плечами. — Ничего, с опытом придёт. Научусь рано или поздно масло топить. Возможно, даже не насмерть.

На этом моменте я окончательно поняла, что у меня уже нет сил с ним разговаривать. И времени тоже нет. Мне тестом нужно заниматься. Его как раз замешивать пора, а я тут на разговоры отвлекаюсь.

— Всё, вопросы закончились, можешь уходить, — решила я.

— Так быстро? Вроде бы десятка ещё нет.

— Плевать. Давай быстрее.

Кас сложил руки на груди и склонил голову, посмотрев на меня с ироничной улыбкой.

Вздохнув, я вытерла руки и собралась выталкивать его из своего дома так же, как делала это, когда закрывала кофейню. Вроде бы опыт уже есть, должна справиться.

Вот только уже на первом шаге позорно запнулась и полетела вперёд. Если бы не Кас и его навыки Джеки Чана, непременно пропахала бы носом пол.

Он как-то внезапно оказался рядом, подхватил меня и, удерживая за талию, прижал к себе.

— Я понимаю, что ты поражена моим бесконечным обаянием, но не стоит падать к моим ногам в прямом смысле, — хмыкнул он.

Прижатая к его груди, я чувствовала вибрацию голоса и поняла, что дело дрянь.

Его, похоже, реально не останавливает моё социальное положение. Разведёнка здесь — не просто факт, а оскорбление.

Считается, что только самых никудышных женщин бросают мужья. Додуматься до того, что женщина сама захотела уйти от мужа, общество пока не могло.

Так что на женщин в разводе здесь спроса не было. Позор всё же. И я как-то смирилась с тем, что ухажёров у меня не будет. Не до них как-то. Тут бы выжить.

А теперь Кас со своим этим признанием. Со своими дурацкими ямочками на щеках. Со своими чёртовым голосом, который отдаётся вибрацией во всём моём теле. Со своими горячими руками на моей талии!

У-у-у-у-у-у! Как же бесит!

— Может быть, ты меня уже отпустишь?

— А вдруг ты снова упадёшь?

— Могу пообещать этого не делать.

— А я тебе не верю, — заявил Кас. — Уже второй раз пытаешься упасть при мне.

Я сглотнула. Как бы приступ астмы не начался уже чисто на эмоциях. Было, было ощущение, что сейчас задыхаться начну.

— Можно последний вопрос?

— Прямо последний? — Хмыкнул он. — Давай.

— Почему ты при первой… точнее, при второй встрече сказал, что со мной что-то не так?

Кас отодвинулся. Совсем немного. Ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза. Руки все так же оставались на моей талии. Показалось, что на секунду пальцы даже сжались сильнее.

Мужчина загадочно улыбнулся. И этой улыбкой снова хотелось залюбоваться. Она была одновременно доброй, ироничной и интригующей. Я не знала, как у него получается это совмещать. Казалось, это физически невозможно. Но он мог.