Протянул руку, придвинул к себе ещё одно дело. Нашикские. Эти побогаче. Но женщина во главе, так что скоро станут беднее. Серьёзные дела двадцатилетние пигалицы не делают. В голове мелькнул образ бабушки Ярославы. Нет, это исключение! Да и помогали ей на старте. А эта Надежда… Частная школа для девочек, расстроенные свадьбы, неоднозначная слава. С таким багажом и руководить родом? Несерьёзно! Дважды выходила в свет с Куницыным и его сестрой. Ни о чём. Хотя… Спустит состояние рода на придумки любовника. И хорошо.

Но если вдруг толковой окажется — выдадим за кого-нибудь из своих. Женихам из семьи императора не отказывают. Усиление отдельных родов не в интересах империи. Но пока не стоит мешать даме. Пусть носит траур, путается с Куницыным, сумасбродствует. Всё, что ни делается — всё к лучшему.

А вот дуэль Куницына с братьями Нашикскими режет взгляд. Как это, не справились с собственной магией? Надо поручить разобраться. Что-то там не чисто. И пусть смерть старого главы детально прошерстят. А то звери какие-то по имениям бегают… Непорядок! В империи вопросы жизни и смерти должен решать император, а не всякие там куницы, хоть они пять раз уссурийские.

А вообще, интересная история. Взбаламутили сибирское болото, потыкали палкой тамошних лентяев. Это даже хорошо, это полезно!

Глава 13

На утреннюю тренировку Куницын собрал рекордное количество личного состава. Да, магия требует индивидуального подхода, но времени заниматься с каждым отдельно не было. Враги множились, как грибы после теплого дождя, и новая война могла начаться в любую минуту. Впрочем, квалификация тренера, как и квалификация руководителя, определяется умением заставить учеников/подчиненных работать самостоятельно. Каждому выдать посильное задание, а самому контролировать процесс, помогать и исправлять ошибки.

Начал с чемпиона:

— Павел Анатольевич, у меня для тебя сюрприз!

То, что Тимофей протягивал Павлу, напоминало не то бластер из фантастики середины века, не то собранного из железок длиннохвостого ёжика. Смотрелось, одним словом. И выражение Пашиного лица смотрелось. Харза даже не знал, обижаться или хохотать.

Это было оружие из другого мира. Но и там существовало в единичных экземплярах. Давным-давно любопытный, как все мальчишки, Тимоха Куницын раскопал в бездонных закромах прапорщика дяди Толи интереснейшую конструкцию. Впрочем, если быть честными до конца, то закрома были Родины, а штуковину прапор сам показал любознательному сыну комроты. Формально это был пистолет. И фактически — тоже. Отличный спортивный пистолет, с которым, со слов всезнающего прапорщика, олимпиады выигрывали, пока «цивилизованные» страны не добились запрета «варварского» оружия, у которого ствол не подбрасывает при выстреле, потому что при стандартной стойке, ось ствола проходит через всю руку стрелка.

Мальчишка вволю наигрался с так называемой «Рамой Шептарского»[1], расстреляв не одну сотню малокалиберных патронов, но поскольку запрет всё ещё действовал, вернулся к типовым моделям. А «Рама» через десяток лет оказалась в руках известного в узких кругах наёмника Харзы, который плевать хотел на любые запреты, но не на выигранные при прицеливании доли секунды, вполне способные спасти жизнь.

Тот самый пистолет

Однако, у «Рамы» был ряд существенных недостатков, безразличный спортсменам, но не устраивающий наёмника. Он не годился для скрытного ношения или размещения в наплечной кобуре. Полуметровая дура, несмотря на небольшой вес, и на боку-то сильно мешала. И при этом в магазине было всего пять патронов! Устранить сии проблемы оказалось непросто: они вытекали из компоновки оружия и изначально спортивного назначения, притом заточенного под строго определенное упражнение. Магазин вставлялся сверху и при удлинении перекрывал линию прицеливания, а ствол и рукоятка могли располагаться строго последовательно. Вот если бы на основе этой схемы сделать что-нибудь, под куда более весомые 9×19[2], да увеличить боекомплект…

Оружейные мастерские, в изобилии присутствующие в нецивилизованных странах, где и обитал Харза, за такую работу не брались, да и у самого Тимофея, поднаторевшего в ремонте оружия, ничего не выходило. Идея обречена была умереть, так и не воплотившись в металле. Но жизнь вовремя свела человека с идеей и человека с руками.

Джуппо по прозвищу Рательдас[3] жил на окраине деревушки с не выговариваемым названием и занимался тем, что собирал из давно умерших стволов нечто монструозное и неработоспособное по всем законам физики и оружейного дела. Однако его поделки кидались пулями, плевались гранатами и делали всё, положенное порядочному оружию. И неизменно оказывались удобны и надёжны.

Сам Джуппо был двухметровым негром, лысым, толстым, с ладонями-лопатами и пальцами-сардельками. Казалось, он в принципе не мог ухватить что-либо мельче апельсина, да и тот запихивал в рот целиком, не мучась с отделением кожуры. Какая там сборка-разборка оружия! Но разбирал, починял и собирал. Вот этими толстенными пальцами! На «Раму» сделал стойку, словно хорошая охотничья собака, а выслушав Харзу, кивнул и пригласил в хижину, поглядеть на станки и выпить пару маленьких литров джина под вяленого бегемота.

Джуппо провозился год. Нет, он не переделывал творение советских оружейников! Он ваял свою собственную конструкцию, применив творческий подход, подстегнутый парой больших и красивых канистр вкусного и полезного алкоголя. Пистолет стал вдвое короче, чуть толще, обзавёлся футуристической внешностью и горизонтальным магазином на десять патронов. Внешний вид пугал, но стоило Харзе с понятной опаской взять оружие в руки, как пришло понимание: это оно!

Первым делом Тимофей доработал изделие напильником, и снял подробные чертежи. И частенько медитировал над ними, собираясь своими руками изготовить копию джупповского шедевра. Так и не собрался. Зато в новом мире…

У каждого владетельного дворянина обязательно есть патронный заводик. Не многомиллионной производительности монстры, а небольшое производство для собственных нужд. Чтобы в случае чего не оказаться беспомощными из-за блокированных каналов поставки. Был такой цех и на Кунашире. А при нем имелась мастерская для ремонта оружия. Именно туда и отдал Тимофей восстановленные по памяти чертежи. И в каждый свой визит интересовался ходом работ. Ибо забудут без постоянных напоминаний. А если учесть количество и виртуозность ругани, которой встречалось каждое напоминание — забудут с удовольствием, а на чертежах селедку почистят. Для большего цинизма — атлантическую.

Так или иначе, а сейчас Харза держал в руках пистолет разработки Джуппо, собранный в мастерской Кунашира. Прошедший полевые испытания и пристрелянный. Оставалось объяснить будущему чемпиону мира преимущества предлагаемой вещи.

Долгорукий с опаской принял пистолет, повертел в руках, грустно вздохнул и пошёл к мишеням. Раз тренер сказал: «Освоить и пристрелять под себя!», значит надо освоить и пристрелять со всем усердием. А что ты об этом думаешь, не имеет ни малейшего значения!

Следующим пунктом программы шел элитный отряд диверсантов, который предстояло превратить в суперэлитный. Чтобы ни один, даже самый крутой маг супостата не мог уйти не обиженным. Вообще не мог уйти! Разве что уползти в кусты, цепляясь за траву переломанными пальцами и шатающимися зубами.

Команда Лося, без сомнения, хороша. Придут так, что их никто не увидит, и уйдут незамеченными, оставив после себя только трупы. Но в некоторых ситуациях могут только бессильно смотреть на цель за непробиваемой защитой. А это неправильно! Не существует непробиваемых защит, существуют перекалённые бронебойные снаряды, ломающиеся о броню[4]. Сделать за короткое время из слабых и средних магов кудесников высокого уровня не выйдет, а вот добавить им крайне неприятных для будущих целей умений, это, мы завсегда, пожалуйста! Для этого у нас специальный элитный магический отдел имеется. В лице главного мага рода Куницыных-Аширов княгини Нашикской, Надежды Николаевны, которая уже разложила на специальных столиках проволочные модели нужных плетений.