Было половина десятого, когда раздался дверной звонок. Это меня напрягло, гостей я как бы не ждала. Было крайне странно, так как уже поздно для визитов, да и вообще с детства внушали, чужим не открывать. Пришлось накинуть то, что первое попалось под руку (атласный черный халат), так как была в одних трусах и майке. Дома же была одна, кого стесняться? Подошла к двери, глазка не было, поэтому оставалось только прислушиваться. Блин, тишина.

— Кто там? — произнесла, как можно громче.

— Полиция.

Что? В такой поздний час? Наверняка что-то серьёзное, скорее всего по поводу какого- нибудь непутевого соседа. Тут таких было много, к нам не в первой приходят с расспросами. Дверь все-таки открыла, на площадке стояли два мужика, обоим ближе к сорока. Один был на целую голову выше другого, одеты в гражданское. Синхронно протянули мне свои удостоверения. Вроде настоящие, но узнавала бы я подделку? Разумеется, нет. Голуб Игорь Анатольевич и Шведов Павел Сергеевич. Имена мне тоже ничего особенного не дали.

— Клыкова Ксения Михайловна? — спросил тот, что был повыше. Судя по удостоверению звали его Игорь. Сказать, что я офигела, значительно не сказать ничего вообще. Это они по мою душу что ли?

— Да, а что случилось?

— Мы можем зайти? — спросил его напарник.

Я замялась и уже тысячу раз пожалела, что открывал дверь. В квартиру их запускать не хотела, была бы с девчонками, другое дело. А так, извините, ссыкотно.

— Всё-таки сначала объясните в чем дело.

— На Вас поступила анонимная жалоба, связанная хранением и распространением наркотических средств. — сказал мне Павел, кажется так его звали, одновременно протягивая файл, в котором лежал лист формата А4.

— Что за бред?

Это было что-то вроде ордера на обыск. Молча отступила на пару шагов, давай возможность оперативникам зайти в квартиру. Щеки горели, скрывать мне было нечего, но все же меня не хило потряхивало. Наверно, стоит списать это на шок. Эти менты, а по-другому я их называть просто не могу, начали по-хозяйски расхаживать по квартире и нагло лапать все, что плохо лежит.

— Эй, стоп! Стоп! Разве так можно? Вы не имеете права! Без свидетелей, то есть понятных. И вообще какой суд? Его не было даже, а если и был почему меня не вызвали. — начала протестовать.

Они не обращали на мою речь никакого внимания. Просто переглянулись и дружно заржали. Что за херня творится? Мелькнула мысль, что они все-таки мошенники и будут вымогать у меня деньги. Только откуда им у меня взяться?! Начала судорожно вспоминать, где мой телефон, надо позвонить 02, хуже от этого не будет, наоборот, хоть выясню реальные ли это сотрудники.

— Не переживаю, солнышко. Понятых уж найдем в отделении, среди стажеров. Вообще предлагаем сдать всё противозаконное сразу.

Даже не поняла, кто именно из них это произнес. И что вообще значат эти слова? Они типа заранее уверены, что найдут то зачем пришли? Начала поиски своего телефоны, отправилась в зал и тут же меня грубо схватил за руку.

— Стоим на месте! — Это был тот, что повыше.

— Мне нужен телефон, чтобы убедиться что вы те, за кого себя выдаете.

— Запрещено. Никаких контактов во время обыска.

"Ну вы то все правила нарушаете" — хотела сказать, но не успела. Меня определил тот другой, которого я, блядь, вообще потеряла из виду. Он вышел из кухни и тряс перед собой мелкий пакет с какой-то дрянью.

— Игорь, нашёл!

Чего-чего? Меня прям бросило в жар, ну этого просто не может быть. Какая же я идиотка, вернуть бы время, на пушечный выстрел не подошла бы к этой гребаной двери. Как- будто всё происходит не со мной, так вляпаться может только истинная лохушка. Ведь даже дураку ясно, это подстава.

— Послушайте, всё что здесь произошло просто абсурдно. Я понятия не имею, что это и как здесь оказалось. Вы просто наглым образом подкинули мне эту… эту фигню.

Меня уже просто колотило. Я переводила свой взгляд с одного сотрудника на другого. Они выглядели довольными. Не вооружённым глазом видно, что здесь что-то не чисто. Во-первых, я жила в этой квартире не одна, ну они просто не могли этого не знать. И с чего это вдруг пришли с ордером только на моё имя. А, во-вторых, они действовали крайне не профессионально. Ничего не объясняли, пришли в такое время и без свидетелей, а так же не дали возможности наблюдать за их действиями.

— Ну, Ксения Михална, с поличным пойманы. Так что давай не будем строить из себя невинную овцу и приступим к оформлению. — сказал тот, что держал маленький пакетик с каким-то веществом непонятного цвета, а его напарник так и сжимал моё правое предплечье.

— Спасибо, парни. Дальше я сам.

Услышала за спиной знакомый голос. Всё это время мы были не запреты. Я обернулась, он стоял, опираясь спиной на дверь и сложив руки на груди. ИГОРЬ! Мудак, как же я сразу не догадалась, что это все дело твоих рук. Ведь это так же просто, как сложить дважды два. Его шестёрки незамедлительно покинули мою квартиру, пожелав Игорю Андреевичу хорошего вечера.

— Ты что совсем ебан…

— Заткнись. — жёстко перебил меня он и не спрашивая разрешения направился в сторону моей комнаты.

Весь мой прежний страх моментально испарился, и я перегородила ему дорогу. Так и стояли, смотря друг другу в глаза.

— Игорь, что за детский сад? Ты уже переходишь все границы. Тебя не звали, покинь квартиру по — хорошему!

— А иначе что?

И вправду, что? Он вновь пошёл вперёд, заставляя меня пятиться.

Ксения

— Ты просто не понимаешь всю серьёзность ситуации, в которой оказалась. Предлагаю тебе два варианта событий. Первый, делаешь, то что я скажу, а затем мирно разойдемся по разным дорогам. Второй же, не очень приятный для нас обоих. Если мне просто чуть прибавится бумажной волокиты, то тебе же, солнышко, светит за тот пакетик от трех до десяти, а так же пол ляма штрафа. — говорит мне Игорь, продолжая идти на меня.

Все так же пячусь, пока спиной не уперлась в боковушку шкафа. Дальше отступать некуда. Расстояние между нами катастрофически сокращается. Наклоняется ко мне, я же как можно сильнее вжимаюсь в деревяшку, чтобы хоть на миллиметр быть дальше. Перевариваю, только что полученную информацию, и не верю. С одной стороны, все что он заявляет, просто не укладывается в голове. Это же чистой воды пиздёж. Ему бы Оскара вручить за такую игру. А с другой стороны, Игорь так уверенно все это говорит, будто и в самом деле в одной из зон мне уже приготовили койко-место.

— Ты блефуешь. И не рассчитывай, что я куплюсь на этот спектакль. Твои пешки просто застали меня врасплох, не более. Если бы я с самого начала догадалась, что всё это твоих рук дело, никто из вас, разумеется, в квартиру не зашёл — стараюсь звучать как можно увереннее, но не получается. Чёрт!

Ставит ладони с обеих сторон от моего лица, таким образом я оказалась в ловушке. Сжимаю кулаки и упираюсь ими в его грудную клетку, пытаюсь отодвинуть. Но мои старания тщетны, это не легче, чем толкать автобус. Когда между нашими лицами остаётся не более десяти сантиметров, не выдерживаю, поворачиваю голову влево. Изучаю уродский рисунок на дешёвых обоях, лишь бы не видеть его наглой рожи.

— Я позабочусь, чтобы тебе достался самый хуевый адвокат в этом городе. Вряд ли частный тебе будет по карману. Только подумай, даже при самом удачном для тебя раскладе, выйдешь через три года, а дальше что? Ни образования, ни работы и клеймо зечки на всю жизнь. — говорит полушепотом и одновременно водит кончиком носа вдоль шеи, что вместе с его горячим дыханием заставляет моё тело покрываться мурашками. (совсем не от удовольствия)

Руки Игоря перемещаются на мою талию, а затем пытаются развязать пояс халата. Перехватываю его ладони, препятствуя данным действиям. Приходится повернуться к нему и тут же наши губы соприкасаются. Поцелуй не заставляет себя ждать, нежный и не торопливый. Не отвечаю на него, просто тупо стою, вновь предпринимая попытку его оттолкнуть. Сердце бьётся с бешеной силой и скоростью. Наконец мои действия приводят к положительному результату, Игорь отступает на пару шагов, но чувство свободы было обманчивым. Сделал это, чтобы начать расстёгивать пуговицы на своей рубашке.