Я снова попыталась закрыться.

– Руки! – напомнил он.

Пришлось оставить попытки и просто дышать.

В его взгляде плескалось слишком много: интерес, холод, странное удовольствие от того, как я напрягаюсь.

– Быстро моешься. Потом вытираешься. Одежду принесу.

– Зачем это всё? Трахать меня ты не собираешься. Помыть перед смертью?

– Я обещал отдать Романову товар целым и чистым.

– Значит, всё-таки Романов? – вышибло воздух из моих лёгких. – А твой друг обнадёжил, что ты всё же не передашь меня.

Между нами витал пар. Каждая фраза с паузой.

– Я обещал подумать. И я подумал. Если я не передаю тебя Князю, то мне нужно что-то взамен.

– Проснулась совесть?

Мороз качнул головой.

– Проснулись воспоминания. Год назад. Ты не дала умереть. Я помню добро и возвращаю. Романов знает, что ты у меня и если я тебя не передам, то придётся напрячь свои ресурсы, чтобы тебя не грохнули, а меня вместе с тобой. И тогда ты будешь мне должна. Очень много.

Я посмотрела вниз размышляя.

– Кажется, выбора у меня нет? И мне надо идти с тобой на сделку?

– Умный доктор.

– Какую?

– Не здесь, – отрезал он и снова прошёлся по моему телу. – Я увидел всё, что хотел и услышал тоже достаточно. Ты мне подходишь. Обсудим позже.

Мужчина развернулся и быстро вышел. А меня будто отпустили мощные когти. Я судорожно стала осматриваться. Вся одежда валялась в лужах на полу. Подбежав к окну, увидела, что на улице снег по колено. Сейчас я мокрая. А у стекла нет ручки. Да даже если бы была. Это сумасшествие. Далеко ли я убегу в мокрой одежде по холоду?

Снова вернулась в душ. Несколько секунд вне его заставили меня замёрзнуть. Но пора заканчивать мыться. Из этого места не сбежать. Надо послушать, что скажет мужчина.

Судя по тому, как он осматривал моё тело, я ему нужна для утех.

А что во мне? Я всё пыталась понять. Страх. Ярость. И ещё что-то. Поймала себя на мысли, что возбуждена. Странно. Как будто меня заводила эта игра в жертву и агрессора. И ещё страннее, что раньше меня вообще сложно было зажечь. Иногда в постели с мужчинами я чувствовала себя совершенно фригидной. И часто использовала смазку, потому что сухо там, как в пустыне. А сейчас…

Я провела рукой там, где всё пылало, и обомлела. Текла, как шлюха. Это что? Адреналин перед смертью так бьёт? Что за нафиг?

Мылась я где-то минут двадцать, пока вода уже не стала еле тёплой.

Когда я вышла, у двери стоял пакет и лежало полотенце. Совсем не заметила, как принесли.

Я вытерлась и оделась. Тёплое безразмерное худи и джинсы. А ещё носки. Белья нет. Покосившись на своё мокрое, грустно с ним попрощалась.

В коридоре ожидал Шёпот. Он больше не говорил со мной. Проводил до знакомой комнаты. Там сидел Мороз за ноутом. Перед ним сумка, набитая пятитысячными купюрами. Парни явно не бедные. Так почему в этом месте находятся?

А я всё стояла и сжимала ткань худи. Начал сковывать холод.

– Пойду, взломаю что-нибудь, – выскользнул от нас Шёпот.

– У меня есть одно предложение. – Мороз убрал деньги и скрестил пальцы перед собой. – Ты говоришь код, я даю тебе протекцию. Но за это ты спишь со мной несколько месяцев. Пока мне не надоест. Высажу тебя потом где-нибудь в Европе или Азии. Станешь свободной и с деньгами.

– Ты меня… как шлюху покупаешь?

Не верилось в это во всё. Какой-то сюр. Да я даже его лица не видела.

– Всё верно. Побудешь немного моей шлюхой. Я бы не вешал ярлыки. Но если тебе нравится, я могу и так.

– Но…

Он посмотрел на часы и что-то там сделал.

– У тебя ровно пять минут. Потом это предложение исчезает, и я передаю тебя Князю.

– Из смертницы в проститутки. У меня шикарный карьерный рост. И всего за два дня.

Я не знала, смеяться мне или плакать. То, что произошло со мной в душе – поразило. Но, может, это просто крышечка поехала? Несколько минут думала.

– А когда мне надо будет начинать? Прям сразу? Или как-то… познакомимся? Понимаешь, я шлюхой никогда не была. Это мой первый опыт. Вдруг чего не так сделаю.

Мороз вышел из-за стола и приблизился. Встал так, что его маска почти касалась моего лица. Он изучал, словно новую игрушку. Посмотрел на часы.

– Одна минута.

– У меня условие. Я сама. Не сегодня, не завтра. Мне надо время.

– Неделя.

Я кивнула. Может, удастся убежать.

Запищал таймер.

– Твой окончательный ответ?

– Я согласна.

Арина

Я ушла в мою небольшую комнатку, чтобы переварить все события. Забралась с ногами на диван и пыталась как-то смириться, не поддаваться панике. Как я могла согласиться, даже не видя его лица? А вдруг там под маской… чудовище? Хотя он и есть чудовище. От него фонило опасностью. Глаза убийцы. Зато какие…

Я вспомнила, как он осматривал меня, и даже прикрыла веки.

Открой обратно, дура!

Мозг штормило. Но надо привыкать. Если убежать не удастся, я стану пленницей-шлюхой.

А у меня секса не было миллион лет. Вся в работе. В какой-то момент даже думала переспать с первым, который предложит, потому что заводить серьёзные отношения не для меня. Зачем столько упахивалась? Нет, конечно, в какой-то момент высокие цели посещали: я должна спасать жизни, это нужно обществу и мне, я хорошая. Но всё же из-за сраных денег. И по две смены вжаривала только поэтому: надо платить ипотеку на тридцать лет.

Чёрт! У меня же ипотека!

Я уткнулась носом в колени. Кто же будет её платить, пока меня нет?

А что, если?..

Внезапно снова выпрямилась. Ведь мне обещали деньги. Вот пусть и оплачивают! Сколько там по графикам?

Я судорожно попыталась вспомнить. Десять миллионов на тридцать лет с процентами… это…

Это я расчётливая шлюха. Супер. Докатилась. Но если моя Матильда может заработать за несколько месяцев столько, сколько я за тридцать лет не заработаю, то, пожалуй, закрою визжащую целомудренность где-нибудь в кладовке.

Но есть другой вариант: меня просто грохнут и распродадут на органы после всего. Или вообще не отпустят. Ведь гарантий нет. И как всё будет? А если он извращенец?

Твою ж! Вот я влипла.

Однако непогашенная ипотека с процентами пугала больше сексуального маньяка-убийцы.

Может, попросить деньги вперёд? Ага. И завещание написать. Только кому? Родителей давно уже нет. Братьев, сестёр и не было никогда. Детей завести не удалось. Как и животных.

И ещё я пыталась вспомнить Мороза. Но бесполезно. Моя работа – это сплошное дежурство с утра до ночи. Что-то мелькало вспышками, но слабо. А вот он меня знал. Запомнил. Вот и спасай после этого жизни.

За дверью послышался голос. Я не могла разобрать речь, но здесь нужно держать ухо востро. И почему я такая спокойная? Надо ж паниковать и биться в ужасе от того, что со мной произошло. Но страх больше не приходил. Наверное, потому, что мою казнь отменили?

Я на цыпочках подошла к двери и прислушалась.

– Сказал же, девчонка у нас. Имя исполнителя. Всё по чести.

Говорил Мороз. Жёстко. С металлическими нотками в голосе. Видимо, разговор по телефону, потому что после его реплик наступала тишина.

– Уговор. Ты мне имя, я тебе девчонку.

Что? Твою мать! Он же обещал!

А вот теперь меня снова окатило ледяной волной ужаса. Значит, просто захотел поиметь перед сделкой? А вот хрен ему.

Сегодня надо бежать. И уже срочно. Как получится. Меня никто не защитит. Это больше походило на правду.

Ближе к вечеру палачи позвали на ужин. Ела молча, мужчины сидели, изредка кидая друг на меня взгляды. Шёпот что-то делал в ноуте, Мороз просто откинулся на стуле и пытался, наверное, меня превратить в ледышку своим холодным взглядом. Я не стала выяснять про то, о чём услышала. Только сильнее себе ошейник затяну, если всё правда. А сейчас они думают, что я успокоилась.

– Шифр скажи, – бросил Мороз без всяких предисловий, когда я доела.