134

Маргарите кажется, что песня «Чтоб вольнее гулять, // Извела меня мать» сложена про нее.

135

При совершении казни звонили по обычаю, сохранившемуся до конца XVIII века, в так называемый «колокол грешников»; по прочтении приговора судья ломал палочку в знак того, что пора приступить к казни.

136

Вторая часть «Фауста» состоит из пяти больших действий, связанных между собой не столько внешним, сюжетным единством, сколько внутренним единством волевого устремления героя. Нигде в западной литературе не сыщешь другого произведения, равного «Фаусту» по богатству и разнообразию форм – метров, строфики, ритма.

137

Эта сцена открывает первое действие второй части «Фауста», законченное в 1830 году. С первой частью трагедии она связана намеком на перенесенное Фаустом испытание: «Смирите в нем свирепый пыл борьбы, // Смягчите боль жестокого упрека, // Изгладьте память ужасов судьбы».

138

Согласно римскому времяисчислению, ночь делилась на четыре части.

139

Оры – в греко-римской мифологии богини времени, охраняющие небесные врата, которые они с грохотом растворяют, пропуская солнечную колесницу Феба-Аполлона.

140

Этот монолог Фауста написан терцинами. Солнце воспринимается Фаустом как символ вечной и абсолютной правды, недоступной человеку. Он полагает, что правда может быть видна человеку только в ее отражениях, в историческом бытии человечества, в явлениях природы (так же как глаз человека, не будучи в состоянии смотреть на солнце, воспринимает свет только на поверхности освещаемых предметов).

141

Богини высятся в обособленье… и ниже: То Матери. – Миф о Матерях в основном вымысел Гёте, на который его натолкнуло одно место из «Жизнеописаний» Плутарха. В главе двадцатой «Жизнеописания Марцелла» мы читаем: «Энгидиум – небольшой, но старинный город в Сицилии, известный благодаря богиням, именуемым Матерями, храм которым там воздвигнут». Гёте понимает под царством Матерей мир прообразов всего сущего; из этого царства Фауст с помощью Мефистофеля извлекает бесплотные тени Елены и троянского царевича Париса.

142

Заключительная сцена первого действия второй части «Фауста». Для императора и его приближенных, собравшихся в слабо освещенной рыцарской зале, происходящее здесь – не более как сеанс модной салонной магии. Не то для Фауста. Он воспламеняется страстью к прекраснейшей из женщин, ибо видит в ней то совершенное порождение природы и человеческой культуры, которое уже не нуждается в дальнейшем совершенствовании.

143

Триглифы – небольшие колонны с тремя продольными углублениями, помещаемые (в дорических храмах) между архитравом (балкой, накладываемой на ряд колонн) и кровлей.

144

Парис, согласно греческому мифу, пас отцовские стада, когда к нему пришли три богини: Гера, Афродита и Афина – с просьбой избрать из них красивейшую.

145

В этом критическом замечании «пожилой дамы» касательно сложения вызванного Фаустом образа Елены повторяется мнение римского ученого Плиния Старшего (23–79 н. э.) о работах античного скульптора Лизинна.

146

Эндимион – прекрасный юноша-охотник Эндимион был любимцем Дианы, богини охоты, и Луны (греко-римская мифология).

147

«Похищение Елены» – название слабой пьесы александрийского поэта Калифоса (V в.).

148

Духи обращаются в пар – от прикосновения Фауста, позабывшего, что перед ним не живые Парис и Елена, а сотворенные Матерями прообразы, по подобию которых были созданы подлинные Елена и Парис.

149

Сцена входит в состав второго действия трагедии, писавшегося в 1827–1830 годы.

150

Гомункул – человекоподобное существо, якобы искусственно создаваемое в лаборатории алхимика. Слово это буквально означает: человечек. Возможность создания такого существа утверждалась алхимиками в ряде трактатов, из которых Гёте были хорошо известны трактаты Преториуса и Феофраста Парацельса. // Образ Гомункула – один из наиболее туманных и трудно поддающихся истолкованию образов второй части «Фауста». В беседе с Эккерманом Гёте говорит о Гомункуле: «Вы заметите, что Мефистофель оказывается в невыгодном положении по сравнению с Гомункулом, который не уступает ему в ясности взглядов, но далеко превосходит его стремлением к красоте и плодотворной деятельности». Однако это замечание не касается существа измышленного поэтом аллегорического образа. // Что Гёте, создавая образ Гомункула, имел в виду также и абстрактность, нежизненность немецкого идеализма (Канта, Фихте и Шеллинга), не подлежит сомнению. Роль Гомункула, по мысли Гёте, должна исполняться чревовещателем. // Гомункул, как мы полагаем, не мелькнувшая на мгновение маска из «Сна в Вальпургиеву ночь», равно как и не носитель какой-либо космической силы из «Классической Вальпургиевой ночи». У него своя судьба, почти трагическая, во всяком случае увенчанная нежданной гибелью. В его судьбе – прямой антитезе фаустовской судьбы – и надо, как думается, искать разгадку этого образа. Если Фауст, обусловленный и ограниченный своей собственной телесной и социально-исторической природой, томится по безусловному, по бытию, не связанному законами пространства и времени, то Гомункул – порождение абстрактной мысли, все постигающий, для которого нет ни оков, ни граней, – томится по плоти, по обусловленности, по жизни, по конкретности. // Гомункул знает то, что еще неясно Фаусту в данной фазе его развития. Ему открыто, что и чисто умственное, чисто духовное начало, как раз в силу своей «абсолютности», то есть необусловленности, несвязанности с законами жизни, способно лишь на ущербное бытие, далекое от искомого Фаустом совершенства. Гибель Гомункула звучит как предупреждение Фаусту в час, когда тот мнит себя у цели своих стремлений к «абсолютному», к вечной красоте, воплощенной в образе Елены.

151

Асмодей – демон, разрушитель браков.

152

В этих словах Мефистофель подчеркивает свою причастность к созданию Гомункула.

153

Форкиада – дочь Форкия, морского божества, одна из горгон; в образе форкиады участвует в этом действии Мефистофель.

154

Работа над третьим действием второй части «Фауста», в состав которого входит сцена «Местность перед дворцом Менелая», была начата еще в 1800 году. Но уже в 1801 году Гёте прекращает работу над своей «Еленой» и возвращается к ней только по прошествии двадцати пяти лет. К началу 1827 года действие было закончено. В нем Гёте широко пользуется античными метрами, искусно сочетая их с рифмованным стихом, принятым в новейшем стихосложении, что вполне соответствует характеру действия, в котором античный мир фантастически вторгается в мир позднего немецкого средневековья. // Самый мотив любовной связи Фауста с Еленой заимствован Гёте из народного сказания о докторе Фаусте. Но этот мотив поднят Гёте на высоту философской и культурно-исторической проблемы.

155

Фригия – страна в Малой Азии, столицей которой был Илион (Троя). Елена, забыв об Аиде, думает, что она только что вернулась в Спарту вместе со своим мужем Менелаем.