Он открыл первую дверь и вошел.

- Полиция! - крикнул он в темноту студии. - Если здесь кто-то есть, выходите! Я здесь, чтобы помочь вам.

Он не получил ответа.

Осторожно он двинулся дальше в студию. Ряд многоярусных сидений был расположен вокруг кухонного гарнитура. Кровь была разбрызгана по рабочим поверхностям, стекая по фасадам шкафов, словно гротескный водопад. Хьюзу не потребовалось много времени, чтобы обнаружить источник всей этой крови. Женщина лежала на полу кухни, ее голова провалилась, как будто ее лицо взорвалось, только задняя часть черепа осталась целой, ее размоченный мозг вытек наружу, как желток из сваренного всмятку яйца. Рядом с ней лежал труп мужчины. Головы у него не было.

"Твою мать", - подумал Хьюз.

Он отступил и вышел из студии.

Дальше по коридору он вошел в следующую дверь.

Он тут же остановился, застыв на месте, словно его ноги внезапно оказались замороженными. Холод пробежал по его телу, сердце забилось в груди. Боль пронзила его пулевое ранение в спину, заставив его согнуться пополам.

Маленького мальчика - не старше десяти лет, наверное, - подвесили к стропилам, на шее была затянута петля. Его живот был распорот, внутренности вывалились из зияющей дыры, но все еще были где-то внутри него, спускаясь по всей длине его ног, пока не достигли кафельного пола внизу. Его безвольное тело слегка покачивалось взад и вперед, его окровавленные внутренности рисовали неряшливую картину из крови под его ногами.

Хьюз прижал руку ко рту, сдерживая поднимающуюся волну рвоты, распространяющуюся по пищеводу. Его желудок болезненно скрутило, как будто что-то терзало его внутренние органы. Он отшатнулся назад, пока не врезался в дверь. Даже не глядя, он распахнул дверь и выбежал обратно в коридор.

Он двинулся дальше, теперь уже более настойчиво.

- Эй? - крикнул он, больше не беспокоясь о том, что кто-то из этих психов может его услышать. У него был пистолет, ради всего святого; если он увидит кого-нибудь из них, он просто вышибет им мозги из их чертовых черепов. - Здесь есть кто-нибудь?

Он не получил ответа.

Он проверил каждую дверь и не нашел ничего, кроме резни. Тела были разбросаны повсюду. Мужчины, женщины и дети. Некоторые были разрезаны на куски. Одна женщина - рыжеволосая, возможно, ей было чуть за тридцать - была раздета догола, ее торс был расстегнут от ног до груди. Тот, кто это сделал, вставил ей во влагалище какой-то острый предмет, прежде чем потащить его вверх, разделив ее надвое. Это было отвратительно.

В одной из студий он нашел тело одного из "Приятелей для объятий". Голова была снята - голова костюма, конечно, - обнажив под ней совершенно обычную женщину. Ее несколько раз ударили ножом, материал ее костюма пропитался кровью.

Внезапный укол вины пронзил сердце Хьюза. Эта женщина не просила об этом. Марк Сэмюэлс использовал ее, заставил сделать то, что он хотел, и теперь она мертва. Но тот, кто ее убил, несомненно, сделал это в целях самообороны; нельзя же было ожидать, что они просто будут сидеть сложа руки и позволять себя убивать, не так ли? И все же эта мысль не заставила его почувствовать себя лучше...

Их было трое, не так ли? Три "Приятеля для объятий". Один лежал мертвый у его ног, так где же остальные двое?

Ужасающая мысль пришла в голову Хьюзу: а что, если они выбрались? Поскольку лифты не работали, а двери были заперты, он не понимал, как они могли это сделать. Но если у них был способ сбежать, кто знает, сколько жизней могло оказаться под угрозой...

Кровавые следы вели вниз по лестнице, в закулисную зону. Хьюз последовал за ними.

По одному коридору и в другой он, наконец, добрался до того, что сначала принял за кладовую. Он быстро понял, что на самом деле это какая-то мастерская. На верстаке были разложены инструменты, швабра стояла в ведре со стоячей водой, всевозможные чистящие средства были хаотично сложены на стальных стойках.

А с другой стороны комнаты находился служебный лифт с широко открытой дверью.

Хьюз заглянул в шахту и увидел кучу скорченных тел в нескольких футах ниже, на крыше застрявшего лифта. Он не мог сказать, сколько их там было. Может, их было три или четыре. Черт, может, их было десять, насколько он знал. Но он мог видеть наверняка, что там внизу был один из "Приятелей для объятий". Это был синий; тот самый, который выстрелил в него ранее. Его голова была раздавлена, кровь сочилась через разорванный материал. Хьюз был уверен, что он мертв.

Наклонившись, он посмотрел вверх по шахте. Свет прорвался через второй набор дверей на самом верху. Там была лестница, которая вела наверх. Кто-то, должно быть, поднялся туда. Хьюз решил последовать за ними.

Боль пронзила его грудь, его грудные мышцы вспыхивали в агонии каждый раз, когда он подтягивался с одной ступеньки на другую. Он игнорировал боль, как мог, и продолжал подниматься.

Верхний этаж здания был полностью незаконченным. Пол был голым бетоном. Стальные балки все еще были видны на внешних стенах. Деревянный каркас был собран там, где в конечном итоге будут стены некоторых из предполагаемых офисов. Хьюз подтолкнул себя вверх и вылез из шахты лифта, перегнув живот через край, закинув ноги и перевернувшись на спину. Он был измотан, каждый его вздох давался с трудом. Его грудь была словно в огне, как будто кто-то вставил воронку в пулевое отверстие, залил его бензином, а затем вставил зажженную спичку.

Он закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов.

Здесь, на верхнем этаже, был ветерок; он чувствовал его прохладу на своей щеке.

Он открыл глаза и посмотрел. На дальней стороне этажа была широко открыта дверь пожарной лестницы.

Стиснув зубы, он поднялся на колени и направился к двери. Там была стальная платформа, огороженная железными перилами. Казалось, она опоясывала здание. Хьюз вышел, его ноги лязгали по шаткому металлу. Он последовал за платформой за угол здания, где на крышу вел пролет лестницы.

Он поднялся наверх.

На крыше располагались, должно быть, сотни солнечных панелей, все они только мешали Хьюзу видеть. Но затем он услышал что-то, голос, доносившийся с ветром. Это была женщина.

- Пожалуйста! Не надо! - закричала она.

Хьюз больше не чувствовал боли, терзающей его тело. Адреналин взял верх. Он бежал так быстро, как только мог, лавируя между солнечными панелями.

Когда он выскочил из-за панелей, он увидел желтого "Приятеля для объятий", стоящего на углу крыши. Он держал маленького мальчика за запястье, свешивая его с края. Женщина - предположительно мать мальчика - стояла перед ними, подняв руки, умоляя "Приятеля для объятий" не бросать ее сына.

У Хьюза не было времени думать. Ему нужно было действовать быстро.

Он поднял пистолет и нажал на курок.

* * *

Мэгги закричала.

Она не видела детектива полиции, стоящего позади нее. Внезапный громовой раскат выстрела заставил ее уши непрерывно звенеть. Она почти чувствовала, что ее сердце вот-вот взорвется.

Но оно не взорвалось.

Оно замерло.

Пуля попала в плечо Чаклза, заставив его развернуться. Казалось, его ноги превратились в желе, переплетаясь друг с другом, завязываясь в узлы. Он отшатнулся и упал с края крыши.

Паркер пошел вместе с ним.

Мэгги снова закричала. Прежде чем звук вырвался из ее рта, она уже бежала к углу. Это было почти как если бы время замедлилось, как в фильме, который крутят по одному кадру за раз. Она опустилась на колени и остановилась всего в нескольких дюймах от того, чтобы самой вылететь с крыши. Кончиками пальцев цепляясь за угол, она потащилась вперед. Когда она заглянула через край, она ожидала увидеть, как ее драгоценный малыш кувыркается в воздухе. Она ожидала, что ей придется наблюдать, как он ударится о землю, его тело расколется, как разбитая тыква, его жизненно важные органы и жидкости вырвутся из него, оставив от него не более чем пятно на тротуаре.