— А если узнаем? Расстроимся.

Напутствие его было лишним, я и без того проходился тщательно, решив не тратить время на сейфы: их было два, и они казались достаточно легкими, чтобы Валерон оттащил их к нам домой, где я их вскрою в спокойной обстановке.

Алхимик вел в том числе и легальную деятельность, у него был журнал, куда он вписывал заказчиков и зелья, которые для них изготавливал. Там были уплаченные суммы и различные примечания по поводу заказчиков. Из этой группы бандитов он был единственный, кто имел счет в банке, а не хранил наличные в доме. Это Валерона особенно огорчило.

Зато оказалось много записей, как я понял, ценных, по разным зельям. В том числе и с названиями, уже по которым начинало казаться, что они относятся к запрещенным. На это же указывало хранение этих записей в тайниках. На виду стояли лишь официально издаваемые учебники и справочники — хороший набор, на самом деле. Нам пригодится. Идея о том, чтобы заинтересовать Наташу алхимией, мне понравилась. Целительство и алхимия часто идут рука об руку. Возможно, супруга и сама захочет, с таким-то набором всяческих алхимических приблуд. Прикроватный коврик, на котором окончил свои дни алхимик, наверняка был с какой-то пропиткой, потому что, когда Валерон его прибрал, чтобы выбросить подальше, пятна под ним не оказалось, хотя ковер полностью пропитался кровью.

Поскольку дом выглядел как после срочного переезда, а следов крови не осталось, решено было его не поджигать — пусть ломают голову, уехал или нет этот тип. А еще Валерон предложил прополоскать ковер и посмотреть, может, его можно будет еще использовать.

Второй дом, где плевок Валерона не сработал, оказался домом артефактора. Довольно одностороннего артефактора, потому что защитной системы на доме не имелось, а мастерская была оборудована под изготовление личных артефактов, взрывных устройств, систем прослушки и переговорных систем. Против моего топорика его артефакты оказались слабы, но против Валерона сработали, поэтому нужно будет разобраться, что там за такая составляющая. И мне пригодится, и Валерон, может, поймет, как обойти. Мастерскую я попросил Валерона перенести аккуратно и выгрузить в мастерской моего дома. Сейф там тоже был, и я тоже в него не полез из экономии времени. Зато вычистил все захоронки, которые даже не разворачивал, решив просмотреть дома.

Отсюда Валерон тоже забрал все, включая содержимое как обычного погреба, так и винного. О последнем мой помощник отозвался в восторженных тонах и назвал почти идеальной винотекой. Переносил он ее отдельно и как рассказал, выгружал в нашем винном погребе со всей осторожностью. Продуктовый погреб помощнику тоже пришелся по вкусу, он продегустировал колбасу и нашел ее весьма пригодной. Предложил мне, но мне кусок в горло не лез в этом доме.

Да и не до еды было, если уж мы решили сегодня разобраться со всем местным отделением. До утра успели обойти всех.

Те дома, где пришлось поработать топором, за исключением алхимического, мы сожгли после того, как оттуда все вывезли и отключили артефакты. А где обошлись плевком — все вывезли из тех помещений, что были в собственности, и забрали все личные вещи из арендованных. Арендованных было две квартиры, и жили в них, видимо, те, кто только ступил на скользкий путь, потому как накопить ничего не успели: у одного был единственный тайник под платяным шкафом, а у второго два — под подоконником и половицей. Денег в тайниках окахзалось мало, в основном всякие запрещенные вещи, с которыми в приличном обществе показываться нельзя.

Короче говоря, упахались мы с Валероном так, что еле передвигали: я — ноги, а он — лапы, поэтому он хитро устроился на моих руках, уверяя, что почти ничего не весит. У дома я обнаружил Наташу, делающую разминку, и присоединившегося к ней Лёню. Сводный брат фехтованием не увлекался, поэтому выглядел бледно на фоне моей супруги. Самое забавное, что выглядел уже выдохшимся, в то время как Наташа была еще полна сил.

Увидев меня, Лёня радостно замахал рукой, пользуясь возможностью от тренировки откосить без потери лица.

— Петь, чего так долго! Наташа сказала, что ты песика вывел погулять, но неужели ему столько времени требуется, чтобы сделать все свои делишки? Говорят, такой мелочи туалеты в доме делают.

— Валерон очень любит гулять, — ответил я. — Вот мы и прогулялись…

— Собак надо воспитывать, иначе они будут воспитывать уже тебя.

— Себя воспитай, умник, — устало тявкнул Валерон. — Все, я сейчас могу только есть и спать.

Про «есть» это было странно, потому что подкреплялся Валерон во всех домах. Как он сам говорил — дегустация на случай отравления. Отравы не было найдено ни в одном продукте, хотя перепробовал их помощник много.

— Завтрак готов, — сказала Наташа. — Что-то срочное есть?

— Из срочного нам конюх нужен, — ответил я. — Все остальное терпит.

— Что-то вы с Валероном такие замученные, как будто всю ночь бегали по городу кругами, — заметил Лёня.

— Угу, так и было, — согласился я, сразу сообразив, что это очень хорошая причина для объяснения посторонним. — Рванул за какой-то собакой женского пола, я его долго не мог догнать. Получилось на руки взять, только когда оба уже совсем выдохлись.

— Даму-то он догнал? — заинтересовался Лёня.

— Конечно. Наш Валерон — во всем первый.

— Оружие ты зачем с собой брал?

— Ночь же, по привычке из Дугарска.

— В Дугарске никто без оружия не ходил, — дополнила Наташа, — Иначе можно было нарваться на искажение безоружным. Они чаще открываются ночью, но и днем бывало.

— Какое жуткое место.

— Ничего не жуткое, — обиделась Наташа. — Это вы здесь расслабились. Пойдемте завтракать.

Как только мы вошли в дом, Валерон заразительно зевнул и сонно пробормотал:

— Я вот думаю, хочу я есть или нет. Наверное, я больше хочу спать.

Он спрыгнул с моих рук и деловито потрусил в мою спальню, притворяясь перед Лёней совершенно обычным песиком.

— Вы его слишком балуете, — заявил сводный брат.

— Мы его без завтрака оставим, — возразил я.

— Уверен? Этот песель выглядит так, как будто уже позавтракал в лучшем ресторане.

Валерон остановился, обернулся и насмешливо тявкнул:

— Не завидуй.

— Мне иногда кажется, что он разговаривает, — заговорщицким шепотом сказал Лёня. — Только мы его не понимаем.

— Скажешь тоже, — усмехнулся я. — Впрочем, у тебя всегда было хорошее воображение.

Я пошел за Валероном, переоделся, заодно плеснув себе в лицо холодной воды. Спать хотелось невыносимо, но нужно хотя бы поесть и помыться. Мне казалось, что я полностью пропитался чужой кровью, хотя на меня если и попало, то лишь несколько мелких капель.

Кухарка обнаружила неожиданное пополнение погреба и за завтраком порадовала нас нарезкой явно происхождения из домов Черного Солнца. Во всяком случае, от этого копченого окорока я точно отрезал пару пластов Валерону. Сейчас попробовал и сам.

— Копченость хороша. Где брали? — бодро поинтересовался Лёня.

— Где брали, там больше нет. Не отсюда, — туманно ответил я.

Голова гудела, и я ужасно боялся ляпнуть что-то не то. Наташа тоже выглядела бледненько — поди не спала, переживала. Или дар дает полную уверенность? Хотя нет, она говорила о вероятностях, а это оставляет шанс неудачи.

Лёня поинтересовался, в силах ли договоренность на ужин со Щепкиной, я подтвердил, после чего он в превосходном настроении ушел на учебу.

Я же отправился в ванную комнату, где залег в купель Макоши, отгоняя от себя мысли о случившемся этой ночью. Некоторые сцены вставали перед глазами как живые, не желая уходить из памяти. Возможно, я бы и не уснул сейчас, доведись мне сразу добраться до кровати.

Но купель расслабляла и успокаивала, поэтому на грызущий меня изнутри вопрос, имел ли я право выступать палачом, я однозначно для себя ответил, что да. После чего размышления лениво перескочили на другие темы: что нужно сделать в доме и какие вопросы решить. Пожалуй, стоит установить несколько душевых. Размышляя о том, что придется воду подогревать, для чего нужно будет сделать артефакт, я самым возмутительным образом уснул.