– Умереть всегда успеешь, – раздался хрипловатый, но твёрдый голос. Мужчина выпрямился, встал ровно и с укоризной добавил. – А кричать на богов – дело пустое. Огнебог, говоришь? Чем он тебе так насолил, кроме как псами дымными?

В его тоне не было насмешки или осуждения. Зато был живой интерес, который подогрел мои отчаяние и злость.

– Он украл его! – выпалила я, снова чувствуя, как ярость подкатывает к горлу. – Последнее мгновение года! Только потухший уголёк на месте оставил. А теперь из-за задержки… из-за этого огненного пакостника… я упустила нить. Путеводный огонёк улетел. Теперь всё потеряно.

Я закрыла лицо руками, стараясь загнать обратно предательские слёзы. Быть слабой перед этим суровым воином оказалось невыносимо.

Но он лишь спросил:

– А что, если ещё не всё потеряно?

– Как? – Я опустила руки, уставившись на него. – Как такое может быть? Я не ощущаю его! Не вижу!

– Чувства обманчивы. Особенно когда в душе – пожар, – воин сделал шаг ближе, а его отливающие жёлтым глаза пристально изучали моё лицо. – Если огонь долго горел, то так быстро не погаснет. Будет долго тлеть, как уголь под слоем пепла. Можно поискать следы.

В его словах было разумное зерно, и моё отчаяние вдруг показалось детской дурью.

– Ты… ты хочешь помочь искать? – недоверчиво спросила я. – Огнебог… может послать ещё кого-нибудь. И… ты даже не знаешь меня. А я тебя.

– Меня зовут Велигор, – сказал спаситель и снова закашлялся, будто имя далось ему с трудом. – А Огнебога я не боюсь. Его дымный след в этом злодеянии мне и впрямь покоя не даёт. Так что у нас цель одна. Найдём твоё мгновение – проучим вора. Не найдём… ну, тогда и помирать будем… вместе.

Велигор. Имя звучало как эхо из старых легенд, тяжёлое и гордое. Я смотрела на него – на непроницаемое лицо, на мощную фигуру, на топор. В воине не было ни жалости, ни ложного утешения. Была лишь странная, мрачная решимость.

Что-то внутри меня дрогнуло и расслабилось, словно ледяной ветер утих, давая телу передышку. Может… просто может…

– Ясна, – выдохнула я своё имя. – Меня зовут Ясна. Хозяйка снегов, внучка Мороза… – голос дрогнул, – та, кто упустил последнее мгновение.

– Значит, исправим, Ясна, – сказал Велигор. Он повернулся, окинул взглядом изуродованную поляну, чёрные следы на снегу. – Говорила, тебя вёл огонёк. Куда он свернул, до волков?

Я зажмурилась, пытаясь выудить из памяти последний, выжженный внутри образ. Не чувство – картинку, которая вспыхивала при закрытии глаз.

– В чащу. К… к старой сосне. Упавшей. Там, где корни вывернуты и словно хотят схватить путника и утащить под землю.

Велигор кивнул без тени сомнения, как будто знал весь этот лес. Но откуда бы? Люди тут не жили, только охотники изредка забредали. Он охотник? Нет, больше похож на воина.

– Тогда пойдём. Пока след тепла ещё есть. Огонь всегда оставляет на снегу знаки.

Воин шагнул в сторону чащи, не оглядываясь, уверенный, что за ним последуют. И я, сделав глубокий, дрожащий вдох полным горького дыма и безумной надежды воздухом, отправилась за ним.

Мы пошли. Вернее, поплелись. Чаща здесь была не просто непроходимой – она была злой. Еловые лапы, тяжёлые от белых шапок, хлестали по лицу, цеплялись за одежду, словно пытаясь удержать. Бурелом лежал под снегом невидимыми капканами: стопа проваливалась в пустоту между стволами и ветками, тело несло вперёд, и я едва успевала ухватиться за что-нибудь, чтобы не подвернуть ногу. Велигор шёл впереди, без слов расчищая путь – прокладывал тропу, отводил упругие ветки, чтобы те не ударили меня, разрубал топором тонкие стволы, слишком уж близко стоящие или крепко сплетённые. И двигался легко, будто снег не был рыхлой ловушкой. Словно это воин был в зимних землях хозяином, а не я.

Мне же каждый шаг давался с боем. Дыхание сбилось, в горле першило от холода и недавних криков. После десятого раза, когда я по колено провалилась в сугроб, меня затрясло от бессилия.

– Стой, – хрипло сказала я, выбираясь на проторённую Велигором тропу. – Дай… дай попробовать.

Я зажмурилась, пытаясь собрать в кулак рассеянные, испуганные остатки своей жалящей ледяной силы. Я была названой дочерью Зимы, и дед учил чувствовать плетение внутри мороза, уплотнять его. Выдохнув струю пара, я положила ладонь на ближайший сугроб. Не на снег, а на тишину под ним, на спящий холод. Внутри что-то дрогнуло, слабо и неохотно. Снег вокруг моей ладони с лёгким хрустом смёрзся, превратился в плотную, почти ледяную корку на пару шагов. А потом вперёд побежала узкая, сверкающая дорожка.

– Идти будет легче, – прошептала я, чувствуя, как от этого простого действия в висках забилась боль. Силы истаяли, как льдинка на вешнем солнце, а из носа хлынула кровь.

Я только и успела, что приложить снег к лицу, впитывая из него силу для исцеления, как передо мной появился Велигор. Он двигался бесшумно, будто не шагал, а возникал из самой тени.

– Совсем разум потеряла? – прозвучало резко, но без злобы и с такой ледяной прямотой, что стало обидно. – Зачем последнее выжимаешь? Так помрёшь раньше, чем найдём твою пропажу.

Прежде чем я успела вымолвить слово протеста, он наклонился и подхватил на руки. Мир опрокинулся. Я вскрикнула от неожиданности, вцепившись пальцами в грубую ткань тулупа.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.