Добравшись до ателье госпожи Грач, я посмотрел на солнце. Вроде как не слишком рано пришли, Снежана Викторовна как раз распрощалась с клиентом и перенесла всё своё внимание на нас.

— Вы как раз вовремя. Девочки только недавно закончили ваши наряды, — и заметив наше малолетнее пополнение, всплеснула руками. — А кто эти милые дети с вами?

— Живиц и Смеяна Найдёновы. Прошу любить и жаловать, — улыбаясь представил детей.

— Но как? Когда? — замешательство вызвало сбой у баронессы.

— Да буквально после прошлого нашего к вам визита, но это длинная история. В общем, у меня теперь есть два наследника.

— Вы не перестаёте удивлять, Ярослав Кощеевич.

— И, продолжая вас удивлять. Хотелось бы заказать на детишек наряды и подобрать повседневки.

Баронесса категорично заявила с загоревшимися фанатичным огнём глазами, что лично займётся нарядами для моих наследников. А служанки проверят качество пошива одежды и без её присутствия на примерке. Смеяна была только за эту движуху. Живиц же подозрительно косился в мою сторону, когда его уводили за ширму. Выпорхнувшие служанки утащили нас с сёстрами Лун по примерочным. Я облачился в праздничный костюм и остался доволен качеством, но швеи тут же обнаружили несколько недочётов и заставили снять его. Через пол часа снова одел и покрутившись перед ростовым зеркалом, ощутимых изменений не обнаружил. Но, раз мастерицы что-то углядели, то лучше промолчать. Упаковав новый костюм в кофр с плечиками, я уселся в зале с чашкой ароматного отвара в ожидании детей и спутниц. Те появились только через полтора часа. Смеяна была в восторге, Живиц имел вид взъерошенного воробья, а сёстры были молчаливы и задумчивы. Можно сказать, что день удался.

Я доплатил ещё полтора золотых за костюмы для детей, и мы загрузились в наёмный экипаж. Припомнив обещание Живицу посетить пекарню на Западной улице, двинулись туда. Когда подъехали, я сунул парню кошель с серебром и подтолкнул в сторону офигевшего дядьки Митрофана на пороге лавки. Живиц подошёл к мужчине и, глубоко поклонившись, вручил деньги пекарю.

— Я же говорил, что оплачу ваши пироги, дядька Митрофан, — задорно улыбаясь, сказал пацан. Потом, заглянув за спину пекаря, испуганно вскрикнул. — У вас тесто убежало на печи!

— Где? — резко развернувшись отреагировал пекарь.

Живиц схватил большой пирог с прилавка и, заскочив к нам в экипаж, крикнул кучеру в ухо: Гони! Тот от испуга хлестнул лошадь, и мы умчались дальше по улице.

— Вот ухи-то откручу, Ваше Благородие! — раздалось за спиной.

— Они мне дороги, как память, дядька Митрофан! — заливисто смеялся пацан, деля пирог с нами. Кстати, очень вкусный.

Да, с юмором у Живица всё в порядке. Ещё одна галочка в сродстве.

Подъезжая к Лосиному Рогу, мы уже приговорили уворованный пирог с картошкой и грибами, как я люблю. Покинув город, вернулись в усадьбу. Пантелей как раз крутился в лаборатории, куда я дал ему доступ, что бы менял ёмкости под краном с керосином, пока мы были в отъезде.

Дома устроили небольшой показ мод. Смеяна продемонстрировала несколько платьев весёлых цветов и два наряда салатового и розового оттенков, в которых она была похожа на цветочек. Живиц вышел в некоем подобии моего тёмно-синего костюма для повседневки. Похоже, нужный размер был в наличие у баронессы, а остальное время швеи потратили на подгонку одежды и вышивку герба справа на камзоле для пацана. Сёстры Лун покрасовались своими нарядами светло-голубых и нежно-розовых тонов, с кокетливыми шляпками в тон платьев и двумя комплектами повседневной одежды.

Последующие дни до раута прошли в заботах. Тренировка утром, обучение Живица рунной магии и контроль процесса перегонки керосина. Параллельно занимался обработкой алмазов и заполнением второго бриллианта накопленной маной. На данный момент один бриллиант на браслете уже был полон и наполнялся второй, такой же, которым заменил очередной сапфир. Ранее сделанные кулоны я довёл до ума и украсил их для красоты резьбой в виде лозы, обнимающей по центру камни фионита. Напитал маной и наложил защитные руны. Прикрепив к прочным цепочкам, подарил детям.

Сёстры Лун в свободное время занимались обучением Смеяны. У неё раскрылся дар к универсальной магии, включавший в себя весь спектр стихийной и ментальной. Так же было ответвление к природной. Это объясняло её частые перемены настроения, но оно стабилизировалось как раз природной гармонией.

Мастер по строительству, Шишкин Карп Михайлович, как и обещал Емельян Павлович Плаксин, приехал за день до праздника у Волкова. Он сразу определил место ближе к дороге для каменного строения. Там основание было скальное. По остальным постройкам я тоже согласился с его планом расположения. Пересчитав смету, вышло на пять золотых дешевле.

Первым запланировали строительство дома на свадьбу сотнику с Фросей. Им, разумеется, я не сказал. Только предупредил, что бы не спешили пока со свадьбой. Как минимум через пятнадцать дней отпразднуем. Как раз все работы с домом будут завершены и печная кладка нормально просохнет.

Каменную усадьбу начнут строить с весны. Как раз материалы подготовят согласно выбранному мной чертежу здания. А выбрал я похожий на Елагиноостровский дворец в Санкт-Петербурге, где был в детстве на экскурсии всем нашим почти дружным коллективом из детского дома. На Елагином острове много интересного, но это здание мне очень понравилось.

Каждый вечер я доставал писчие принадлежности, пытаясь понять, что забыл, пока был в Забвении. Но видимо это так не работает, и лист на столе оставался чистым. Зато я прекрасно помнил о специях. Как раз созрели перец с лаврушкой и кориандром. Листья лавра и часть кинзы из кориандра оставил сушиться в сарае, а вот перцем и семенами кориандра занялся вплотную. На данный момент мне нужен был красный жгучий перец с экзотическим, но не менее приятным вкусовым оттенком. Потому, отобрав самые крупные экземпляры, остальное отдал на потрошение и выемку семян для следующего урожая. Предупредив, что бы во время работы с перцем ни в коем случае не трогали глаза и рот. Иначе познают ад. Конечно же, меня слушали в пол уха и в итоге пятерых работников пришлось лечить. Но наглядный урок подействовал на остальных поучительно.

Просушив на печи партию перца и кориандра, перемолол всё это в порошок, используя воздушный фильтр на лицо, и ссыпал в две из заготовленных под специи коробочки. Свежие листья кинзы работники увязали пучками и большую часть отправили нашему торговому представителю на продажу с моими записями по этой культуре и в каких блюдах оно используется. Коробочки мне вырезал из морёного дерева наш краснодеревщик Иван. Крышки плотно закрывали ёмкости на подобии пробки, так что такой вариант хранения молотой приправы был более чем приемлем. Внешне ещё упаковал в красный и зелёный шёлковые платки и перетянул красной лентой. Экзотический подарок готов. А излишек молотых специй оставил себе. В тот же день провёл испытания. К мясным блюдам они подошли идеально. Правда, острый красный перец для сестёр Лун был шокирующим открытием.

Утром, перед раутом, после физподготовки с завтраком, усадил детей учиться под надзором сестёр Лун. Девушки оказались довольно грамотными и хорошо знали славянский алфавит, так что перепоручил эту заботу им.

Оставшееся время до обеда просто сидел на веранде и сливал понемногу энергию во второй бриллиант, следя за тенью от воткнутой палки в землю. Меня пригласили во второй половине дня на празднование. После полудня пообедали куриным супчиком и я начал собираться в путь на званый раут к виконту Горазду Вадимовичу Волкову. Детей оставлял на попечение сестёр.

***

— Барон Ярослав Кощеевич Найдёнов, — огласил дворецкий, когда, миновав придирчивую охрану на воротах, я прошёл в довольно большой особняк в три этажа.

— Ярослав Кощеевич, мы рады вашему визиту, — на встречу мне вышла чета Волковых. Горазд Вадимович и Мирая Тихомировна.

— Ваша Милость, примите мои поздравления в честь столь знаменательного события, — отвесил принятый поклон старшему по титулу.