Рядом с моим огороженным поместьем артель строит пять домов для семейных работников и один широкий, в два этажа, с отдельными входами для семейства Ершовых и нанятых бывших Соколовских дружинников. Количеством в десять воинов.

Моя задумка обрядить всю дружину в одинаковые мундиры была встречена положительно. После возвращения работников с выходных дней, съездили с Матвеем Вадимовичем в Сокол к знакомой баронессе Снежане Викторовне Грач. Представил Ершова, как моего начальника охраны и попросил подобрать на него форму на подобии моей, с расчётом на ещё дюжину воинов. Обмерив Матвея Вадимовича, предоставили несколько фасонов. Выбор по качеству и удобству ношения я делегировал на бывшего сотника. Тот только одобрительно хмыкнул. Выбрал тёмно-коричневую форму с такими же кожаными наплечниками, как у меня и прошитыми крепкими кожаными полосами спереди, на спине и вдоль рукавов. Штаны так же прошиты на бёдрах кожей. Пояснил, что это форма как раз подходит для пехотинцев. Сверху на неё можно надевать железно-кольчужную броню, не переживая, что ткань, защищённая кожаными вставками, быстро протрётся или порвётся.

Пока в ателье подшивали форму для моего начальника охраны, мы отправились к оружейникам с бронниками. Так как дружина относилась к военным людям, им позволялось иметь мечи. Ершов сразу же потребовал от офигевшего мастера кузнеца Грома дюжину готовых типовых мечей для стражи. Я со стороны наблюдал, как два мужика яростно торгуются за каждый меч. Несколько раз Ершов порывался уйти, хлопнув калиткой ограды кузницы, но возмущённый Гром хватал того за руку и требовал доказать, что его мечи стоят меньше заявленной суммы. Ершов начинал придираться к любой мелочи, вплоть до царапины на эфесе.

Ко мне на лавочку подсели пара подмастерьев кузнеца и поделились семечками подсолнуха. Так мы увлечённо сплёвывали шелуху и наблюдали словесный теннисный матч, как на стадионе, переводя взгляды на двух покрасневших спорщиков, следя за репликами, как за отбивающими мяч игроками. После получасовой перепалки с грозным пыхтением сошлись на двух серебряных за один меч. Кстати, оружие хоть и не булатное, но было очень качественное, и если бы Матвей Вадимович не влез в торги, то потратил бы по четыре с половиной серебряных за экземпляр. А так получилось по закупочной цене для стражи города. Отдав хмурому кузнецу Грому два золотых и четыре серебряных, мы направились к бронникам.

У мастеров брони и щитов история с торгами повторилась. Я даже не стал влезать, полностью делегировав покупку амуниции на начальника своей дружины. Вместо этого передал мешочек с частью денег Ершову. Предупредил, что пойду на рынок в обозные ряды за телегой с лошадью и извозчиком. Так как по моим прикидкам, броня с мечами займут всю нашу телегу. А мне ещё нужно было закупить продуктов, крупы, муку и соли побольше. Проходя по рядам, увидел футляр с бритвой и ножницами для стрижки. Почесал начавшее зарастать лицо и купил за серебряную монету.

Знакомого обозника Потапа сегодня я не нашёл. Нанял другого, крепкого телосложения, в бесформенной одежде. Назвался он просто Костей. Проехались по рядам, скупив всё необходимое, и направились за Ершовым. Тот как раз с довольной улыбкой наблюдал, как хмурые бронники складывают броню с щитами в телегу. Мне показалось, что комплектов побольше, чем двенадцать, ещё и наручи шли в комплекте. Рассчитавшись с мастером, Матвей Вадимович подошёл и, довольный, как кот, объевшийся сметаны, вернул мне мешочек с деньгами.

— Зорин тот ещё жук, — проговорил Ершов. — Знает же, что со мной бесполезно спорить. Нет же, упёрся, как баран. Но ничего, и не таких обламывал. Сбил я цену от названых двух золотых до одного и одной серебряной.

– Откуда у вас такие навыки? — удивился я, рассматривая броню из толстой кожи с регулируемыми завязками. Всё выглядело как заготовки для полноценного обмундирования.

— А ты попробуй сотню воинов вооружить и обмундировать качественно и не дорого. Пришлось оттачивать этот самый навык, как вы его назвали. Иначе господин разорился бы на таких ценах. А сокращать количество воинов он не хотел, так как если что случится, должен предоставить полноценную сотню на время военных действий. По первому зову Царя батюшки.

— А лендлорды предоставляют воинов?

— Они сами должны влиться в ополчение. Если у кого есть на довольствии, подобно вашей дружина, то становятся отдельным отрядом. У вас, кстати, полноценная баронская дружина. От десяти воинов.

— Понятно. Ну что. Поехали, перекусим и за мундиром тебе, — смерившись по солнцу, определил, что пора бы и подкрепиться. Но неугомонный Ершов так возмущённо на меня посмотрел.

— А защитные пластины наклепать на броню, укрепляющую окантовку на щиты и запасные пластины для текущего ремонта? Или у вас деньги кончились, — вдруг спохватился Матвей Вадимович, но что-то подсчитал в уме и уверенно заявил. — У вас в мешочке ещё десяток золотых и три серебряные остались. Раз уж сделали меня ответственного за охрану, то буду выполнять свои обязанности, как положено. Идём к Прохору. Через него дешевле выйдет всё проклепать. Тем более он за прошлый спор должен. хехе.

И с нетерпящим возражений видом направился к знакомому кузнецу, занимавшегося бытовыми изделиями. Там я узнал, что к жестянщикам лучше через Прохора обращаться, так как глава их цеха был родственником кузнеца. А сам Прохор был должен за спор Ершову. Воспользовавшись удачным моментом, озвучил заказ на пять десятков керосиновых ламп, коих собираюсь уже выставлять на продажу вместе с керосином и запасными фитилями. И раз уж вспомнил о лампах. После кузницы Потапа проехали через стекловарною, там заказал колбы для ламп.

Со значительно похудевшим кошельком отправились в ателье. Пока Матвей Вадимович переодевался, я перекинулся любезностями с баронессой Снежаной Викторовной Грач. К нам бравый начальник дружины вышел чуть ли не строевым шагом. В новой форме он выглядел солидно: подтянутый, спина ровная, плечи расправлены, на лице серьёзная мина и глаза прям помолодели. Ещё раз огладив прошитый кожаными вставками материал, твёрдо посмотрел на баронессу и благодарно склонил голову, по военному прижав кулак к груди.

— Не вижу смысла торговаться с благородной дамой. Мы берём этот комплект, и хотелось бы заказать на первое время ещё дюжину на наших дружинников, — Ершов посмотрел на меня. Я согласно кивнул, давая добро на дополнительный заказ. — Когда вам будет удобно снять мерки с дюжины человек?

— Если сегодня до вечера успеют, то девочки быстро обмерят ваших мужчин и запишут размеры. На работу с десятком комплектов может уйти не один день. Так что я отправлю к вам посыльного, когда всё будет готово, — заверила баронесса.

— Благодарю вас, Снежана Викторовна, — отдал деньги за комплект формы для Ершова и за двенадцать будущих комплектов.

— Ох, господин Ярослав, я чуть не забыла, спохватилась баронесса. — Кузен собирается праздновать скоро свой день рождения, и он намерен пригласить вас. Празднование назначено через семь дней. Горазд сегодня послал к вам посыльного. Видать, вы разминулись с ним.

— Почту за честь, Снежана Викторовна, — по военному кивнул я и, сопровождаемый Ершовым, вышли к ожидавшим нас телегам с кучером Костей и моей Пегой лошадкой.

По пути заехали в Лосиный Рог и у Степана Николаевича закупил пять бочонков с местным пивом, больше похожим на эль. Столько же с медовухой и квасом. Заполнив в телеге освободившееся место от брони, отданную на укрепление металлическими пластинами.

За воротами я пришпорил Пегую, оставив позади наш небольшой караван, пустил лошадь рысью. Нужно было пораньше направить своих дружинников на примерку.

***

— Интересный у вас лорд, господин военный. Закупился, как будто на войну собрался, — только лендлорд ускакал, обратился Костя к оставшемуся за кучера военному на второй телеге.

— Он просто заботится о людях, которые ему доверились, вот и не жалеет на них средств, — ответил тот Косте.

— А чем занимаетесь?