Закончив график дежурств, я сижу еще минут десять в кресле. Надо собраться с силами… Дома меня ждет Аркаша. И сейчас при мысли о нем я чувствую черную пустоту. Будто кто-то прожег дыру в сердце. Мы ведь жили душа в душу… Или нет? Или это только я думаю что у нас не было проблем? Но ведь я всегда старалась Аркашу поддержать, всегда шла на уступки. Чего же ему не хватило?

Дорога до дома – полчаса. Из-за того что пришлось задержаться еду без пробок. Да и муж скорее всего дома. Как и дети… Старший сын Артем и младшая дочь Татьяна. Артему через полгода поступать, а Татьяна учится в девятом классе. И им как-то надо будет объяснить что у папы новый «наследник» и новая жена – не женщина Валерия. Каково им будет узнать об этом?

Вопросы мелькают один за другим, а вот как на них отвечать я пока что не представляю. Куда я пойду жить после развода? Мне что-нибудь полагается? А детям?

Заезжаю в подземную парковку. Дом считается «элитным». Это просторная «трешка» в приличном районе города. Свадебный подарок свекров… У Аркаши мировой отец и не менее чудесная мать. Они сразу меня приняли, они и настояли на свадьбе. Не то чтобы Аркаша прям упирался… Но считал что проще было бы сделать аборт и продолжить встречаться без особых обязательств… Но я не могла избавиться от ребенка. Хотя и понимала, что не слишком-то и готова к семье.

Поднимаюсь на лифте, глядя на себя в огромное зеркало. Что со мной не так? Обвожу глазами свое лицо, фигуру… Нет, со мной все в порядке! И не только для моих тридцати пяти лет. Я не выгляжу плохо. Во-первых, я стройная, до сих пор ношу сорок второй размер одежды. При этом есть и небольшая грудь, и попа достаточно круглая. С лицом тоже проблем нет – прямой нос, скулы, «лисьи» глаза… Ничего нигде не плывет, глубоких морщин тоже нет… Волосы густые, ниже плеч… Одета я стильно. Чего не хватает Аркадию? Того что я не пышногрудая блондинка?

А может дело не во внешности? Может дело в моих человеческих качествах? Ведь если разобраться, выше по карьерной лестнице я так и не поднимусь. Быть старшей медсестрой – это мой максимум. Потому что нет высшего медицинского образования. Но ведь и Валерия Сенекой точно не выглядит. Единственное ее достоинство – она моложе. Но и это достоинство не вечно…

Выхожу из лифта, привычно иду к квартире… Нажимаю на ручку двери. Из прихожей раздается такой знакомый, родной запах дома. Того дома, который я очень скоро потеряю. Судя по тишине, еще никого нет.

Зато пиликает телефон. Валерия. Фото кольца с каким-то камушком. Такие обычно дарят в качестве помолвочных. И я не ошибаюсь.

«Аркадий мне сделал предложение. Он мне благодарен что я ему рожу наследника».

Я не отвечаю. Скинув ботинки, иду в комнату переодеваться, стараясь сохранить душевное равновесие. Хотя на деле хочется выть. Как-то это совсем мерзко. И очень грязно. Я не заслужила в этом всем плавать.

И как только я отношу в стирку свой белый халат, раздается хлопок входной двери. По шагам слышу – муж. Ну что ж, самое время обсудить и «вторую жену», и долгожданного «наследника».

– Привет, – захожу в прихожую, где натыкаюсь на мрачный взгляд мужа. Значит сообщения любовницы для него точно новостью не станут…

– Что, хочешь скандал закатить? – и смотрит на меня так, будто это мой любовник открывал Аркаше правду через «ватс-ап». Важная черта моего мужа – ну пока что моего – это не признавать свою вину. Никогда и ни при каких обстоятельствах.

– А надо?

– Надо? Это мне надо! Мне! Мне надо с тобой скандалить! – твердым шагом идет в комнату, скидывая по пути пиджак, – Это твоя вина, понимаешь? Это ты разрушила нашу семью!

– Лучшая оборона – это нападение, – киваю, – А если без цирка?

– Цирка? – замирает на месте. На его лице настолько искреннее возмущение, хоть на подмостки отправляй засранца… Только что-то я за собой никакой вины не чувствую. Более того, все эти крики что жена виновата в том что у мужа любовница вызывают у меня по меньшей мере негодование. Это же надо настолько набраться наглости! – Ты равнодушная и самовлюбленная, а еще небось надеешься что после развода получишь хоть что-то? Даже не рассчитывай. И если ты думаешь что я изменщик, то нет!

– То есть Валерия – это не твоя любовница? – киваю. – И наследников она не ждет?

– Она не любовница! Она возлюбленная! Молодая, красивая, внимательная, любящая… И она относится ко мне не как ты!

– И что же со мной не так? – невольно вырывается. Хотя головой понимаю: ничего не может оправдать измену. А все что сейчас будет лепетать мой нерадивый муженек – эта не более как обыкновенная психологическая манипуляция, попытка продавить. Но мне очень хочется узнать что же Аркаша ставит мне в вину.

– Ты не замечаешь?

– Чего не замечаю? – вскидываю брови. Мы стоим друг напротив друга в коридоре, и я, глядя на него, красивого мужчину во цвете сил, осознаю, что охотниц за ним всегда было много… Что он лакомый кусочек для многих нечистоплотных дамочек. Только мне никогда не приходило в голову его «сторожить», я никогда не переживала что его уведут. Чай не теленок. Вот только кончилось все тем, что нашлась самая удачливая охотница… И снова себя одергиваю. Нет, не теленок он. Красивых и молодых девушек всегда много. А принимать или нет их внимание – это его выбор.

– А ты посмотри на свой график! Поднимаешься в пять тридцать, в шесть тридцать уже уезжаешь на работу, пока муж еще спит между прочим!

– Потому что в семь тридцать начинается мой рабочий день, – пожимаю плечами, – к тому же я успеваю тебе и детям приготовить завтрак.

– На кой черт мне нужен твой завтрак, если твой смысл жизни – это работа в психушке! – рявкает, аж краснеет, а я смотрю на него круглыми глазами. Ничего себе заявочка. Конечно Аркаша никогда не делал вид что любит и уважает мою работу, но и категорично не высказывался, – Ты там можешь быть до восьми! Зачем ты вообще на работу ходишь? Если я зарабатываю больше тебя в десять раз?!

– Так тебя самого целыми днями дома не бывает, – я аж теряюсь от обвинений.

– Потому что я зарабатываю деньги! А ты что делаешь на работе, непонятно! То у тебя психи разбежались, то медсестра заболела, то проверки, то экзамены какие-то сдавать надо… И ведь куча дел! Чего только не придумаешь, чтобы с семьей не сидеть.

Откашливаюсь. Да, я так и не включила машинку. Надо постирать халат на завтра.

– Короче бери детей и выметайся. Даю тебе на это шесть часов.

Моя рука замирает на кнопке.

– Да ну? А на каком основании?

– На том, что ты мне больше не жена. А квартира куплена до нашего с тобой брака. Она подарена моим отцом. Ты кстати даже этого не оценила, – фыркает, – Где там твои вещи?

– Мои вещи в шкафу, ровно как и твои. Вот их, свои вещи, бери и вали к любовнице. А мне надо к завтрашнему дню готовиться.

Аркаша подается вперед, его брови сходятся к переносице, а губы бледнеют. Он чуть выше меня, и теперь как бы нависает. Я чувствую как он злится, как его распирает от досады и ненависти.

– Ты ничего не путаешь?

– Нет, я – ничего. А ты – путаешь, – мое сердце бьется сильнее, руки дрожат, но стараюсь не показывать своих эмоций. Сейчас – главное не разрыдаться, – Мы не в мусульманской стране чтобы ты покружился три раза, сказал что разводишься и развелся. Или вы с Валерией вместо работы целыми днями смотрели турецкие сериалы?

– Ты забываешь что ты к этой квартире не имеешь никакого отношения! – рявкает.

– Если ты считаешь что меня в гугле забанили, то вынуждена тебя разочаровать. Я после переписки с твоей любовницей прочитала несколько юридических статей. Так вот. Пока мы не развелись официально, я имею право здесь находиться. И выписать ты меня можешь только по суду. Только есть нюанс: так как дети тоже здесь прописаны, выгнать их ты не имеешь права. До их совершеннолетия. Ну а более подробно мне уже объяснит адвокат. Я с ним как раз собираюсь на выходных встретиться.