Член избирательного комитета Республиканской партии города Нью-Йорка, услышав одну из его публичных речей, пригласил доктора Кертиса выступать с предвыборными речами от его партии. Как бы удивился политикан, узнав, что всего год назад доктор, охваченный стыдом и смущением, встал и вышел из банкетного зала, потому что из-за страха перед аудиторией он лишился дара речи!

Обрести уверенность в себе, смелость и способность четко и хладнокровно думать, выступая перед группой людей, вовсе не так трудно, как воображают многие. Умение выступать – не дар Провидения, которым наделены лишь немногие избранные. Это похоже на способность играть в гольф. Любой человек способен развить собственные скрытые способности, если у него хватает желания. Назовите хоть один довод, почему вы не сумеете думать так же хорошо, стоя перед аудиторией, как когда вы сидите? Таких доводов нет. Конечно, у вас все получится. Более того, стоя лицом к слушателям, вы наверняка будете лучше соображать. Их присутствие всколыхнет вас, придаст вам воодушевления. Многие ораторы знают, что наличие аудитории – мощный стимул, источник вдохновения, заставляющий мозги работать лучше. Во время выступления на поверхность всплывают, по словам Г. У. Бичера, мысли, факты и идеи, о существовании которых оратор и не подозревал! До них надо лишь дотянуться и подхватить их! Вот что вы должны чувствовать. Так, вероятнее всего, и будет, если вы станете практиковаться и трудиться усердно.

В одном можно совершенно не сомневаться: тренировки и практика унесут страх слушателей и придадут вам уверенности в себе и смелости. Не думайте, что ваш случай необычно труден. Ослепляющий страх и смущение в начале жизненного пути поражали даже самых впоследствии красноречивых представителей своего поколения.

Хотя У. Дж. Брайан был закаленным в боях ветераном, он признавался, что, когда он только начинал выступать, под ним подгибались колени.

Когда Марк Твен впервые поднялся на кафедру, ему показалось, что рот у него набит ватой, а пульс участился, как у бегуна.

Генерал Грант взял Виксберг и привел к победе одну из величайших армий своего времени, однако, когда он пытался выступать публично, он признавался, что им овладевало что-то вроде двигательной атаксии.

Покойный Жан Жорес, самый влиятельный политический оратор Франции своего поколения, целый год сидел в палате депутатов, не решаясь открыть рот, прежде чем набрался храбрости и произнес свою первую речь.

«Поверьте, в первый раз, когда я попытался выступить перед публикой, – признавался Ллойд Джордж, – я очень страдал. Это не фигура речи, буквально так и было. Язык мой прилип к нёбу, и вначале я не мог произнести ни слова».

Дж. Брайт, прославленный англичанин, который во время Гражданской войны защищал в Англии дело Союза и эмансипации, произнес первую речь перед группой сельских жителей, которые собрались в здании школы. По пути к школе он так боялся, что провалится, что попросил своего спутника: если тот заметит, что оратору страшно, пусть начнет аплодировать, чтобы подбодрить его.

Ч. С. Парнелл, ирландский политический деятель, в начале своей карьеры оратора так нервничал, по признанию его брата, что часто сжимал кулаки, пока ногти не впивались в кожу и ладони не начинали кровоточить.

Дизраэли признавался, что он охотнее повел бы кавалерию в атаку, чем в первый раз выступил перед палатой общин. Его первая речь там окончилась сокрушительным провалом… как и речь Шеридана.

Кстати, столько знаменитых английских ораторов неудачно выступили в первый раз, что в парламенте даже появилась примета: если речь молодого человека имела решительный успех, это зловещий признак. Так что мужайтесь!

Следя за карьерой многих ораторов и помогая многим, автор даже рад, если его студент вначале пребывает в волнении и тревожном ожидании. Есть определенная ответственность в том, чтобы выступить перед публикой, пусть даже всего перед двумя десятками людей на деловой конференции. Начинающий оратор испытывает напряжение, потрясение, волнение.

Оратору необходимо настроиться, как чистокровной лошади, которая грызет удила. 2 тысячи лет назад бессмертный Цицерон сказал, что все речи на публику, исполненные подлинного достоинства, сопровождаются страхом. Ораторы часто испытывают страх, даже если выступают по радио. Это явление называется «страхом микрофона». Когда Чарли Чаплин выходил в прямой эфир, он читал свою речь по бумажке. А ведь он привык выступать на публике! Еще в 1912 году он объездил всю Америку со скетчем «Ночь в мюзик-холле». До того он выступал на английских подмостках. Однако, когда он вошел в звуконепроницаемую студию и увидел микрофон, в животе у него возникло примерно такое же чувство, как у человека, который пересекал Атлантический океан в штормовой февраль.

Дж. Кирквуд, знаменитый киноактер и режиссер, описывает сходные ощущения. Он часто выступал на сцене, однако, когда вышел из студии после обращения к невидимым слушателям, вытирал пот со лба.

– Премьера на Бродвее по сравнению с этим – пустяк, – признавался он.

Некоторые, как бы часто они ни выступали, всегда испытывают те же неприятные ощущения перед началом, но через несколько секунд после того, как они подходят к микрофону, все проходит.

Даже Линкольн смущался в течение первых секунд.

– Сначала он был очень застенчив, – вспоминал Херндон, его компаньон, – и казалось, что ему очень трудно привыкнуть к обстановке. Какое-то время он боролся с робостью и излишней чувствительностью, отчего казался еще неуклюжее. Я часто видел мистера Линкольна в такие мгновения и сочувствовал ему. В начале выступления его голос был пронзительным, резким и неприятным. Его поведение, его жесты, его землистое морщинистое лицо, неуклюжая поза, робкие движения – казалось, все против него. Но так было недолго. Через несколько мгновений к нему возвращались самообладание, искренность и серьезность, и он начинал говорить в полную силу.

Возможно, то же испытываете и вы.

Для того чтобы больше пользы извлечь из тренировки и совершенствоваться стремительно и результативно, важно придерживаться четырех правил.

Это гораздо важнее, чем вам, возможно, кажется. Если бы ваш наставник мог заглянуть к вам в голову и душу и оценить глубину ваших желаний, он мог бы почти наверняка предсказать, с какой скоростью вы добьетесь успеха. Если ваше желание бледное и вялое, ваши достижения будут того же оттенка и той же прочности. Но если вы будете стремиться к цели упорно и с энергией бульдога, который гонится за кошкой, ничто на свете не победит вас. Поэтому постарайтесь воодушевить себя. Перечислите, какие выгоды вам сулят успешные речи. Подумайте, что значат для вас уверенность в себе и способность убедительно выражать свои мысли в бизнесе. Измерьте свои будущие достижения в долларах и центах. Подумайте о том, что успех значит для вас с общественной точки зрения: о новых друзьях, о росте личного влияния, о способности руководить. Новые способности приведут вас на руководящий пост гораздо скорее, чем почти любая деятельность, которую вы можете себе представить.

«Нет другого достижения, – писал Чонси М. Депью, – которое больше способствует карьере и прочному признанию, чем способность приемлемо говорить».

Филип Д. Армор, накопив миллионы, признался: «Я охотнее стал бы великим оратором, чем крупным капиталистом».

Вот достижение, к которому следует стремиться почти каждому образованному человеку. После смерти Эндрю Карнеги в его документах нашли план его жизни, составленный им в 33-летнем возрасте. Тогда ему казалось, что еще два года – и он сумеет так организовать бизнес, чтобы иметь ежегодный доход в 50 тысяч. Поэтому он предполагал выйти в отставку в 35 лет, поступить в Оксфорд, получить хорошее образование, «уделив особое внимание ораторскому искусству».

Вы только представьте удовлетворение и радость, какие вы приобретете, получив эту новую силу! Автор путешествует по самым разным частям земного шара; он многое пережил. И все же, по его мнению, мало что может сравниться с внутренним удовлетворением, когда ты выступаешь перед аудиторией и добиваешься того, что слушатели думают так же, как и ты. Такое ощущение придает вам силу, придает власть. Оно льстит вашей гордости, потому что вы добились этого сами. Подобное ощущение заводит вас и поднимает над вашими современниками. В нем есть волшебство и незабываемое радостное волнение.