Обалдеть! Я впечатлена.

Воздух был наполнен тонким ароматом благовоний, маскирующим неизбежные походные запахи. Небольшой столик с хрустальным графином довершает картину.

Генерал ставит меня на мягкий пол возле ванны.

– Помочь? ― спрашивает он внезапно севшим голосом, буравя меня горящим взглядом.

Мотаю головой.

– Сама справлюсь.

Он пожимает плечами и выходит.

– Понадоблюсь, зови, ― приказным тоном произносит он. ― Только, Софи, не геройствуй. Сейчас не время и для ложной скромности.

Я отвожу от него взгляд. Не время, но только я не готова раздеваться перед первым встречным мужиком. Какие-то же нормы морали должны остаться? Правила приличия, в конце концов?

– Твои раны нужно тщательно промыть и лишь потом смазывать мазью. Лучше, чтобы это сделал кто-нибудь другой. Сама ты не справишься, ― спокойно говорит он, словно и не было того горящего взгляда.

Я разочарованно отворачиваюсь. Да, что такое в конце-то концов. Генерал наглый, самодовольный тип, с которым меня связывает только желание вернуться домой. И всё!

Ты сама-то себе веришь, Софи?

Пытаюсь снять пиджак. Не выходит. Про обувь я вообще молчу.

Может, есть возможность найти какую-нибудь золтку, которая помогла бы мне помыться?

– Генерал, можно пригласить какую-нибудь женщину мне в помощь? ― и поспешно добавляю: ― Пока руки не заживут.

Он заходит, недовольно оглядывает меня.

– Если только немую.

– Какую? ― переспрашиваю я, боясь, что ослышалась.

– Я не приглашаю к себе в дом посторонних, ― предугадывая мой следующий вопрос, говорит генерал: ― Ты исключение, и то из-за приказа императора.

Значит, вся эта забота лишь выполнение приказа? Если бы не кузен, он бы и пальцем ради меня не пошевелил. Сволочь!

На глаза набегают непрошенные слёзы. Отворачиваюсь, чтобы Райан не видел, как я расстроена.

В своём мире никому не была нужна и здесь продолжается. Видимо, что тебе на роду написано, не переломить, не переделать. С тем и жить придётся, хоть в своём мире, хоть в чужом.

– Давай помогу, ― мягко произносит генерал, словно почувствовав моё состояние. ― Да ты не бойся, я тебя не трону.

Я испуганно поднимаю на него глаза. Об этом я сейчас не думала, а он… Кобель и в Африке кобель.

– Чего мне бояться? Я под защитой императора, ― зло отвечаю я в надежде отомстить. Показать ему, что его желания ничего не значат, когда есть воля императора. ― Против кузена вы не пойдёте.

На лице генерала играют желваки. Кажется, что ещё немного и он ударит, таким страшным взглядом он смотрит на меня.

Решила уязвить мужскую гордость. Вот дура!

– Ты не в моём вкусе, – император знал, кого давать в помощницы, ― бьёт наотмашь словами Райан. ― Главным критерием отбора был пункт, чтобы меня не возбуждала.

Гады! Ну ладно! Покажу тебе… Что я хочу ему показать, сама не знаю, но язык опережает мысли:

– Тогда раздевай, ― ласково произношу я.

Посмотрим, чья возьмёт!

Глава 8

Софи Соколовская

Смотреть на вытянувшееся лицо генерала – отдельный вид удовольствия. Он, что же думал, что я буду играть в оскорблённую невинность? Не дождётся!

Вы хотите поиграть? Так в чём проблема? Я тоже поиграю и посмотрим, кто окажется в выигрыше.

– Ну, что же вы, генерал? Растерялись? А может, позабыли, как женщину раздевать надо? ― не унимаюсь я, провоцируя Райана на необдуманные поступки.

Вот только генерал, видимо, действительно тёртый калач. Он плотоядно улыбается, и мой боевой задор, как ветром сдувает. Ох, не надо было дёргать дракона за усы. Ох, не надо было. И желание утереть ему нос уже не такое острое.

А может, ну его? Как-то быстро у меня меняется эмоциональный фон.

Райан ловкими движениями расстёгивает мой пиджак, слегка поглаживая кожу сквозь блузу. Сцепив зубы, чтобы он не заметил моего учащённого дыхания, я застываю, как изваяние. Любое лишнее движение приведёт к ещё большему контакту с ним. А это очень опасно.

Моя собственная реакция на действия генерала поражает до глубины души. Я что такая безвольная нимфоманка?

Следующие действия Райана лишь подтверждают мои низкие моральные принципы.

Он стягивает пиджак с плеч, лаская при этом мои плечи. Кожа горит огнём, а внизу живота усиливается пульсация.

Я не должна реагировать на него, иначе проиграю. Он почувствует свою власть надо мной и всё, я пропала.

Только моё тело, не слушая голоса разума, отзывается на его ласки. Он специально возбуждает меня. Как так получилось, что он берёт надо мною верх.

Ладони покалывает, и миллионы мурашек разбегаются по телу, когда он начинает расстёгивать пуговицы на блузе.

Мне так и хочется закричать: “да, разорви ты её к чёртовой матери”, но прикусив язык, я старательно делаю вид, что меня не волнуют его прикосновения.

Кажется, генерал видит меня насквозь. Отмечая мои порозовевшие щёки, лихорадочный блеск глаз, усиленное сердцебиение.

Он понимающе улыбается, распахивая блузу.

Глаза его расширяются, когда он видит кружевной лифчик, который не скрывает, а скорее подчёркивает достоинства груди.

Дыхание его учащается, а я, потеряв остатки разума, подаюсь вперёд, касаясь его грудью, и шепчу:

– Не в твоём вкусе, говоришь?

Моя рука скользит вниз удостовериться в том, что Райан лжёт.

Я гортанно смеюсь, отчего моя грудь мелко дрожит, вызывая такую же дрожь в теле генерала.

– Ты ведьма, ― хрипло произносит он.

– Может быть, ― смеюсь я, довольная своей проделкой.

Блуза присоединяется к пиджаку.

Как бы невзначай его пальцы поглаживают моё тело, прикасаясь к груди, животу. Он опытный любовник ,и его руки разжигают во мне такой костёр, о наличии которого я даже не подозревала.

Чтобы как-то отвлечься от того, что со мной творит Райан, я мысленно начинаю придумывать схему проведения свадьбы для золтов. Переделывая все задумки моего мира, которые удаётся вспомнить. Но всё равно это не может заставить меня отвлечься от наглых рук, блуждающих по моему телу.

Генерал отпускает меня, и я с облегчением перевожу дух. Я близка к тому, чтобы сдаться.

Он медленно расстёгивает пуговицы своего кителя, не отрывая от меня горящего взгляда. От такого настойчивого внимания моя кожа плавится, а сердце стучит как молот. Мне становится трудно дышать.

Я отворачиваюсь, только чтобы не видеть его глаз.

– Трусиха, ― ласкает меня сладкий как патока баритон. ― Сдалась, ещё не начав борьбы.

– Зачем мне бороться с вами, ― внезапно севшим голосом говорю я. ― Может, разойдёмся с миром?

Он смеётся. Смеётся, подлец!

– Ни за что, ― жарко шепчет он мне на ушко. ― Надо же как-то развлекаться в этой дыре.

Развлекаться? Меня словно холодной окатывает. Куда исчезает всё очарование момента.

– Не злись, Софи, ― разворачивает он меня к себе лицом. ― Научись получать удовольствие.

Его губы впиваются в мои. Требовательно и больно. Я шиплю ему в губы:

– Волдыри.

– Ах да, прости, ― прерывает он поцелуй, рывком расстёгивая на мне брюки.

Всё молнии хана, только и успеваю подумать я, как они оказываются у моих ног.

Райан отступает на несколько шагов и с видом знатока, любующегося произведением искусства, оглядывает меня с ног до головы. Его восхищённый взгляд ласкает моё самолюбие. Думал, что я ничего не стою? Что я некрасивая замухрышка? Получи дракон тестостерон.

– Недурно, Софи, ― выносит он свой вердикт. ― Весьма недурно.

Меня трясёт от возмущения. Вот же гад! Сколько ещё он будет унижать меня. Клянусь, я съеду к ведунье, как только приму ванну.

Я здесь только ради чистоты тела, – убеждаю я себя, отводя взгляд от Райана.

– Вода остывает, ― напоминает он мне.

– Мерзавец! ― шиплю я в ответ.

– Я знаю, ― посылает он мне самую обаятельную из всех своих улыбок.