Через окно я видела, как Корин показывает Эльмире наш сад. Мой сад. Тот самый, где каждый куст был посажен моими руками. Он указывал на цветущие розы, которые я выхаживала прошлой весной. Девушка смеялась, и её светлые локоны сверкали на солнце.

Не в силах смотреть на это я спустилась на кухню.

– Госпожа, – прошептала Марта, – скажите… кто эта девушка? И… она останется у нас надолго?

– Нужно приготовить рагу. Корин его любит,  – проговорила я, не отвечая на вопрос, – И… – я вдруг почувствовала, как голос срывается, – пожалуйста, подай обед в большой столовой.

Марта кивнула. Я не смотрела на экономку, взгляд был прикован к кухонному окну. Корин и его знакомая вошли в дом через боковую дверь.

– А здесь, мы проводим вечера, – радостно выдал мой муж.

Платье внезапно сдавило горло. Высокий воротник, стал удавкой, когда я услышала смех.

“Что за вздор?” – усмехнулась про себя. – “Напридумывал себе невесть что.”

Я глубоко вдохнула. Конечно, эта Эльмира просто девушка. Юная, красивая, но… просто девушка. А Корин – всего лишь проявляет учтивость, как и подобает мужчине его положения.

Ничего страшного не происходит. Мой муж просто был вежлив, а я повела себя как безумная, встретив его в полупрозрачном платье при постороннем человеке! Неудивительно, что он был раздражен.

Из столовой снова донесся серебристый смех, и я поморщилась, как от зубной боли.

– Госпожа, вы хорошо себя чувствуете? – участливо спросила Марта.

– Прекрасно, – ответила я, натягивая улыбку. – Просто немного устала. Не ожидала гостей.

Корин вернулся домой – вот что важно. Пусть не так, как я представляла, но он здесь. А эта девушка… она скоро уедет. Возможно, уже завтра. А мы с Корином наконец-то останемся наедине.

Ужин, как и приказано был сервирован в большой столовой, где я распорядилась зажечь все магические хрустальные светильники.

Корин сидел во главе стола – место хозяина дома. Я расположился напротив, а леди Эльмира заняла место по правую руку о моего мужа.

– Как прошла поездка в столицу? – спросила я.

– Продуктивно, – коротко ответил Корин. – Мы заключили соглашение с Королевской Гильдией Целителей. Теперь наши аптекарские лавки будут единственными поставщиками зелий для всех королевских госпиталей.

– Это замечательная новость, – я попыталась улыбнуться. – Ты так долго к этому стремился.

Корин кивнул, но его взгляд скользнул куда-то мимо меня, застыв в пространстве. Он был здесь физически, но мысли его явно витали далеко.

– А вы, леди Эльмира, – я повернулась к девушке, – тоже интересуетесь аптекарским делом?

Девушка вспыхнула очаровательным румянцем и мило улыбнулась, обнажив аккуратные жемчужные зубы и глубокие ямочки на щеках.

– О, я мало что понимаю в зельях, – произнесла она с легким смешком. – Но мой отец поставляет алхимические ингредиенты из Бронзового Предела. Так мы с Корином и познакомились.

Корином… Не с господином Лааром. Не с мистером Лааром, на худой конец. Просто Корином. Будто они старые друзья. Будто они…

Черт бы ее побрал, эту ямочку на левой щеке!

Мои пальцы сжали вилку. Холодный металл впился в ладонь. Глоток воздуха обжег горло. Все мои попытки убедить себя, что ничего страшного не происходит, рассыпались в прах.

Тут что-то не так. Корин не просто так притащил в наш дом эту девчонку! Одну! Где её компаньонка? Она ведь баронесса!

Пока я лихорадочно соображала, цепляясь за обрывки мыслей, Эльмира перевела разговор на столичные сплетни. Она щебетала о королевском дворе, о новой моде на зачарованные ткани, мерцающие при лунном свете и о последней опере, которую они с Корином посетили “совершенно случайно встретившись в театре”.

Мой муж улыбался ей – той особенной улыбкой, которую когда-то берег только для меня.

Я сидела, словно каменное изваяние, механически поднося вилку ко рту и совершенно не чувствуя вкуса еды.

– Энери, мне нужно поговорить с тобой, – произнес Корин, когда слуги убрали десертные тарелки. – Наедине. В моем кабинете.

Я кивнула, чувствуя, как каждый удар сердца отдается болью во всем теле.

– Прошу меня извинить, – произнесла я, поднимаясь из-за стола. – Леди Эльмира, Марта проводит вас в гостевые покои, где вы сможете отдохнуть.

Гостевые покои. Я всё еще цеплялась за иллюзию, что девушка просто гостья.

Корин шел впереди меня по коридору. Магические светильники зажигались и гасли, реагируя на присутствие хозяина дома.

Кабинет моего мужа остался таким же, каким был до его отъезда. Я ежедневно заходила сюда, смахивала пыль с его книг и письменных принадлежностей, меняла цветы в маленькой вазе на столе. Сейчас в ней стояли свежие эдельвейсы – редкие горные цветы, которые я вырастила с помощью магии в нашей оранжерее.

Корин не смотрел на цветы. Он прошел к окну, заложив руки за спину. Несколько бесконечных мгновений он просто смотрел в пустоту. Затем глубоко вздохнул и повернулся.

– Я не знаю, как сказать мягче, – начал мой любимый. – Поэтому скажу прямо. Наш брак был ошибкой.

Слова вонзились в солнечное сплетение. Я судорожно вцепилась в спинку кресла, лишь бы не рухнуть. Горло сжало так, что я едва выдавила хрип:

– Ч-что?

– Четыре года, Этери. Четыре года, и ни одного ребёнка.

Взгляд мужа – те самые горные озёра, сейчас были скованы вечной мерзлотой. Я не узнавала этого человека. Где тот, кто шептал о терпении?

– Но мы… мы пробовали. Лекари говорили, что нужно время, что…

– Время вышло, – отрезал Корин. – Мне нужен наследник. Моё дело растёт, империя Лаар требует продолжения рода. Я не могу больше ждать.

– И ты просто… нашёл замену?

Корин нахмурился.

– Эльмира из благородной семьи…

– Правду! – я ещё сильнее вцепилась в спинку кресла. – Говори правду!

Корин вздохнул, но его лицо оставалось поразительно спокойным.

– Правда в том, что Эльмира уже ждёт моего ребёнка.

Тишина.

Сначала я услышала бешеный стук собственного сердца в висках. Потом мир поплыл – стены кабинета закачались, знакомые книги и эдельвейсы превратились в размытые пятна.

– Значит… – я едва могла говорить. – Ты обрюхатил какую-то девчонку у меня за спиной?

– Не какую-то, а дочь барона Дювейна!

– И какое это имеет значение? Будь она хоть племянницей короля!

– Поверь, значение огромное. Если бы от меня залетела какая-то шлюха, ты бы об этом даже не узнала.

Я не верила. Не понимала. Когда Корин успел стать таким лицемерным? В своих поездках, в которых он трахал девиц лёгкого поведения? А я… я сидела дома и ждала его, как дворовая шавка!

Горло сдавил болезненный спазм. Едкая горечь подступила к самому сердцу.

– Шлюха или нет, – едва слышно произнесла я, – ты предал меня.

– Молю, Ри, не нужно этой театральщины, – презрительно скривился мой муж, которого я каким-то образом продолжала любить.

“Не нужно этой театральщины…” – слова били прямо в сердце. И злили. Люто злили!

Мне хотелось закричать так, чтобы дрогнули стены этого проклятого кабинета. Хотелось смеяться – дико, истерично – над всей этой чудовищной нелепостью. Над собой, дурёхой, что поверила в сказку.

Вот только больше всего… О боги! Больше всего мне хотелось броситься к Корину. Впиться пальцами в его камзол. Вцепиться в руку, в эту самую руку, что когда-то так нежно касалась моего лица, и кричать: “Это шутка?! Скажи, что это чудовищная шутка! Ты просто решил меня разыграть, проверить, дойду ли я до истерики! Скажи!”

Но я молчала. Потому что мой мозг, не спросив разрешения, переключился в режим “гордого идиотизма”. Застыла. Как балда. Как мраморная глыба с вытаращенными глазами и идиотски приоткрытым ртом – идеальный памятник собственному унижению. Хуже было бы только упасть. Броситься в ноги своего мужа и умолять не бросать меня.

– Для моей империи…

Я усмехнулась.

– Да, Ри! Империи! Сейчас важно удержаться. Зацепиться за верхушку. Сделать шаг – который изменит всю жизнь. Эльмира Дювейн может помочь. А ты… – Корин обернулся, и в его взгляде мелькнуло что-то жалкое. – Ты дочь мелкого торговца травами. Какие двери ты мне откроешь?