Мне же очень удобно таким образом изучать зарубежное телевидение. Смотреть напрямую нерв общественной жизни капиталистического строя. Потому зарубежные посольства получили задание записывать самые популярные и важные шоу на ТВ. Время от времени самые интересные кассеты по совету консультантов из АП просматриваю я. Сейчас всем ведомствам дано задание тщательно изучить общественное мнение в Европе и Америке. МИДу я пока не доверяю, чистка там не окончена. К сожалению, мы уже имели случаи побега некоторых посольских работников, сдачу нас врагу. По внутренним предателям работа продолжается. Ими зачастую оказываются детки уважаемых родителей. МГИМО и некоторые факультеты МГУ уже начали обновляться свежей кровью. Не позволю заводить за государственный счет рассадники либерализма.
У разведки свое видение, довольно неоднозначное. Я уже упоминал как-то про фактор исполнителя. У некоторых служивых достаточно странное обоснование «Интересов Родины» получается. Идет прямая подмена понятий. Когда мелкое ставится выше важного, потому что этот индивидуум так решил. И с таким явлением мы постоянно боремся. Так как что эффект «Держиморды» губителен для страны. Как и излишняя зарегламентированная секретность. Помню, еще в самом начале своего секретарства провел показательное закрытое совещание заинтересованных ведомств. На нем были представлены внушительные цифры потерь народного хозяйства, которых можно было избежать.
К ним проводили, в частности: дублирование разработок. Секретность вынуждала создавать с нуля аналогичные исследования и производства в разных ведомствах, например, в авиации или атомной сфере, что было колоссальной тратой ресурсов, которые могли пойти на гражданские нужды. Создание целых секретных городов с высоким уровнем финансирования для военных и научных нужд отвлекало ресурсы и кадры из других регионов страны, не принося прямой пользы гражданскому сектору. Блокировка доступа к мировым технологиям и информации не позволяла советской экономике эффективно конкурировать, что привело к технологическому отставанию, несмотря на успехи в ВПК. Секретные программы и проекты получали приоритетное финансирование, часто в ущерб другим, более важным для населения, секторам.
Итогом совещания стало постепенное снижение секретности до требуемых объемов. В течение последних лет мы сэкономили десятки миллиардов рублей. А с учетом взрывного роста науки и наукоёмкого производства — сотни миллиардов. Буквально подняли их на ровном месте. Да простое упорядочивание министерств и ведомств, настоящий плановый характер работы и переформирование Госплана принесли бюджету не меньше. Вот откуда мы черпаем огромнейшие средства для развития тяжелой промышленности и энергетики. На современные заводы микроэлектронику и систему Комсвязь с моей помощью заработали за рубежом. В какие только махинации мои помощники не ввязывались. Не везде нам везло. Так что шишек набили изрядно. Но это забавно, зарабатывать капиталистическими методами на постройку социализма.
Например, многообещающую операцию «Биржа» пришлось свернуть. С той стороны оказались не дураки, слишком быстро прочухали чужое присутствие в своем домике. Но осталась сеть небольших и чрезвычайно выгодных бизнесов, вроде АЗС, сети прачечных и закусочных. Они приносят неплохую прибыль, и что важно — наличными. И вдобавок Кастро получил «золотой», точнее, кокаиновый ручеек средств на подкормку всевозможных революционеров. Оружие туда мы уже принципиально не поставляем. Для этого есть союзники. Заодно чехи, немцы и югославы прокачивают собственный ВПК и зарабатывают себе валюту. Ее они вынуждены вкладывать в новые отрасли промышленности. Таков уговор. Потому что кормить за свой счет мы больше никого не будем, поднимая их жизненный уровень. Но все пока довольны. Конкуренция пошла ВПК стран СЭВ на пользу. Сейчас уже и наша армия готова обменивать лицензии на производство у союзников. Советские при моем приходе были мной заморожены. Потому нечего кому попало клепать наши Калашниковы. Только обмен или покупка.
Не всем понравилось, но деваться им некуда.
Активная внешняя экономическая и финансовая деятельность в конце шестидесятых годов уже начала приносить свои плоды. Объем заработанных таким образом СКВ в несколько раз превысил продажи нами нефти и других природных ископаемых. Деньги шли зачастую обратно в СССР в виде «кредитов» и совместных предприятий. То есть мы не взламывали двухконтурную систему финансов, вынеся эти доходы за скобки. Это к тому же давало возможность приглашать иностранный менеджмент и специалистов. А также получать перекредитование у западных банков. Это на самом деле выгодно, но не всем доступно. Наши иностранные фонды сейчас активно вкладывались в Африку. Кроме Родезии, мы здорово закрепились в Сомали, переформатируя эту республику в более цивилизованное состояние.
Построенные нами для военных нужд порты и аэродромы подтолкнули местную экономику. Затем пришли прокси-фирмы, начали разрабатывать природные ископаемые, строить энергетику и инфраструктуру. Если поначалу работали наши или другие специалисты, то позже начали активно привлекать обученный местный персонал. Страну покрыла сеть школ и профессиональных училищ. Потому что с безграмотным население мнечего разговаривать. Зато сейчас там есть настоящие профсоюзы и зачатки партий, рабочий класс. Успехи налицо. Правда, пришлось поначалу проводить активные мероприятия по контрацепции, плодятся больно уж бессмысленно. Сейчас уже начинают действовать законы урбанизации.
Недавний конфликт с Кенией показал, что и армия Сомали уже вполне на уровне. Даже нам не пришлось вмешиваться. И таких удачных примеров хватает. Успехи за рубежом помогли мне перекинуть нефтедоллары на нужды населения. Да, я понимаю, что свое сельское хозяйство поднимать нужно, но это дело долгое. По моим прогнозам еще лет 15 минимум. Одних внутрирайонных дорог требуется построить десятки тысяч километров. Очень многое зависит от науки и культуры внедрения новых методов хозяйствования. Зато сейчас с помощью закупок наш народ с мясом, колбасой, молочкой и сыром. Активно строим птицефабрики. Хотя острых мест хватает. Но это уже без меня.
Пока же я хочу оставить преемнику зачищенную поляну во внешней политике. Достаю кассету из Вашингтона. Интересно, как изменится их политика после пришествия нового президента? В выборах 1972 года победили опять республиканцы. Они закончили войну во Вьетнаме, и до кризиса осени 72-го уверенно шли к успеху в экономике. Победил Роберт Доул, занимающий компромиссную позицию между правым и либеральным крылом республиканцев. Пребывая в Сенате Доул был председателем Национального комитета Республиканской партии. И что интересно — его поддержал Нельсон Рокфеллер. Что говорит о многом. У нас появился непростой партнер.
Телестудия CBS. Телешоу Face the Nation.
— В нашей студии бывший Государственный секретарь при администрации президента Джонсона Дин Раск.
Уставший, с подведенными глазами бывший чиновник высокого ранга натужно улыбнулся.
— Приветствую всех.
— Как, по-вашему, будут дальше складываться отношения с Советами? Ведь они ведут себя в последнее время довольно агрессивно.
— Могу лишь констатировать, что при нашей администрации такого не было. Мы умели договариваться с Хрущевым и Брежневым.
Ведущий хитровато глянул в камеру:
— Вы считаете, что это промахи прошлой республиканской администрации Форда?
— Абсолютно верно.
— Но многие считают, что тут скорее виноваты последствия Вьетнамской авантюры. Коммунисты решили, что мы слабы, и начали наступление.
Дин Раск моментально погасил вспыхнувшие на лице эмоции, все-таки у него богатый опыт.
— Мы признаем ошибки, и как помните, именно наша администрация начала вести переговоры о мире. Республика Вьетнам все еще существует, а американские войска выведены. Советы соблюдают условия переговоров.
