В воздухе раздается полицейская сирена. Глядя в зеркало заднего вида, я вижу позади нас полицейскую машину. — Упс. Кажется, нас поймали.

— Ты собираешься сбавить скорость?

Я усмехаюсь ей. — Похоже что, я собираюсь сбавить скорость? — Я нажимаю педаль газа и еду быстрее. Полицейская машина не отстает от меня, ни разу не сбавляя скорость.

— Остановите машину, — раздается женский голос из динамика. — Сейчас же.

— Как будто это случится. — Спидометр приближается к ста двадцати. — Посмотрим, как долго этот коп сможет за нами угнаться.

На губах Джеммы появляется легкая усмешка. — Это безумие.

— Я знаю.

— Но весело, — признается она.

— Я знаю.

Я прохожу еще один поворот, едва избежав столкновения с фонарным столбом. Жизнь скучна, если ты не рискуешь. Это мой девиз.

Всякий раз, когда я набираю скорость, коп тоже. Когда я поворачиваю за угол, она следует за мной. Когда я проношусь из стороны в сторону, коп повторяет движение. — Она не сдастся, да? — бормочу я.

— Не-а. Тебе, возможно, придется остановиться, Виктор. Это весело, но я не хочу причинять кому-то боль.

Я стону, ударяясь головой о подголовник. — Джемма, если бы я беспокоился о каждом невинном человеке, я бы сошел с ума. Ты не можешь беспокоиться о том, что о тебе думают другие. Тебе просто нужно сосредоточиться на себе и своем собственном веселье.

— Ты действительно в это веришь?

— Да.

— А как же я? — Она ерзает на сиденье, откидывается назад, нахмурившись. — Ты расстроишься, если я пострадаю?

Тогда будет ли мне все равно?

Знаешь что, нет.

Я могу дразнить смерть все время, но я не хочу, чтобы Джемма умерла. Где в этом веселье? Я одариваю ее улыбкой. — Я бы, наверное, поплакал несколько минут, если бы ты умерла. А потом бы пошел дальше. Нет смысла тратить время на то, что я не могу изменить.

Она фыркает, закатывая глаза. — Отлично. Приятно знать, как сильно ты заботишься.

В том-то и дело. Мне не все равно. Но по какой-то причине я просто не могу сказать это серьезно.

Пока я отвлекаюсь на мысли о своих чувствах к Джемме, я не замечаю резкий поворот дороги впереди.

— Виктор! — визжит Джемма.

Я поднимаю глаза и резко нажимаю на тормоза, машина скользит и останавливается, едва избежав удара о стену камней. На мгновение все затихает. Затем громкий звук сирены снова оказывается в центре внимания.

Джемма тяжело дышит, ее грудь быстро поднимается и опускается. Я, конечно, не могу не заметить. Адреналин, бурлящий во мне, заставляет меня хотеть трахнуть Джемму и послать все остальное к черту.

Коп уже у моей двери, прежде чем я успеваю что-либо сделать. Это женщина, наверное, лет тридцати, со светлыми волосами, похожими на волосы Джеммы. Я мог бы уехать, но тогда она снова погонится за мной, поэтому я решаю немного развлечься с этим копом.

— Могу ли я вам помочь, офицер? — Я напускаю на лицо самое милое и невинное выражение, опустив стекло.

Судя по ее раздраженному выражению лица, она не верит. — Ты знаешь, как быстро ты ехал? Ты мог кого-нибудь покалечить. — Она кивает на Джемму. — Ты мог ее покалечить.

— О, это просто моя жена. Она такая же сумасшедшая, как и я.

Джемма шлепает меня по руке. — Я не сумасшедшая. — Она наклоняется вперед, обращаясь к офицеру. — Я не сумасшедшая, как он, поверь мне.

— Э-э-э. Мне все равно. Это не ты была за рулем. Он был. — Она переводит взгляд на меня. — Права и регистрация.

Я роюсь в бардачке, прежде чем отдать ей документы. Она читает их и идет обратно к своей машине.

— Что она делает? — спрашивает Джемма.

Полицейская вернулась через мгновение, с еще более раздраженным выражением лица. — Сэр, эта машина была зарегистрирована как угнанный автомобиль. Так что, если вы могли бы выйти из машины и поднять руки над головой.

Точно. Я как-то забыл, что угнал эту машину. У меня привычка делать много плохих вещей, так что они просто как-то перемешались в моей голове.

— Это вопрос? — издеваюсь я.

— Это приказ.

— Я думаю, мы можем это обсудить, не так ли? — Я бросаю на офицера свой самый страстный, соблазнительный взгляд. Она моргает и на мгновение колеблется, прежде чем схватить пистолет и направить его на меня.

— Сэр, выйдите из машины.

Черт. Я правда думал, что смогу выпутаться из этого с помощью флирта. Ну, если этот способ не сработает…

Я открываю дверь.

— Виктор? — спрашивает Джемма.

— Со мной все будет в порядке. — Я подмигиваю ей, выходя из машины. Я смотрю офицеру прямо в лицо. — Приятно познакомиться... — Я щурюсь на ее бейджик. — Бретт. Офицер Бретт. Это звучит мило.

— Мне нужно, чтобы вы заложили руки за голову.

— О, неужели мне это нужно?

— Да. Теперь сделай это. — Она не выглядит испуганной, направляя на меня пистолет. Офицер Бретт храбрее, чем я думал. Но она также невероятно глупа, потому что не знает, с кем имеет дело.

Я сцепляю пальцы за головой, и Бретт пользуется случаем, чтобы ударить меня об машину. Джемма выбегает.

— Оставайтесь там, мэм, — говорит ей Бретт. Я слышу звон наручников. — Мне придется взять вас с собой в участок. Вас обоих.

Как только холодный металл касается моей кожи, я бросаюсь в бой. Я бью локтем назад и бью копа, заставляя ее ахнуть. Развернувшись, я отталкиваю ее назад, выхватывая при этом ее пистолет. Она замирает.

— Виктор, не стреляй, — предупреждает Джемма.

— О, но где в этом веселье? Оглянись вокруг, Джем. В этом районе нет камер, а машина украдена, так что номерные знаки не приведут ко мне. В любом случае, если я отпущу ее сейчас, я просто пошлю одного из своих людей разобраться с ней позже. Или, что более вероятно, я разберусь с ней позже. Я оказываю ей любезность, убивая ее сейчас.

— Нет! — кричит Джемма, когда я стреляю. Бретт падает на землю, пулевое отверстие в голове. Я кладу пистолет Бретт в карман и возвращаюсь в машину.

— Джемма, пойдём.

Она смотрит на Бретт мгновение, прежде чем вернуться в машину. Я ускоряюсь, желая как можно дальше отойти от мертвого копа. — Ты убил ее. — Джемма звучит ошеломленно.

— Да. Ты уже видела, как я убивал людей.

— Да, но… никогда женщин.

Я бросаю на нее взгляд. Она смотрит в пол, ее выражение лица потеряно. — Эй, я должен был. Она должна была умереть. Это должно было случиться сегодня ночью или в какую-то другую ночь. Ты же знаешь. Этой жизнью я живу. Этой жизни ты теперь принадлежишь. — Я достаю телефон и набираю номер своего уборщика. — Эй. Мне нужно, чтобы ты кое-кого убрал для меня. — Я тараторю об улице, не вдаваясь в подробности.

— В деле, — хрипло отвечает он. Старый добрый Грег. Он убирает тела, которые я оставляю. Мы редко встречаемся лично. Для бизнеса лучше, чтобы мы этого не делали. Я доверяю ему, он сделает работу.

Джемма садится прямее, когда я убираю телефон. — Ты в порядке? — спрашиваю я.

Она кивает, делая глубокий вдох. — Ты прав. Этот мир, к которому мы принадлежим, жесток. Но ты хочешь кое-что знать?

— Конечно. — Я сбавляю скорость, продолжая ехать. Одной смерти офицера на ночь вполне достаточно.

— Когда она направила на тебя пистолет… Я могла думать только о том, что хочу ее смерти. Насколько это ужасно?

— Эй. — Я протягиваю руку и сжимаю ее руку. — Ты просто хотела защитить своего мужчину. В этом нет ничего плохого.

— А? Теперь ты мой мужчина? — Она начинает походить на Джемму, которую я знаю.

— Я всегда был твоим мужчиной.

Она качает головой, легкая улыбка расплывается на ее губах. — Это страшно, как я все больше привыкаю к смерти, чем дольше я рядом с тобой. Ты опасен, Виктор.

— Тебя это беспокоит?

— Так и было. Теперь… я думаю, что я меняюсь. Ты меняешь меня.

— Хорошо. — Она поворачивается ко мне, нахмурившись, и я объясняю. — Это значит, что ты более чем готова встать на мою сторону, когда я захвачу этот город. Ты хочешь быть со мной?

— Ты не оставил мне выбора.