— Дима, пообщайся с ними побольше. Ты в своем училище и разговаривать с девочками разучился, а эти такие простые и общительные, — заметил Костя, застегивая рубашку, — я вот тоже, честно говоря, уже разучился с женщинами разговаривать. Хочется что-то сказать красивое, а слов нет.

— Да, с ними интересно, а арбузы как любят. Если с ними на пляж пойдем, надо еще купить, — добавил Дима, одевая шорты.

Костя искоса посмотрел на сына. Если честно сказать, он даже гордился им. Учитывая все трудности походной жизни, Дима вырос добрым и честным парнем. В свои пятнадцать лет он был высокого роста, боевая подготовка и занятия спортом, хорошо развили его фигуру. На его красивое, материнское наследие, лицо заглядывались все девчонки отеля. Для Кости Дима был не только сын, но, и друг, и советчик.

— Я готов, — Костя стоял перед сыном и ждал его мнения. — Как я тебе?

— Огурец-молодец! А не хотел рубашку с пальмами покупать, говорил, зачем она мне, — Дима рассматривал себя в зеркало.

— Да не думал, что Михаил Иванович откажется от путевок из-за своей дачи и поездку предложат мне. Ну, а ты собрался? — спросил Костя, в свою очередь, занимая зеркало, и пытаясь причесать свои кудри.

— А мне что собираться. Я иду на прогулку, а не на свидание, — юноша заострил внимание на последних словах.

— Да сынок, наверно, я иду на свидание, — задумчиво произнес Костя, — впервые за тринадцать лет. Ну, пошли.

В дверь постучали, и, не ожидая приглашения, в комнату влетел Виктор, проживающий в соседнем номере. На вид ему было лет сорок, пышные светло русые волосы красиво обрамляли его лицо без единой морщинки, а зеленоватые глаза всегда весело улыбались. За дни отдыха Костя познакомился с ним, и Виктор всегда рассказывал ему о своих любовных приключениях с молодой подружкой. Сегодня Костя попросил соседа, подсказать, где лучше отдохнуть компанией с детьми, что бы и не дорого и весело.

— Пришел, — Костя даже обрадовался, — я думал, ты уже забыл про меня.

— Никогда ничего не забываю, — Виктор поискал по карманам и нашел свернутый лист бумаги, — вот, все кафе в центре и на набережной. Синим я подчеркнул самые порядочные, где к вам никто не привяжется. А красным — где самые лучшие вина. Если будут вопросы, позвони мне.

— Спасибо, — Костя положил листок в карман рубашки, — мы уже опаздываем, представь, я тоже тороплюсь на свидание.

— Рад за тебя, — артистично положил ему руку на плечо Виктор, — держать марку военного. Удачи вам. Сам тороплюсь. Пока, — и он скрылся за дверью.

— Вот метеор, — улыбнулся Костя, — теперь все готово, пойдем сынок.

Когда они спускались по лестнице, Дима задал провокационный вопрос.

— Слушай, отец, а эта женщина, тебе действительно нравится?

— Понимаешь, я и сам еще не понял. У нее такие бездонные голубые глаза, я даже не могу точно сказать. Что-то в них есть такое, что держит и не отпускает, — задумчиво произнес отец, держась за поручни.

— Да, что-то есть, — Дима пропустил на лестнице женщину с ребенком.

— Такой простой и бесхитростной женщины, я еще не встречал. И имя у нее такое красивое — Лида.

— И главное — редкое, — усмехаясь, подчеркнул Дима.

Отец и сын торопились к назначенному часу. Дневная жара спала, и было приятно наслаждаться вечерней прохладой. Сумерки наступали быстро и незаметно. За десять минут до назначенного времени Костя с Димой стояли у памятника Воинам — освободителям.

— Интересно, а почему они назвали памятник Три Капитана? — задумался Дима.

— Ну, вот придут, давай спросим, — поддержал сына отец.

Набережная реки Мзымты, по всей видимости, недавно оделась в гранит. Памятник воинам-освободителям окружал небольшой парк с ровными газонами и тротуарными дорожками. По дорожкам катались дети на машинах из прокатного пункта.

— Смотри, Дима, — удивленным голосом, позвал сына Костя, — березки.

Настоящие березки росли вокруг памятника, посаженные по определенной схеме. Невысокие деревца, тоненькими стволами белели в темноте вечера. Зеленые листочки подрагивали, как будто, старались стряхнуть дневную жару.

— Да, папа, как привет из тайги. Там их столько, кажется, надоели безумно, а здесь — как диковинка, — юноше была свойственна ностальгия по сибирским военным гарнизонам, где они с отцом жили просто и беззаботно. Свое детство Дима считал, самым счастливым на свете.

— Зачем их здесь посадили? Березам трудно в таком жарком климате расти, — Костя с какой-то нескрываемой грустинкой гладил бересту ствола.

— Папа, вон они идут, — указал сын на шедших через мост Трифоновых.

Выйдя к мосту, Лида с девочками сразу заметили двух мужчин у памятника. Дима в свои пятнадцать лет, издалека уже выглядел как взрослый.

— Смотри, мама, они уже ждут, — показала глазами Валя.

— Но мы безумно пунктуальны, — заметила Света, — сейчас девять часов двадцать девять минут. Я проверила телефон по телевизору.

— А куда мы с ними пойдем? — спросила Валя.

— Просто по городу погуляем, — ответила Лида.

— Мне кажется, «Ихтиандр» прикольный, — высказала вслух всеобщую мысль Света, — а Дима, вообще красавчик. У меня уже у бассейна Маша Иванцова спрашивала про него, — добавила Света многозначительно.

— И что она спрашивала? — подхватила Валя.

— А вот что спрашивала, не скажу, — отпарировала Света.

— Мама, что она не рассказывает? — не унималась Валя.

— Давайте успокоимся, мы уже подходим, вдруг они услышат, — остановила спор сестер мама.

Костя не уставал удивляться этой женщине. Легкое голубое платье прекрасно облегало ее стройную фигуру, маленькая ракушка на черном шнурке подчеркивала красоту декольте. Ее бездонные с грустинкой глаза сводили его с ума, хотелось совершить подвиг, что бы они улыбнулись. Небольшую сумочку она несла на плече и поддерживала ее рукой. Босоножки с тоненькими прозрачными ремешками прекрасно сидели на загорелых ногах. От нее исходила какая-то свежесть и незаурядность.

— Добрый вечер, — Лида не могла скрыть улыбку, — куда пойдем?

— Добрый, — ответил Костя, — давайте пройдемся по вашему маршруту. Дима, ты веди девочек впереди, — попросил он сына.

— Хорошо папа. — Дима смущаясь (хорошо, что было уже темновато и его смущение не было заметно), взял девочек под руки, и не зная, какую тему для разговора предложить, спросил первое попавшее на ум, — расскажите, что на этой улице самое интересное.

— Дима, что на этой улице самое интересное, ты сейчас увидишь, — высказала мысль Валя, — а лучше ты расскажи нам о Суворовском училище?

— Мне очень интересно, как у вас проходит жизнь и обучение, — добавила Света, — ты, сколько лет там учишься?

— Я учусь уже три года, с пятого класса и могу сказать, что мне очень нравится, — начал Дима свой рассказ. В душе он был благодарен сестрам, что их интересовала такая близкая для него тема, на которую он мог говорить сутками.

Лида с Костей пошли рядом. Кажется, они и сами не заметили, как начали разговаривать о всякой всячине. Так обычно бывает, когда совершенно незнакомые люди впервые остаются вдвоем, то начинают говорить всякие глупости. Задавать друг другу незначительные вопросы, и при этом, каждому интересно узнать о собеседнике все.

Центральная улица города уже украсилась неоновыми огоньками. Витрины магазинчиков, летних кафе, пальмы — все играло веселыми переливами. Когда вышли к набережной, компания окончательно сдружилась. Все весело и шумно разговаривали, шутили, смеялись. При переходе улицы Костя несколько раз брал Лиду за руку, от его прикосновений, у нее по телу пробегала небольшая дрожь. В кафе на набережной, решили отдохнуть и перекусить. По данным Виктора, здесь было весело и не дорого.

Ночное кафе «Под пальмами», с пальмами у входа и в середине зала, оказалось заполнено отдыхающими. С трудом отыскав свободный столик в углу, веселая компания принялась изучать местное меню. Цены «кусались» вполне умеренно, заказали шашлыки, вино, фрукты и мороженое. Как выяснилось, Костя оказался знатоком кавказских горячительных напитков. Заказанное вино было изумительного вкуса и тонкого аромата. Лида, как-то вообще не разбиралась в винах, и не любила подобные гуляния, но видимо, на нее воздействовал воздух Кавказа, и, бокал вина она выпила с удовольствием.