Трифоновы решили ужинать на веранде. Видимо купались они дольше всех, основная масса отдыхающих уже поужинала. Крайний столик в углу, занимали сестры Анна Сергеевна и Клавдия Сергеевна, и о чем-то тихо разговаривали. В группе этих женщин прозвали «сладкая парочка». Две сестры постбальзаковского возраста, в вязаных шляпках, ходили всегда вместе, даже под ручку. Анна Сергеевна была чуть повыше сестры и похудее. Клавдия Сергеевна была ростом чуть пониже, но, зато, потолще в талии. Анна Сергеевна, все взвешивая на весах своего мнения, отличалась строгостью манер, даже можно сказать, чопорностью. Она всегда носила длинные однотонные платья с обязательной старомодной брошкой на шее. Клавдия Сергеевна, как полная противоположность, была разбитной русской бабой, всегда готовой посмеяться над свежим анекдотом. Она любила щеголять в шортах и майке. Объединяли их умные серые глаза, в которых плескались доброта и любопытство и пышные седые волосы. У сестер была странная фамилия — Курич, были ли они когда-нибудь замужем, никто не знал.

За столиком у бассейна сидели две женщины: тетя и племянница, веселые и говорливые, в поезде им выпали места у туалета, и они этот, не совсем приятный факт, сумели перевести в разряд шутки. За средним столиком, ужинали муж и жена, невысокие, полные с круглыми с довольными лицами. В образе женщины Лиде показалось что-то знакомое, но, она не стала всматриваться.

Лида принимала у поваров тарелки и ставила на столик, девочки помогали расставлять ужин, раскладывали чайные пакетики по кружкам. После купания почувствовали голод, и на тарелках не осталось ни крошки. На сладкое — нарезанный торт, был принят с восторгом.

— Мы отмечаем свой приезд в Адлер, — хором высказались девочки.

— А после ужина давайте пойдем по набережной и рассмотрим все, что там есть, — предложила Лида, — после трехдневной качки в поезде хочется походить по твердой земле и свежему воздуху.

— Лида, ты что ли? — полненькая супруга за соседним столиком вдруг назвала Лиду по имени, — ты что, меня не узнаешь? — удивленно продолжала она. — Я же Катя Сарцева, мы с тобой в параллельных классах учились.

Лида внимательно посмотрела на женщину и, действительно начала припоминать Катю из десятого «б» класса. В поезде эта семейная пара ехала в первом открытом купе и Лида их почти не видела. Катя сильно изменилась, в школе она не была такой полной и глаза у нее, были большие и открытые. А сейчас глаза куда-то провалились, стали узкими и, казалось, что они смотрят зло и с прищуром. Такие же узкие губы довершали выражение вредной и придирчивой бабы. А муж казался добряк — добряком: открытые глаза, широкий нос, улыбающийся рот и круглое румяное лицо.

— Я тебя совсем не узнала, ты так поправилась, — окончательно вспомнила школьную знакомую Лида.

— Жизнь хорошая. А теперь я — Круглова, — женщина с нескрываемой гордостью рассказывала о себе, — мы с Сашей очень дружно живем. А ты, правда, меня не узнала? То-то я смотрю, мимо проходишь и не здороваешься, думаю, разбогатела наверно.

— Нет, не разбогатела, просто не ожидала увидеть здесь кого-нибудь из нашего района. К тому же, я и по сторонам сильно не смотрю.

— Как поживаешь? — продолжала расспрос Катя, — кем работаешь, где муж?

— Нормально живем, как все, — Лида не любила о себе рассказывать, — работаю директором магазина в нашем районе, с мужем развелись давно, — ей становился неприятный разговор, все отдыхающие с любопытством смотрели на нее.

— Директором? — Катя вдруг покраснела, только не понятно от чего: то ли от радости, то ли от негодования, — молодец, ты и в школе хорошо училась. А что вы с Мишей не поладили? В школе такие не разлучные были?

— У меня был совсем другой муж. Миша после школы уехал в Москву и там уже давно живет семьей. А, ты почему к матери не ездишь? — Лида постаралась перевести разговор в другое русло, — тетя Галя старенькая стала, в магазин приходит на посошок опирается. Говорят, что ее совсем не проведаешь?

— Нет-нет, неправда. На родительский день приезжали, — начала припоминать Катя, — помнишь, Саша, еще племянника твоего брали с собой, — для утверждения, обратилась к мужу Катя.

— А, это когда он еще в армию не ходил? — переспросил толстенький Круглов, — да, а когда он из армии пришел, два года назад, — хотел что-то рассказать Саша, но, видимо Катя, вовремя успела его толкнуть ногой под столом, что он забыл свою мысль. — Да-да, ездили, ездили, — закивал головой сговорчивый муж.

— А ты значит, с детьми приехала? Какие у тебя приятные девочки, — Катя расплылась в притворной улыбке, и от этого ее круглое лицо совсем стало похоже на узбекскую тыкву, — конечно, дети — это святое.

— Ваши дети как? — Лида допивала чай.

— Наш сын учится в гимназии с математическим уклоном. У вас в районе о таком и не мечтают. — Катя посмотрела на всех и нарочито громка сказала. — Гордость школы.

— Что же вы свою гордость с собой не взяли? — Лида складывала пакетики от чая один в один.

— Не можем отрывать от научной деятельности. Он занимается с известными учеными нашего города. Совместный проект. После окончания работ поедут в Москву на защиту. Сам профессор Сидоров лично просил оставить дома нашего Вадика: «Без него, говорит, мы как без рук», — хвалилась Катя, — конечно, город не сравнить с деревней.

— Но, хотя бы пару дней ваш вундеркинд может летом отдохнуть здесь с вами? — спросила Лида. Что-то ей показалось подозрительным, сама Катя никогда не отличалась большим складом ума, откуда у сына могли взяться такие способности.

— Здесь, с нами? — округлил глаза Саша, крошки еды выпали у него изо рта.

— Что ты, — успокоила его Катя, гладя по руке, а повернувшись к Лиде, добавила. — Нет, математика — превыше всего. Ой, Саша, — обратилась она к мужу, — мы же хотели в парк, на карусели покататься.

— Да-да, надо торопиться, — поспешил из-за стола Саша.

— Мама, пойдем тоже в парк сходим, — позвала Лиду Света.

— Что ты, девочка, — Катя язвительно улыбнулась, — по городу ночью без мужчин ходить опасно, если только не подобрать первого встречного, — и, обращаясь к Лиде, добавила, — сюда многие за этим приезжают, да уезжают ни с чем.

Лида постаралась сдержаться от обидных слов. За последние годы она много выдержала нападок, за развод и одиночество, но, никак не ожидала встретить в столовой отеля девушку из параллельного класса. К тому же, Катя тоже ревновала ее к Мише Федорову, наравне с одноклассницами. После школы Катя сразу уехала в город, в районе почти не появлялась. И вдруг, через столько лет, встретилась ей здесь, в Адлерском отеле. Убрав посуду со столика, Трифоновы поднялись в номер.

— Мама, а что этой толстой тетке надо? — спросила Света, когда они собирались на вечернюю прогулку.

— Так, давайте уже все плохое забудем и пойдемте в город, — запротестовала Валя, — мы приехали сюда отдыхать, и нечего обращать внимание на всех подряд. Тем более, с их ученым — математиком, что-то не чисто.

— Правильно, Валя, — ответила Лида, подкрашивая ресницы.

Что отличает обычный город от курортного, да еще и приморского? Резкое увеличение населения в летние месяцы. Куда не кинь взгляд, всюду толпятся загорелые, с веселыми лицами отдыхающие. Между пляжем и экскурсиями стараются обозреть все достопримечательности, запечатлеть на память все интересные моменты. И обязательно привезти всем родственникам и друзьям разнообразные дары моря.

На выбор и вкус каждого: хрупкие кораблики с парусами, всевозможные зверьки, черепашки, слоники, и просто ракушки и морские звезды. Рамки для фотографий из бамбука и ракушек, долго будут напоминать о незабываемых летних днях.

С первых же минут, Лида с девочками окунулись в пеструю, шумную жизнь отдыхающих. На третий день, их тела покрылись особенным бронзовым отливом. Они точно знали, в каких ларьках можно купить дешевые и хорошие фрукты, до моря доходили за считанные минуты. Завернутые в легкие парео, они ни чем не отличались от обычных курортников.