Туман довольно закружил вокруг меня, ломая картинку и мои мозги.

– Что-то подсказывает мне, что ты божественная капля драконьего бога, – произнесла я, падая на кровать. Мои ноги дрожали от ужаса и осознания того, что я только что узнала.

Я глотнула комок в горле:

– Но у меня уже есть сила, если это точно, конечно. Как я могу ещё тебя взять, я не хочу быть сумасшедшей, как этот, как его там, Чёрный Мор вроде. Туман разделил меня и ребенка, и я опять стала зелёной, а малыш в золотистом свете.

– Постой, – до меня начало доходить, – я не владею силой, она принадлежит малышу?

Довольное кружение вокруг меня:

– Тогда почему ты меня слушаешь?

Опять картинка ребёнка и меня. Малыш растёт, туман переходит от меня к ребёнку, и вот рядом со мной опять стоит молодой парень в золотом тумане.

– Он вырастет, и ты уйдёшь к нему, а пока со мной получается? – туман тонкой ниткой обвил перстень на моей руке, – Значит, перстень тоже ему перейдет? Я опекунша! – дошло до меня.

Туман опять согласно покружил рядом, и почему моя сила не такая же умная, возмущённо подумала я, только жизнь мне портит.

– Ты знаешь, как зовут малыша? У него же было имя?

Туман красивыми завитушками вывел на драконьем языке имя Морвейн.

– Красивое, – выдохнула я, – ну хотя бы теперь понятно, что я не сумасшедшая.

Один камень с души упал. Я даже улыбнулась, потом вспомнила, что мне предстоит сделать, и улыбка с лица спала. Жить в пустоши всё это время, пока малыш не подрастёт, это же страшно.

– Ты почему всех убиваешь? Что это за жестокость? – с укором сказала я туману. Он удивлённо покружил рядом, – И не притворяйся, вон недавно гнома слизал, – я передернулась от воспоминания.

Потом туман показал город, пустой, но прекрасный, величественный, грандиозный, и меня, идущую по этим улицам. Моя зелёная сила постепенно расходится от меня в разные стороны, убирая чёрные хлопья, которыми был заражён туман.

– Вон оно как, – сказала я, – не просто так ты меня в мамки выбрал. Всё же моя божественная сила тебе нужна. И значит, убрать эту стену тумана вокруг башни ты не можешь… – я вздохнула, понимая, что мой план, который я только что придумала, тут же провалился.

Туман не везде одинаков. Не зря я видела, кроме золотистых капелек, черные хлопья. Золотой дракон допрыгался, себя погубил и силу испортил, заразив чернотой.

Ничего, пирожочек мой, я сделаю всё, чтобы ты не вырос таким же злюкой. Сердце сжалось, так захотелось к малышу…

Золотистый смерч опять окружил меня, поглаживая кожу:

– Ну, хватит лизаться, – отмахнулась я, – давай думать.

Адаран Креймор

Нужно обдумать, нужно осознать. Я сжал кулаки, чтобы дракон перестал выпускать когти. Вторая половинка словно сошла с ума, пытаясь выбраться наружу.

Как такое может быть? Истинная, моя истинная!

Это как удар, когда чувствуешь кровь своей пары, когда осознаешь, что она в опасности. Хочу пойти и сжать горло Ирги, чтобы она больше не смела даже смотреть в сторону Цветочка. Моего Цветочка.

Теперь всё становится на свои места: и моя странная тяга к дриаде, и то, что я спускаю ей вольности, которые раньше не терпел от других женщин. А еще меня бесит, когда возле нее крутятся другие мужчины, будь то коротышки, Алир или доходяга дриад.

Но Ирга! Нет, мне нужно успокоиться, девчонка просто ревнует, не понимает, что для меня она как сестра. Девочка, которую я дергал за косы и подкладывал лягушек в постель. Никогда я не смотрел на нее как на свою будущую жену. Даже желания не испытывал, хотя она приходила ко мне голой, пытаясь соблазнить.

Перед глазами опять три красные полосы на нежной коже, полные удивления зеленые глаза… Амарин настоящий боец, даже не пикнула, не испугалась. Сильная, смелая, живая, хорошая хозяйка, о такой паре можно только мечтать.

Когда я женюсь на ней, стану сильнее, а наши дети будут превосходить меня в силе в несколько раз. О таком потомстве мечтают все драконы. Обмельчали мы за последние столетия. Истинные пары стали редкостью и мечтой многих угасающих родов. Даже Ард хочет найти свою пару, чтобы иметь сильного наследника, но мне повезло больше.

Вспомнив брата, сжал зубы, чтобы не выругаться. У меня не осталось сомнений, что Амарин и есть та дриада, к которой ушла сила Южных, но почему к ней?

Я специально узнавал, читал распределительный лист. Дриада из простой семьи, ничем не выдающаяся девушка. Вся странность лишь в том, что она потеряла память, почему меня это сразу не насторожило…

Почему сила выбрала ее? Может, ее семья имела бастардов из королевского рода. Вполне возможно, что так и было. Если ребенок был слаб, его могли не принять в род, но кровь не водица. Королевская кровь все равно текла в их жилах, и когда королева отдала божественную силу, та нашла ближайшего родственника, сочла ее достойной и…

Моя Амарин в опасности! Ард не послушает меня, я знаю брата, он не отступит. Истинные пары для драконов священны. Убивая одного из пары, убиваешь сразу двух сильных драконов. Но Арду уже давно плевать на мнение других… Он одержим силой.

Она отравляет его тело, его душу, гномы отдали свою силу без борьбы, люди тоже, скорее всего, сдадутся, не желая терять земли и города, остается только сила дриад и… та, которую нам никогда не найти, божественная сила драконов.

Она там, в середине пустоши, в алтаре нашего бога. Ард прилетает сюда, на вершину грохочущей башни, зовет ее прийти к нему, но все бесполезно… Что сделает брат, когда узнает, что сила Южных у Амарин? Я даже не сомневаюсь, он заберет ее, тем самым убивая мою пару… и меня.

Это потеря…

Перед глазами холодный безразличный Нард. Он умер тогда вместе со своей женой. Он жила только ради детей. Из долга.

Истинная пара — это и дар, и проклятие нашей расы. С парой никогда не будешь одинок, пара — это половинка тебя, твоей души, твоего сердца, потерять ее — это остаться опять одному.

Морок! Я даже замер, осмысливая новое. Это же была Амарин! Мой морок, который изводил меня неделю! Стоило только оказаться рядом с ней, все прошло.

Нас тянет друг к другу, даже несмотря на то, что она дриада и в полной мере не чувствует зов крови. Улыбка сама собой накатила на губы. Я быстро сжал челюсть, стирая глупое выражение. Увидел бы меня сейчас Берз, год доставал бы насмешками.

С одной стороны, я рад, что моя сова у Амарин, с другой… Она поплатится! Я тоже буду измываться над ней, но в другом месте и другим способом.

От продумывания мести в штанах стало тесно, до боли захотелось почувствовать ее, ощутить ее трепещущее тело под своим, попробовать на вкус. Я заласкаю ее до изнеможения. Она будет умолять меня взять ее!

Когти опять полезли, сменяя ногти, дракон желал, чтобы я действовал, а не мечтал. Но еще рано, нельзя применять к паре силу. Она уже моя, просто нужно показать ей, что со мной ей будет хорошо. Я не отдам ее Арду!

Я давал клятву защиты императора, так и будет, но моя пара в клятву не входит. Она — это я, а себя я буду защищать даже от Арда. Ему придется смириться, что сила Южных ему не достанется, обойдется другими божествами.

Я выдохнул, приходя к полному согласию со своей совестью. Теперь главное — быстрее выбраться отсюда и постараться, чтобы Ард не летал сюда целый год.

Он не должен увидеть Амарин. Слишком много в нем божественной силы, он сразу почует в ней соперницу. Здесь Амарин в безопасности, нельзя забирать ее в свой замок. Ард даже если прилетит на вторую башню, сюда вряд ли сунется… Мысли в голове не успокаивались. Мне хотелось действий, хотелось понимания, куда двигаться, что сделать, чтобы защитить Цветочек.

– Адаран, — Алир вошел в большую комнату, где я устроился на кушетке, — что ты себе позволяешь?! Не смей обижать Иргу!

– Ты не видел, что она сделала?

– Она не со зла, перенервничала. Ты же знаешь, Ирга хорошая девушка, ты рос с нами…