В зависимости от круга осваиваемых чар, ага.

И, кстати, все три цикла обучения можно совмещать. Если таланта с умом и усидчивостью хватает, это даже поощряется: неспроста пороговый критерий для абитуриента — умение сотворить что-нибудь этакое пятого круга. Но вообще, если по уму подходить, внешний цикл готовит студентов к освоению среднего, закрывает пробелы и вписывает профильные знания в контекст общей образованности; средний же цикл даёт теорию, необходимую для развития классовых талантов и становления высшим магом, владеющим чарами седьмого круга. Да, это высшие маги начальной, низшей планки, но всё же.

Ещё одна забавная особенность БИУМ — почти что традиционное сочетание очного обучения с заочным. Сам Даритт, здоровый лоб сорока с лишним лет, полностью следовал этой традиции. На первый курс его зачислили… ой, то есть прошёл начальную волну он в девятнадцать: сразу, как делом доказал способность творить чары пятого круга и свою перспективность. Гостеши вложились в одарённого юношу и отправили его в Империю. Там он отучился предоплаченный год и вернулся в Гринней… после чего засел осваивать выданную в альма матер теорию, совмещая это с практикой. Вернулся для прохождения промежуточной волны только в двадцать восемь, когда набранные ступени и развитие класса с полученными попутно особенностями дали ему возможность уверенно творить чары шестого круга.

И вот сейчас он летит в Империю в третий раз, поскольку уже готов пополнить ряды высших магов.

Да, искусство магии многогранно, очень сложно в освоении. То, что БИУМ можно закончить в три года и даже быстрее — скорее формальность; фактически в нём учатся десятилетиями. Просто у господ владетельных слишком многое завязано на домены-оазисы, отсюда и такие вот… паузы.

Кстати, о владетельных.

— Господин Даритт, — вклиниваюсь в паузу, — позвольте несколько эгоистичный вопрос.

— Какой же?

— Что насчёт политики?

— Пожалуйста, уточните вопрос, господин Вейлиф.

— Вполне очевидно: в таком знаменитом учреждении, как всемирно известный Акхэрэтт Гэдбирэш Сархтэрим Лашшаз, учатся студенты из разных краёв, с разным уровнем достатка и разным статусом. Что в связи с этим происходит в политическом поле?

— А. Вот вы о чём… хороший вопрос. Даже очень хороший. Что ж… авторитетом Первого Дома поддерживается нейтралитет. Формально профессура БИУМ стоит вне политики, не поддерживает ни имперцев, ни иностранцев; ни владетельных, ни высокородных, ни подснежников…

— Простите?

— А, обычное просторечие, — Даритт улыбнулся с оттенком неловкости. — Называть студентов, что происходят из не родовитых семей, простецами — неверно просто технически: маг пятого круга может быть кем угодно, но только не простецом. Уже нет. Поэтому вежливый эвфемизм для таких, как вы, господин — подснежник. Или хынтош, если на современном имперском.

— Спасибо за разъяснение. Но если есть эвфемизм вежливый, то найдутся и невежливые?

— Да. Если вас назовут чернородным, рекомендую сделать вид, что не обратили внимания: это не особо приятное, но сравнительно… приемлемое обращение. Почти технический термин: багрянородный, златородный… чернородный… а вот за обращения вроде «сорняк», «дичок» и «грязеед», не говоря о чём-то более злом, вполне можно занести несдержанного на язык в лист презрения.

— Мстить не рекомендуете?

— Разве что осторожно. Обычно меряются статусом в столь грубой форме не самые умные существа. А от неумных, но родовитых можно ожидать всякого. Тоже неумного в основном. Увы, но именно первая волна внешнего цикла, как рассадник неопытных юношей и девушек, особенно знаменита… подобным.

— Надо полагать, — хмыкнул я — пообтесавшиеся и получившие опыт аристократы, если не сами, так с подачи родни, начинают понимать пользу от хороших отношений с подснежниками?

— В том числе, господин Вейлиф. В том числе. К счастью, конкретно вам бояться особо нечего: вы, во-первых, обладаете выдающейся личной силой, по меркам первой волны почти чрезмерной; во-вторых, не имеете частых для иностранцев и низкорождённых изъянов — к примеру, приемлемо владеете цантриккэ и даже, как мне сказали, зантэрэ; в-третьих, вам благоволит госпожа Возвращающая, — кивок в сторону Лейты, — и до некоторой степени род Гостеш. Всего этого более чем достаточно, чтобы отсеять большую часть открытых недоброжелателей.

— Ну, за себя я действительно не опасаюсь. Выдающаяся личная сила и определённый опыт, сами понимаете, — лёгкий кивок, отдающий дань должного почтения уже Даритту, — но здесь есть более тонкий момент. Что бы вы посоветовали мне делать в случае… ладно, буду прям: в случае травли студентов, явной либо скрытой? Сразу отмечу, что просто ходить мимо тех, кому не повезло с силой, предварительной подготовкой и высокими связями мне не позволит воспитание… и практичность.

Хозяин слегка улыбнулся.

— О, если всё пойдёт так, как я предполагаю, возможно повторение… редкого казуса. Но даже если нет, можете действовать сравнительно смело, используя любые не травмирующие средства свободно. До тех пор, пока вы можете оправдать свои действия поддержанием нейтральной политики Первого Дома…

Многозначительное молчание. Как говорили латиняне, sapienti sat, а глупцов меж нами пятью не случилось, так что и уточнений не требовалось.

При этом Даритт не говорил мне прямо: мол, приструни наглых сосунков и сбей излишнюю спесь с высокородных идиотов. Сослаться на покровительство Гостешей в случае всяких, мнэ, перегибов у меня не выйдет. В принципе, правильный подход. Дипломатичный.

Интересно, о каком редком казусе он говорил, но проявлю дипломатичность сам и переведу тему:

— Подскажите, какими способами в БИУМ может подзаработать бедный студент вроде меня?

— Бедный? — Даритт рассмеялся. — Хорошая шутка! Если я не обманываюсь насчёт немалой части вашего багажа, вас скорее следует назвать богатым… для студента первой волны. Более жизненный вопрос для вас не «где подзаработать», а скорее «как не спустить заработанное на ерунду».

— И всё же.

Ещё одно молчаливое заявление, уже с моей стороны: «Приживалой при Лейте и тем паче при ну очень любезных Гостешах становиться не желаю — и не буду».

Понятно, что моя доля от сбыта тех же биоскафандров — вполне честный заработок. И в багаже под стазисом действительно ждут своего часа заготовки, которые (после моего зачарования в том числе) станут продуктом высокого передела, весьма востребованным у любого толкового боевика. Но всё же хотелось бы разнообразить источники дохода.

Даритт лишь плечами повёл:

— Ответ прост и вы нашли бы его в брошюре для новичков. И всё же, раз настаиваете…

Как следовало из его дальнейших речей, БИУМ предоставляет широчайшие возможности как для трат, так и для заработка. Материальные ресурсы всех видов и типов, готовые изделия вроде артефактов и зелий, знания в самых разных формах, время магов самых разных классов и навыков, широчайший спектр услуг (включая также и не магические — на заметку Тихарту Зоркому)… продавалось, покупалось и могло стать предметом натурального обмена буквально всё. Даже репутация шла в зачёт, пусть даже только как повышающий коэффициент при сделках.

При этом, если верить описанию, в БИУМ силами всё того же Первого Дома реализована вполне уникальная система посредничества, которую я сравнил бы с локальной компьютерной сетью на мановой тяге. С опорой на массовые, сравнительно дешёвые терминалы. Массовость и дешевизна выступали, как водится, палкой о двух концах: с одной стороны, их бесплатно раздавали всем абитуриентам, привязывая на кровь и оттиск духа; с другой, вдали от территории университета и его мощных «серверов» толку от этих артефактных терминалов почти не наблюдалось. Ну, разве что сам владелец решался как-то с ними подшаманить, восстанавливая часть функционала и даже навешивая новые возможности, что для магов с профильными классами вполне доступно… ну, не суть.

Важно, что на территории БИУМ терминалы выступали, помимо прочего, как точки доступа к бирже труда, она же доска объявлений. А ещё как удостоверение личности, мессенджер, рабочий дневник, обновляемое карманное расписание занятий и так далее, и так далее.