Черт, может, тоже татуировку в виде змеи сделать? — подумал я, вспоминая, как та чуть меня тогда не придушила, сорвавшись с руки того людоеда.

Зайдя по пути в игровую комнату больницы, я застал странную картину. Макс таскал на плечах какого-то мальчишку, а остальные детишки окружали его, словно племя аборигенов, впервые увидевших белого человека.

— Босс! — с надеждой произнес он, увидев меня.

— Закругляйся тут и пойдем, — сказал я и тут же получил шквал негодования от детишек, которых он, видимо, еще не успел потаскать на плечах.

— Ладно, ладно, как всех покатаешь, то выходи, я тебя на улице подожду, — сказал я, прочитав в глазах парня отчаяние. Видимо, с детьми ему также сложно общаться, как и мне, но ничего, я ему за это зарплату плачу, и не маленькую, так что пускай не жалуется. Да и если честно, просто не хотелось обижать этих детей, которых и так жизнь не пощадила.

— Хозяин, можно говорить? — спросил меня Габу, которому я запретил отвлекать меня, пока я в больнице.

— Ну что, все в порядке? Избавились мы от этих проклятых личинок — или как их там? — спросил я, наслаждаясь свежим воздухом после того самого присущего каждой больнице запаха, который, если честно, у меня никогда ни с чем хорошим не ассоциировался.

— Хозяин, те проклятые личинки никуда не делись.

— Как не делись? Ты же сам говорил…

— Габу не знает, хозяин.

Да какого черта⁈ Я обернулся, глядя на здание больницы. Да быть такого не может, той девчонке точно стало лучше. Вот только Габу не соврал, он вообще соврать мне не может, даже если захочет, я это просто почувствую как его хозяин.

— А, это снова вы, — выдернул меня из мыслей знакомый голос. Передо мной стоял тот самый врач, с которым мы уже не раз пересекались здесь.

— Добрый день, доктор… — попытался я вспомнить его имя.

— Доктор Нам. Но не важно. Можно я дам вам совет? Больше не приходите сюда. И я это говорю не ради этих детей, а ради вас. Это просто слишком тяжело, — сказал он и, шаркающей походкой направился в сторону больници.

Отдохнуть бы ему, пронеслась мысль у меня в голове, когда я провожал взглядом человека, который выглядел так, что еще немного — и он просто сломается.

— Босс, прошу, не делайте так больше, — сказал Макс, выйдя из больницы с измотанным видом.

— Ага, — ответил я, двинувшись к парковке.

— Босс, я серьезно, я не умею ладить с детьми, может, для этого лучше подойдет Анастасия? — выпалил он.

— Ага, я передам ей твои слова.

— Простите, босс, я пошутил.

— Подожди в машине, — сказал я, перебив его, а сам достал смартфон и отошел в сторону.

— Привет, напарничек, если ты по поводу своей награды, я уже сказал начальнику, и как и обещал, тебе выпишут грамоту, — выпалил Тэ Гун.

— Какая в ****** грамота⁈ — не выдержал я.

— Ты чего такой нервный? Случилось что? Или ты о той вещичке с первого этажа антиквара, я все пом…

— Да заткнись уже и просто послушай, ни хрена мы не избавились от этого проклятия, или избавились, но не от того.

В трубке повисла тишина, и только через пару секунд Тэ Гун уже серьезно спросил:

— Ты уверен?

— Уверен, только что мой скользкий слуга мне сообщил.

— Я тебя понял, знаешь, я сейчас как раз направляюсь к эксперту по этой дряни, может, он что и расскажет, не хочешь составить мне компанию? — спросил он.

— Хочу, адрес назови, куда подъехать?

— Нет там адреса, да и не в Сеуле это, так что давай я за тобой подъеду. И еще ты с собой возьми что-то для самообороны, ну ты понимаешь от чего. Я тому типу не особо доверяю.

— Эй, а ее ты зачем взял? — шепотом спросил я Тэ Гуна, когда мы уже выехали за пределы города, слегка кивнув в сторону гоповатой девушки в спортивном костюме.

Это была та самая его напарница Хан Бона, которую он, впрочем, не захотел взять, когда мы изгоняли проклятье. А вот сейчас по какой-то причине все же решил прихватить за компанию, хотя тут, наверное, больше странно, что он ее тогда не взял, ведь они все же напарники.

— Тебя забыл спросить, да и вообще, для поддержки. Я же сказал: я тому типу не доверяю, да и есть еще одна причина, почему мне не стоит являться туда в одиночку. А еще я не знал, что ты решишь отправиться с нами. Ну, и на крайний случай, бросим ее там и сбежим, — сказал он и тут же получил удар в сиденье, причем довольно существенный, отчего чуть не ударился головой о лобовое стекло. И только ремни безопасности спасли его от этого.

— Эй, это новая машина, поаккуратнее, а то я из твоей зарплаты буду вычитать! — крикнул он этой молчаливой девушке, которая молчаливой была не по собственной воле, а потому что ее бывший хозяин так решил.

— Так ты так и не сказал, к кому мы едем, — спросил я.

— На месте все расскажу, но предупреждаю сразу: держи язык за зубами, иначе нам всем может не поздоровиться.

— Честно, аж бесишь! Сказать нормально сложно? — пробормотал я, отвернувшись и глядя в окно, за которым открывался спокойный загородный пейзаж.

От созерцания вида полей, гор и небольших деревень, раскинутых по сторонам дороги, мне почему-то захотелось проведать, как там поживает мой хранитель земли. Да и просто провести парочку дней в покое не помешает, так как от города тоже надо отдыхать.

Может, построить домик на другой стороне реки, чтобы лишний раз не пересекаться с работниками предприятия? Хотя нет, лучше все же неподалеку от хранителя. А еще можно там небольшой огород устроить: и тот же Макс стопроцентно одной дрянью питается, да и Чон Уку не помешает сменить рацион с той дряни, которую он ест.

Черт, я что, уже совсем старею? — ударил я себя по щекам.

— Ты чего? — спросил Тэ Гун.

— Да так, о плохом подумал.

— А кстати, спасибо за билеты, только мне одного бы хватило, — сказал он. А я-то уже и забыл, что их ему задолжал. Видимо, Настя позаботилась об этом. Хотя, может, уже и Макс, раз дела агентства я передал в его руки.

— Да пригласи подружку, — сказал я.

— Да некого приглашать, — на редкость мрачно ответил он.

— Понимаю, с таким дрянным характером от тебя небось все бабы разбегаются, — не упустил возможности подколоть его я в отместку за то, как он тогда ржал, когда я просил замок открыться.

— Да наоборот, но тебе этого не понять, — сказал он, будто сейчас сидит рядом не какой-то мужик потрепанной наружности за сорок, а поп-айдол, которому девушки прохода не дают, и с ним хотят встречаться только из-за его популярности, а он, чистая душа, хочет чистой любви.

От созерцания этого Казановы на пенсии у меня сама собой появилась ухмылка на лице.

— Черт, аж бесишь! — выругался он, видимо, заметив, как я еле сдерживаюсь. — Просто это так называемый дар крови. Каждый обладатель благословенной богами крови никогда не испытает проблем с женским вниманием. Это благословение, чтобы мой род не прекратил свое существование. Так что если я захочу, то любая, поверь, любая обычная девушка будет моей.

— Что, и эта? — кивнул я в сторону особы, сидящей позади и что-то с интересом смотрящей в смартфоне, отчего сразу получил удар ногой в кресло.

— Поаккуратнее, блин! И я сказал: любая обычная, на таких, как вы, это не действует.

— А ты, я смотрю, романтик, — не удержался я, а потом и вовсе заржал в голос, глядя на этого чистого душой человека с гнилым характером.

— Да пошел ты, — буркнул он, но на меня это, понятное дело, не подействовало.

— Не обижайся, найдется еще та, что полюбит тебя искренне и без силы твоей кровушки. Я, например, думаю, что болотные девки точно тебя оценят — раз с обычными человеческими тебе не по пути, — сказал я, по-братски хлопнув его по плечу.

И я не врал. Я действительно знал, где одна такая обитает. Как ее по-настоящему называют, я правда без понятия, поэтому мысленно окрестил ее болотной девкой. Сэйрин просто рассказывала, как как-то на съемках наткнулась на подобное создание. По ее словам, та болотная дрянь — еще та жуть, жуткая. Но этому, думаю, и такая сгодится.