В центре оранжереи было небольшое пространство, свободное от зелени. Здесь, кроме привередливого стула, были два его собрата, видимо тоже скрипучих, большая софа, обитая бирюзовым бархатом, круглый деревянный стол, кресло-качалка и пёстрый восточный ковёр на полу. На столе стояла птичья клетка, в которой кружились две бабочки. Голубая и жёлтая. Именно из-за них Ника и не увидела Мари, когда только вошла в комнату. Вид бабочек, порхающих в птичьей клетке, из которой они свободно могли бы вылететь, окончательно сбил её с толку.

Между тем, пока Ника хлопала глазами, Мари преспокойно раскачивалась в кресле и с удовольствием наблюдала. Когда же Ника наконец увидела хозяйку, то Мари наблюдать стало ещё интереснее. Потому что вломиться в чужой дом и найти в нём женщину из сновидения, приключение не для слабонервных. Пока Ника пыталась выдавить из себя членораздельное приветствие, Мари успела вдоволь насмеяться, предложить чай и пододвинуть к гостье стул.

И вот, когда Мари, знакомыми движениями разливала чай и нарезала свежеиспечённый пирог, Ника пыталась понять, что вообще происходит и тихонечко пощипывала себя за руку. На тот случай, если она всё-таки спит.

– Нет, нет, на этот раз ты не спишь, – Мари улыбалась с видом сытой кошки и хитро поглядывала на гостью, – я очень рада, что ты так быстро меня нашла. Как тебе мои бабочки? Нравятся?

– Нравятся, – неуверенно произнесла Ника, потом немного подумала и добавила: – Вы извините, что я не постучала… дверного звонка не было, а у меня ключ… и я подумала, что ключ от вашей двери… в общем, знаете, наверное, я пойду, да?

– Нет, Ника, ты останешься, выпьешь моего фирменного травяного чая и поешь. А пока ты будешь пить чай, я тебе кое-что расскажу. Кое-что интересное, – Мари легонько похлопала Нику по плечу и ободряюще улыбнулась.

«Если я сошла с ума, а всё указывает именно на это, то пока меня не доставят в психушку, я сама со своими видениями ничего сделать не смогу. Поэтому остаётся расслабиться и делать вид, что всё в порядке». С таким мыслями Ника со вздохом пододвинулась поближе к столу и протянула руку к большой чашке с ароматным чаем удивительного розового цвета.

***

Когда вторая чашка розового ароматного чая была опустошена до самого донышка, Вера опустила её на стол и поняла, что решение принято: она во что бы то ни стало купит маленький резной домик из антикварного магазина. Сегодня же!

Домик поможет решить сразу две насущные проблемы: во-первых, бабочкам, которые наотрез отказались рассеяться в воздухе подобно сновидению, будет место, где жить, а, во-вторых, созерцание затейливой игрушки будет успокаивать её расшалившиеся в последнее время нервы не хуже жёлтой коробочки, запропастившейся невесть куда.

Нарядившись в своё самое лучшее платье, сливочно-жёлтое, под стать весеннему солнцу, весело топившему вчерашний снег, Вера достала из сумки кошелёк и торопливо проверила его содержимое. Что ж, если не хватит наличных, оплатит картой. Она бросила взгляд на электронные часы. «09:20» – сообщали время большие зелёные цифры.

– Как раз успею к открытию, – заключила Вера и натянула поверх платья толстовку. Ботинки, пальто, шарф… Она закинула на плечо рюкзак и выскочила из квартиры.

Пожилой сосед стоял на лестничной площадке с мусорным пакетом, как будто раздумывая, то ли вернуться домой, то ли всё-таки отправиться на помойку. Раздалось его привычное: «Здрасьте вам!»

– Здравствуйте, – коротко ответила Вера, поворачивая ключ в дверном замке.

– Ну, и весна нынче, – продолжил мужчина, явно намереваясь затянуть ту саму маловразумительную тягомотину, которой принято обмениваться из вежливости.

– Да, непредсказуемая, – не глядя на соседа, ответила Вера и два раза подёргала ручку входной двери, убеждаясь, что та закрыта.

– Да что ты её постоянно дёргаешь? – недовольно спросил сосед. – Дёргаешь и дёргаешь, покоя не даёшь…

– Привычка, – смутилась Вера, пожала плечами и вприпрыжку спустилась по ступенькам, оставив соседа и дальше размышлять о бренности весны и мусорного пакета.

Солнечный свет и чистое голубое небо в первые мгновения ослепили её, когда она выскочила из тёмного подъезда. Вчерашний снег, облепивший деревья, медленно сползал с ветвей вниз. Асфальт щеголял седыми проплешинами, высохшими под лучами солнца. Птицы радостно щебетали, перекрывая шум утренней городской жизни.

Вера глубоко вдохнула прохладный свежий воздух и улыбнулась. Уж сегодня точно отличный день для прогулки. Похоже, упрямица-зима наконец-то сдала свои позиции и спрятала снежные метели в амбар под замок. Ещё один хороший повод порадовать себя покупкой.

Бернард, удобно устроившись на привычном месте, лениво смотрел сквозь оконное стекло на удаляющуюся фигуру хозяйки, а бабочки на его спине деловито мыли усики. Впрочем, спустя немного времени, они распахнули крылья и бесследно исчезли.

Что так подгоняло Веру, сказать было трудно, но, перешагнув порог магазина, она с облегчением подумала: «Успела!» Под звон колокольчика над входной дверью кукушка на старинных часах закончила своё выступление. Ровно десять утра. Вера решительно подошла к прилавку из тёмного лакированного дерева.

– Здравствуйте, Анна! – обратилась она к хозяйке, перебиравшей что-то на полках позади прилавка и от того стоявшей к ней спиной.

– Добрый де-е-ень! – оборачиваясь, нараспев произнесла женщина, оказавшись вовсе не Анной. Заметив растерянность Веры, женщина сказала: «Анна сейчас принимает гостей. А меня зовут Ольга. Я – помощница Анны. Могу я вам чем-то помочь?»

Ольга, вся неуловимо округлая, с белой гладкой кожей и румяными щеками, смутно напоминала пухлого фарфорового ангелочка, которых полагается хранить рядом с древним сервизом в древнем же серванте. Вот только прядь растрёпанной чёлки, дерзко окрашенная в фиолетовый цвет, выбивалась из пасторального образа.

– Я… я даже не знаю, – неуверенно произнесла Вера, смутно предчувствуя провал своей затеи. Раньше она никогда эту Ольгу в магазине не видела. Скорее всего, эта помощница понятия не имеет, что Вера – старинный посетитель «Баночки». – Я бы хотела приобрести резной домик, там, в глубине зала…

– А! Домик! – с энтузиазмом перебила Ольга, кокетливым жестом смахивая с лица фиолетовую прядь. – Да, одобряю ваш выбор! – она одёрнула изящно расшитый короткий жилет с кармашками и поспешно выбралась из-за прилавка. – Обожаю его! Настоящее сокровище, вы согласны? Уникальная работа! Лично мне больше всего нравится флюгер! Вы видели флюгер? Ну прелесть же! Вы согласны?

Помощница затараторила и стремительно поплыла вглубь зала, увлекая за собой Веру:

– Каждая деталь на своём месте, всё такое аккуратненькое и миниатюрное! Восторг, а не вещица! Странно, что Анна решила выставить его на продажу, но, с другой стороны, такую красоту прятать нельзя! Лично я считаю, каждый дом – это живое существо! Дома любят гостей и взгляды, любят, когда их рассматривают, когда в них живут… Вот и он! Шикарен, правда?

Ольга резко остановилась перед полкой с домиком, чудом не врезавшись в него своим роскошным бюстом.

– Да, он очень красив! – прошептала Вера. Домик по-прежнему манил её, словно старый опытный кудесник.

– О-о-о, – одобрительно закивала Ольга, – вижу, вы – настоящий ценитель!

Пару минут они помолчали, разглядывая дом.

– Я вам его не продам! – вдруг сказала женщина. – Это вправе сделать только Анна. Такое уж правило насчёт него. – Помощница развела руками и, не давая переварить удручающую информацию, продолжала: – Но если у вас есть время, вы можете подождать Анну здесь, а я вам пока кое-что расскажу. Кое-что интересное, – загадочно улыбнулась Ольга.

И Вера осталась. По-другому и быть не могло.

***

– По-другому и быть не могло, – ответила Мари и принялась раскладывать по тарелкам вторую порцию пирога. Бабочки продолжали порхать в птичьей клетке, свет по-прежнему искрился круговертью бликов, а Ника всё ещё пребывала в гостях у таинственной женщины из своего сна.