– Насчёт убить – не уверен, могла и не предполагать столь мрачного исхода, – я пожал плечами, – но то, что кольцо заряжено проклятьем, догадывалась наверняка. А может, и о его уровне знала, без подробностей, разумеется. Ведь не зря она так легко согласилась на то, чтобы к нам за ужином присоединился Егор. Да и потом она сделала всё, чтобы у него остались о ней самые приятные впечатления. Ещё и визитку свою смогла под благовидным предлогом дать, не вызывая у меня подозрений.

– Точно, – Егорушка аж вперёд подался, – помнишь, она сказала, мол, если будет нужен совет, а наставника рядом не окажется, то звони. И я ведь именно её и набрал бы, случись с тобой что-то, в чём ни Сава, ни Фредерик разобраться не смогли бы.

– Правильно мыслишь, – я одобрительно кивнул, – на это и был расчёт. Наверняка она впихнула бы тебе какое-нибудь чудодейственное зелье в качестве средства последней надежды, так сказать, да ещё и сделала бы так, чтобы ты ей стал обязан по самые уши. А уж что там было бы за зелье – никто не знает. Может, безобидное, а может – наоборот, такое, от которого я загнулся бы ещё быстрее, а ты стал бы единственным некромантом в наших краях. Пусть молодым и неопытным, зато приручённым и доверяющим. Ещё и обязанным благодетельнице Софье Арнольдовне.

– Она же не в курсе, что у нас есть Фрол Дормидонтович, – внёс свою лепту в обсуждение Фред, нежащийся на коленях у Егора, – который моментально может разобрать на составляющие любое зелье, так что вполне могла так поступить.

– То есть, попросив тебя поговорить с умершей Аглаей, она почти наверняка знала, что тебе понадобится вещь Романовой, – рассуждал вслух Егор, – а лучше всего, как ты и сказал, подходят ювелирные украшения. Но тогда получается, что она и организовала смерть вологодской ведьмы?!

– Верно мыслишь, скорее всего, так и было, – согласился я, – ради главы ковена я согласился бы, так как поверил бы в то, что Софья с ней действительно приятельствовала. Про дружбу мы не говорим, этого слова в активном словарном запасе нормальной ведьмы просто не существует. Сотрудничество, чаще временное, взаимная выгода, точный расчёт – это да, а вот дружба…

– Но ведь Леночка не такая! – Егор виновато взглянул на Саву, – она другая! Живая, весёлая, и она действительно с нами дружит: и с Лёхой, и со мной…

– Леночка вольная ведьма, – я вздохнул, – Годунова многому её научила, но наша девочка не так проста и до сих пор не дала официального согласия войти в ковен. И, насколько я её знаю, давать не собирается. Для этого она слишком самолюбива, а в ковене ей поначалу не светило бы ничего кроме подай-принеси, потому как все места возле Годуновой давно расписаны и заняты. Помимо этого, ведьмы обычно идут в ковен для того, чтобы получить чувство… как бы так поточнее сказать… корпоративной защищённости. А Леночке это не нужно: она привыкла к мысли, что у неё есть защитники. Сава, Лёха, Фредерик, я… теперь ещё и Ванга, который проникся к ней искренней симпатией. У неё нет необходимости в защите, во всяком случае, она считает именно так.

– А на самом деле?

– Пока она верна нам и честна с нами – мы будем её защищать, – спокойно ответил я, – но если однажды она перейдёт черту и, например, заберёт чью-то жизнь просто так, я изменю свою позицию.

– И это говорит некромант?

Сава выглядел хмурым, но я прекрасно понимал, что говорить об этом рано или поздно пришлось бы, потому что никто не может гарантировать, что Леночке удастся остаться «над схваткой». Так почему бы не закрыть этот вопрос сейчас?

– Я умею убивать, да, – по-прежнему невозмутимо ответил я, – но за всё своё очень долгое существование я никогда не забирал ничью жизнь просто так, ради сиюминутной выгоды или из любопытства. Во всяком случае, старался поступать именно так. Очень может быть, что я неправильный некромант, не знаю…

– А есть какая-нибудь инструкция? – вдруг заинтересовался Сава. – Ну что-то типа «Универсальный чек-лист для настоящего некроманта»?

– Насколько я знаю, нет, – я не выдержал и засмеялся, – но мысль интересная. Вот выйду на пенсию, передам все дела Егору, поселюсь в Зареченске и буду писать мемуары и инструкции для некромантов. А Фредерика и Григория Северьяныча, бывшего думного боярина, возьму в соавторы. Но это всё потом, сейчас у нас другие задачи.

– Какие наши действия? – не выдержал Егор, в то время как более сдержанные участники совещания просто ждали моих указаний.

– Сегодня занимаемся своими делами, – определился я, – Сава вечером спокойно отправляется в театр, Егор отрабатывает задание, оставленное Вангой, Лёха, когда вернётся, поступает в распоряжение Лидии Михайловны и занимается рассадой. Завтра с утра звоним Годуновой, а там по ситуации. Вопросы?

– А ты что делаешь? – Фредерик потянулся, приоткрыв один глаз, и подставил Егору шею.

– Я? Осуществляю общее руководство. Между прочим, знаешь, как это сложно?

– Понятно, значит, ничего не делаешь, – фыркнул Фред, – тогда я останусь с тобой, буду помогать тебе бездельничать, а то вдруг ты один не справишься?

Как ни странно, вечер прошёл именно так, как я и предполагал: Егор потел в подвале, честно отрабатывая приём, Сава в компании с Леночкой приобщался к прекрасному, Лёха, тихо матерясь, таскал ящики с рассадой то в одну теплицу, то в другую. В общем, все были при деле…

Я же наслаждался тишиной и покоем, прекрасно понимая, что и то, и другое скоро закончится. От завтрашнего разговора с Годуновой зависело достаточно многое, в частности, судьба самой Софьи Арнольдовны: я, знаете ли, не очень люблю, когда меня пытаются убить. Ну вот такой я странный, нетолерантный и эгоистичный. Понимаю: люди старались, придумывали, сил влили в проклятье вон сколько, и всё это ради меня, любимого, а я всё чем-то недоволен.

Утром все заинтересованные лица, включая Лёху, которому Егор с Фредом в красках пересказали события вчерашнего дня, собрались у меня в кабинете. Под их внимательными взглядами я взял смартфон и, выбрав нужное имя, нажал кнопку вызова, включив громкую связь. Скрывать от присутствующих мне было нечего, поэтому проще дать всем послушать, чем потом мучительно припоминать детали. К тому же, учитывая специфику собравшихся, они могут расслышать что-то, на что я просто не обращу внимания.

Годунова сняла трубку после пятого гудка.

– Софья Арнольдовна, приветствую, – нейтрально поздоровался я, – посылку получил, такая вещь вполне подойдёт, с ней можно работать. Когда ты хотела бы провести сеанс?

– Здравствуй, Антон, – ответила Годунова, – я рада, что мне передали именно то, что нужно. По времени и по месту решай ты, я под тебя подстроюсь, это ведь мне нужно в первую очередь.

– Хорошо, тогда предлагаю сегодняшний вечер, – бодро заявил я, – чего откладывать-то правда? Мало ли, как могут измениться обстоятельства: вдруг мне придётся куда-нибудь уехать, или у тебя возникнут неотложные дела.

– Да, сегодня вечером меня устроит, – после практически незаметной паузы ответила Годунова, – скажи, куда мне подъехать.

– Где похоронили твою подружку Романову? В Вологде?

– Да, но, надеюсь, ты не хочешь сказать, что мне надо срываться и ехать в Вологду? – в голосе Софьи прозвучало искреннее удивление.

– Нет, конечно, хотя для нашей цели лучше всего подошло бы именно то кладбище.

– Её кремировали, – суховато уточнила Софья, – но, полагаю, для тебя нет принципиальной разницы?

– Ни малейшей, – успокоил я её, – но так как вызов тени ведьмы из-за Кромки – дело непростое и более чем затратное с точки зрения использования некросилы, то проводить ритуал в городе я не стану. Мне совершенно не улыбается информировать всё наше «дружное» сообщество о своих действиях. Поэтому ритуал я буду проводить в другом месте, но не переживай, на машине туда ехать часа два, не больше.

Я старательно делал вид, что не замечаю подозрительных взглядов сидящих напротив меня друзей-сообщников.

– И куда мне ехать? – в голосе Годуновой отчётливо прозвучало недовольство.