Она читала эти сообщения, унимала дрожь в руках и думала: «Раз он так эмоционален - значит, не все еще потеряно? Значит, еще чувствует?» Она продолжала любить и надеяться. Любить призрак, надеяться - на чудо.
Со стороны это выглядело, как полный абсурд. Подруги крутили у виска. Она и сама не могла объяснить этого маниакального, почти физического желания быть с ним. Быть семьей. Создать ту семью, которой у нее никогда не было.
Это время она запомнила, как сплошную рану: год переживаний, бессилия, горечи, обиды и страха. Бессонных ночей, когда тревога гудела в ушах, как навязчивый комар. Она жила в постоянном ожидании, ожидании чуда, которое должно было все отменить.
Прочитанные книги по психологии и советы о «принятии» и «отпускании» казались тогда беспомощным лепетом. Все отработанные техники, все правильные слова могли быть стерты в одну секунду. Одним случайным звонком. Одной песней. Одной строчкой в мессенджере. И снова она падала на дно, собирая слезы в подушку.
В сентябре случился приступ с новой силой, уложив ее в больницу больше, чем на два месяца. Она лежала под капельницами не в силах встать, глотая слезы и ругая жизнь за то, что произошло.
Телефон пискнул. Она пошевелилась, пытаясь достать телефон, но вскрикнула. Игла капельницы больно уколола внутри.
- Не дергайся! Лежи. Я подам. - соседка по кровати протянула телефон.
«Видела твоего мужа на выставке в Москве! Он не заезжал?» - Ника смотрела на экран телефона не веря глазам. - «Выставка уже пару дней. Думала, заскочит к тебе. Выглядел счастливым»
Она не видела больше сообщений.
Слезы сами катились из глаз. «За что? Почему я?» - почти кричала она на больничной койке. Болезнь лишила ее возможности держать в руках даже книгу, поэтому она просто лежала и смотрела в потолок.
Через месяц на руки отдали рекомендации по лечению и выпустили в ноябрьскую прохладу.
- Пусть пишет заявление на увольнение. Что она думала, я ждать ее буду? - бухгалтер, смотря на нее, держала телефон на громкой связи.
- Прости. Я ничем помочь не могу, - она протянула ей документы.
Ее уволили в этот же день.
Так она осталась без работы.
С документами в руках она брела по осенним улицам, зарывая ноги в желтую листву. Холодный ноябрьский ветер продувал одежду насквозь, но она не чувствовала холода. В голове были мысли: «На что теперь жить?» и «Как купить подарок сыну на Новый год?»
* * *
- Мы уже подъезжаем. Хватит с вас моих сказок. - Ника вздохнула и перевела разговор на другую тему.
Ната, Ника и Миша ехали и обсуждали красоты мест, чистоту и холмистые дороги. Вскоре показался домик, который они бронировали.
Небольшой деревянный коттедж разместился на лужайке в окружении могучих сосен. Недалеко стояла баня, беседка и мангальная.
Уставшие и наговорившиеся ребята подъехали к домику. Они приехали самые последние, и во дворе уже горел костер, на мангале жарились шашлыки. Запах сладковатого мяса, острых пряностей и хвои ударил в нос.
Ребята очень проголодались и пошли в дом.
Вечером шумная компания собралась за столом на улице. Ника не пила спиртное и отошла к костру. Она присела на один из поленьев, ряд из которых стоял вокруг костра. Она сидела и смотрела на огонь.
Подошла Ната. Она держала в руке бокал вина. Присела рядом и тоже стала наблюдать за огнем.
- Ну а как дальше жила наша девочка Ника? - она обняла подругу за плечи и положила ей голову на плечо.
Ника улыбнулась.
- Ты находишь меня Шахерезадой? Сказку на ночь хочешь? - Ника все еще улыбалась.
Миша принес девочкам плед и ушел к ребятам за стол. Ната кутаясь в мягкое полотно сильнее прижималась к Нике.
- Да, да, сказочку хочу, на ночь!
- Это я могу. Слушай. Только помни. Сказка ложь, да в ней намек…
Глава 4.
2022 год
«Ваш муж подал заявление на развод».
«Вам необходимо подтвердить получения этого сообщения»
Услышав звук пришедшего сообщения Ника, бежала к телефону.
В прикреплённом файле были заявление о разводе и повестка в суд.
Она подошла к окну. Ветер кидал снежные вихри из стороны в сторону. Где-то вдалеке яркими маяками мигали огни скорой. За спиной хлопнула дверь кабинета и послышались щелчки замка.
- До завтра! – донеслось сквозь пелену мыслей.
Два месяца назад она, собравшись с силами, устроилась на работу. Дни побежали, один за другим, добавляя в жизнь новые краски. Книги все также продолжали быть ее вечерними друзьями, и она жадно поглощала одну за другой стремясь изгнать внутренних демонов - страх и обиду. Она находила новые техники, испытывала их на себе, надеясь обрести хрупкое душевное равновесие.
Но где-то, в самой глубине, тихо и упрямо, всё ещё верила, сохраняя еле уловимую надежду.
И вот, однажды, январским вечером пришло оно - сообщение. Её мир рухнул в одно мгновение. Нахлынула боль, волной захлестнул гнев - и она, не раздумывая, поддалась порыву, удаляя и блокировала его номер везде.
Суд дал им три месяца на примирение, но в заявлении о разводе он четко написал: «не вижу такой возможности». В тот день она долго бродила по холодным улицам, глотая горькие слёзы, пока окончательно не замёрзла.
Спасла ее лишь работа. Февраль выдался насыщенным и был полон командировок. Свободного времени почти не оставалось, и она с упоением погружалась в профессиональную литературу, изучая и углубляясь в факты и методы.
Прошел год. Снова наступила светлая Пасха. Все эти месяцы она изучала, практиковала, работала над собой…но отпустить ситуацию так и не смогла.
Она жила иллюзией: что он вот-вот поймёт, вспомнит, как они были счастливы. Ее сознание отказывалось верить, что чувства могут испариться, как вода, а человек - стать ненужным, как старая ветошь.
Ника ждала поддержки от родственников, с которыми всегда была так близка. Верила, они что однажды они скажут ему: «Одумайся! Ты обязан поговорить с ней, вернуть её!».
Но никто не заступился. Ни единого слова в ее защиту. У каждого - своя жизнь, чужие проблемы оказались лишним грузом.
Короткое сообщение: «С праздником!» пришло от родственников мужа. Она спросила, как отметили, были ли у них дома (тогда она еще считала, что дом общий). Ей все еще казалось, что там, за семейным столом о ней вспоминали. В ответ прозвучало спокойно: «О тебе не было ни слова. Там уже новая хозяйка».
В тот самый день, когда внутренний компас ее жизни окончательно сбился, она встретила Артема. Случайность? Но Ника не верила в случайности.
Разговор с ним был не необходимостью, а спасательным кругом в пятиминутной паузе, пока начальник курил на лестнице. Артем. До этого момента он был для нее мифом, призраком из отчетов — «ключевой партнер», «гений из Бреста». Она рисовала в воображении уставшего, седеющего мужчину за пятьдесят, чьи мысли давно превратились в электронные таблицы.
Но судьба любит иронизировать. Перед ней стоял высокий, молодой, идеально сложенный мужчина. Он разглядывал образцы выражая интерес и сосредоточенность. Ника отметила глаза. Глаза - цвета горького шоколада, в которых читался живой и проникающий ум.
«Почти ровесник». – подумала она. Он олицетворял какой-то иной мир — тот, где есть важные проекты, воздух творчества и свобода.
Потом пришел апрель. Месяц, когда она испытала унизительное путешествие к разводу.
В самое сердце пробралось ледяное, всепоглощающее ощущение предательства. Не от одного человека — от самой конструкции своей прежней жизни. Рухнуло все, и это падение было не громким, а беззвучным, как в вакууме.
