— Почему из-за нас-то? — возмутилась Дарк. — Из-за мигрантов же!

— Они тоже снежки, бейба, — упрямился гоблин. — А вы бы могли их получше уничтожать. Но нет, проклятая солидарность угнетателей. Вам проще обречь на гибель целый зеленый народ, чем вычистить всех пришельцев.

— Всем заткнуться! — Патрон топнул ногой. — Я вас созвал для мозгового штурма, блядь. А вы опять срач затеваете. Вы — лучшие сыщики Эстаргота, вот и занимайтесь сыском.

Ублюдки польщенно приосанились — все, кроме Дворфа, который язвительно добавил:

— То есть, самые ебанутые.

— И это тоже, — кивнул начальник. — По законам жанра. Так вот. Мы знаем, кто такой Темный Властелин, кто ему служит. Но не знаем его цели.

— Захват мира, как обычно, — предположил Дворф. — По законам жанра, опять же.

— Еще может быть переворот, — вмешался Люмик. — Вся власть мигрантам, например.

— Кстати, а зачем он тогда заказывал ликвидацию романтички? — поинтересовалась Дарк. — Если он такой царь мигрантов?

Патрон пожевал сигару:

— А хуй его знает. Может, чтобы отвести подозрения, а может, переоценил свои возможности. Романтички кого хочешь достанут. Но это вторично. Главное — понять, для чего он строит странные машины, копает тоннели под Эстарготом, и что собирается сделать в итоге. У кого какие предположения?

— С машинами пусть Дворф разбирается, — сказал Джо. — Он ученый все-таки.

— Дворф… ну… не сможет, — заметил Жига, внимательно рассматривавший чертежи. — Это ведь инженеры из другого мира придумывали. Мы же… это… не знаем, какие у них там машины.

— Как же я раньше не додумался! — гном звонко хлопнул себя ладонью по лбу. — Нужен консультант — инженер из мигрантов!

— Действительно, — Патрон на радостях выпустил клуб дыма, достойный паромобиля. — Сейчас свяжусь со службой безопасности Короны, пусть рекомендуют ассимилянта, лояльного власти.

— И желательно из тех, кто прибыл не очень давно, — вмешался Дворф. — Чтобы был в курсе последних достижений науки и техники своего мира. Или хотя бы предпоследних.

Патрон ненадолго удалился в свой кабинет, вернувшись, объявил:

— Нашелся такой. Олег Севостьянов. В Эстарготе три года, прижился, женат на местной, держит свою мастерскую по изготовлению и ремонту аэростатов, что-то там изобретает. Образование инженерное. Адрес — Персиковая улица, дом 30.

— Дворф решительно сгреб чертежи, свернул в трубку:

— Поеду.

— Я с тобой, — кивнул Патрон. — Остальным разойтись, свободны пока.

Персиковая улица находилась на окраине Эстаргота, сам дом инженера был узнаваем издалека: над крышей его завис воздушный шар из яркого полосатого шелка. Подъехав к мощным кованым воротам, Дворф заглушил паромобиль, выскочил и постучал.

Калитка в одной из створок открылась, из нее выглянул широкоплечий молодой мужчина. Не обратив никакого внимания на гостей, воскликнул баском:

— Ох, красота какая! — и устремился к машине.

Патрон с Дфорфом многозначительно переглянулись: перед ними явно был искомый мигрант. Белобрысый парень с веснушчатым лицом, наряженный в серую холщовую рубаху и такие же штаны, в рабочем фартуке, с волосами, перетянутыми тесьмой, больше всего походил на кузнеца. Он ощупал паромобиль, заглянул во все отверстия, бормоча:

— Класс. На паровой тяге. Прямо как первые автомобили Стенли. Ага. Радиатор играет роль парового конденсатора. Гениально! Поэтому воды надо совсем мало, а скорость должна быть приличная…

Приосанившись, Дворф пояснил:

— На самом деле, это магопаромобиль. Скорость увеличивается еще и за счет потока магических частиц.

— Прекрасное решение! — обрадовался Севостьянов. — А можно прокатиться? Я только слыхал о том, что в городе появился первый паромобиль, но видеть не довелось. Хотелось бы посмотреть на механизм в действии.

Патрон открыл было рот для возражения — ему не терпелось показать инженеру загадочные чертежи. Но гном подмигнул: пусть, мол, прокатится, покладистее станет. И широким жестом указал на водительское сиденье.

— За рулем?! — взревел Севостьянов. — Вот это спасибище!

Он вскочил в паромобиль, Дворф устроился рядом, на всякий случай. Но напрасно беспокоился: инженер быстро разобрался в управлении, мягко тронул машину с места, сделал круг по окрестным улицам, и благополучно вернулся к воротам своего дома. Тогда только, соскочив на землю, вспомнил о правилах этикета, по очереди протянул руку гостям, представился:

— Олег. Вы по какому вопросу? Аэростат хотите заказать?

— Нет. Нам нужна консультация инженера, — сказал Патрон. — Оплатим по вашим расценкам.

— Не надо оплаты! — Махнул рукой Севостьянов. — Вы меня так порадовали, помогу, чем могу. Пойдемте в дом, чайку попьем или даже чего покрепче.

Дом у инженера был небольшой, но ухоженный, с просторным двором, который утопал в цветах. Севостьянов провел Патрона и Дворфа в уютную, светлую гостиную, усадил за стол, крикнул:

— Машенька! Выйди к нам!

В комнату вплыла очаровательная эльфийка — высокая, тонкая, в платье цвета молодой листвы.

— Машенька моя, — похвастался хозяин. — Жена.

— Очарован, — кратко сказал Патрон, поднимаясь из-за стола и прищелкивая каблуками.

Дворф приветствовал хозяйку учтивым поклоном по всем гномьим правилам.

Лесная дева звонко рассмеялась, тряхнув серебряными локонами, в зеленых глазах заплясали лукавые искорки.

— Леди Мариэль Алиеллийская, — представилась она.

— Ну я уж без реверансов с политесами, — улыбнулся Севостьянов. — Машенька, собери нам на стол. Тут людям посоветоваться надо.

Эльфийка кивнула, и удалилась.

— Всегда любил фэнтези, — непонятно сказал инженер. — Толкиен там, дивный народ, все такое. А сюда попал и обомлел. Не думал даже, что они настолько прекрасны. И ушки… Самое главное, ушки!

— Не хотелось бы задерживать, — произнес Патрон, — У нас такое дело…

Но тут в гостиную вбежали странные создания — небольшие гибкие зверьки, словно сотканные из густого серого тумана. На острых мордочках яркими звездами горели синие глаза. Они шли на задних лапах, в передних неся угощение. Пружинисто подпрыгивая, водрузили на стол блюда с лесными ягодами, тарелки с дичью, свежевыпеченный хлеб и кувшин эльфийского меда.

— Надо же. Шорьки, — обалдело сказал Патрон. — А я думал, они вымерли.

— В Страхолесье осталась небольшая колония, — пояснила Машенька, усаживаясь за стол. — Я наняла нескольких, по хозяйству помогать. Но не думайте: у них все документы в порядке, зарегистрированы в бюро миграции. И жалованье им хорошее платим, страховка, опять же.

— И как они? Не пыряются? — спросил Дворф.

— Не особенно. Только во время варкания, да и то по наве. Как вы понимаете, это бывает раз в полгода. Мы их тогда в загон отселяем.

— Но Маша их скорее для сохранения вида приютила, — сказал Севостьянов. — Больно уж хливкие, нуждаются в поддержке. Эльфийка же, понимаете: любит все живое.

Инженер разлил мед по серебряным чашам:

— Попробуйте, только вчера из Страхолесья доставили.

Выпили по первой.

— А может, у вас и зелюки имеются? — поинтересовался Дворф.

— Два всего, в спальне дрыхнут. Бесполезные создания, и хрюкочут очень громко. Только в качестве домашних любимцев держать, чтоб за ушами чесать. Это они любят.

— Надеюсь, хоть Бармаглота у себя не поселили, — поежился Патрон.

— А вот он вымер, к сожалению, — вздохнула Машенька. — Большой очень был, магических частиц для жизнедеятельности перестало хватать.

После обеда, когда шорьки унесли посуду, и подали ароматный травяной чай, Севостьянов предложил:

— Теперь давайте, выкладывайте, с чем пришли.

Патрон расстелил на столе чертежи, коротко, не вдаваясь в подробности, рассказал о тоннелях. Инженер хмыкнул и замолчал, разглядывая рисунки. Размышлял он долго, агенты сидели тихо, стараясь не мешать. Наконец Севостьянов хлебнул остывшего чаю, и спросил:

— Так говорите, тоннели длинные? А нет ли там случайно тоннеля в виде окружности?