— Нам пора. Девочку уложите в постель. Еще несколько часов она будет находиться под действием препарата. Возможна небольшая температура, бред, сонливость, — наставлял Дворф.

— Обеспечу наилучший уход, — пообещал Синклер.

Жига подхватил клетку с зомбокурицей, Дворф поднял саквояж с некромантским реквизитом. Ублюдки и гоблин вышли, провожаемые словами благодарности счастливого семейства.

— Теперь в Бюро с отчетом, и отдыхать, — блаженно протянула Дарк, подходя к магомобилю. — Как же выматывает эта некромантия…

— Не грусти, сладкая! — прогнусил подобравшийся сзади Ларс. — Классная задница.

Он звонко хлопнул девушку пониже спины. Взвизгнув, монахиня подпрыгнула от неожиданности. Подоспевший Дворф обрушил на макушку гоблина увесистый кулак, сделав короткое внушение:

— Не смей к ней прикасаться!

Ноги несчастного подкосились, он молча рухнул на землю.

— Ой, бля, — светским тоном заметила Дарк. — Вдруг помер? Не хотелось бы опять с трупом возиться.

Гном склонился над поверженным Ларсом:

— Нет, дышит.

Он поднял гоблина, закинул на заднее сиденье:

— Жига, присмотри. А то спрыгнет еще на ходу или опять на сисястую бросится. Дикий народ, дети болот.

— Шовинист проклятый, — в полуотключке простонал Малыш.

— Ну, чего не садишься? Поехали, — буркнул Дворф.

Девушка с любопытством исследователя разглядывала гнома:

— За меня еще никто не заступался так… страстно.

— Делов-то. Это профессиональная поддержка. К тому же, гоблинов я люблю еще меньше, чем глупых, наглых баб.

Дарк издевательски улыбнулась:

— Да не стесняйся, скажи, что в меня влюблен, поэтому и приревновал.

Бородатая физиономия выразила крайнее отвращение:

— Вот и нет. Мне нравятся маленькие сиськи.

— Помню, ты говорил, ага. Маленькие сиськи, растущие из некрасивых баб.

— С лица воды не пить, — философски пояснил Дворф. — Главное, чтобы умная была. Чтобы с ней побеседовать можно было. О династии Демонов, например. Ты хоть знаешь, что была такая правящая династия в древнем Средиморье?

— Знаю, — задиристо ответила Дарк. — С хуя ли ты решил, что я дурочка?

— Потому что мозги с большими сиськами несовместимы, — отрезал гном.

— Больше не обращайся ко мне ни по каким вопросам, — чопорно поджала губы монахиня, и забралась в магомобиль. — Если так уж сомневаешься в моем интеллекте и считаешь, что со мной не о чем поговорить.

Секунду помолчав, приправила заявление трехэтажным ругательством, виртуозно образуя неизвестные доселе глаголы, прилагательные и даже наречия.

«Откуда мне знать о твоем интеллекте. На тебя посмотришь, и говорить не хочется, а сразу хочется совсем другое», — злобно подумал ученый, но вслух ничего не сказал.

Магомобиль развернулся, и покатил в сторону Бюро.

Глава 10. Тайны подземелья (часть 1)

— Сегодня отчеты и разбор ваших полетов отменяется, объявляю мозговой штурм, — сумрачно сообщил Патрон, пожевывая сигару.

— А что это такое? — поинтересовался Джо.

— Тебе не надо, все равно штурмового орудия не имеешь, — фыркнула Дарк.

Убийца вскинулся было, чтобы ответить, но Патрон подозрительно добрым голосом посоветовал.

— Заткнитесь, Без ваших пикировок тошно, тем более, что я еще не завтракал.

Ублюдки затихли. Дворф, как обычно, разглядывал хрустальный шар магбука, Люмик оправлял обшлага нового, купленного на премию, камзола цвета бедра испуганной нимфы. Дарк тайком подпиливала ногти, а Жига, вечно погруженный в себя, блуждал рассеянным взглядом по комнате. Только Джо полностью сосредоточился на Патроне, вернее — на бутылке виски, которую тот достал из стола. Начальник налил полный стакан, выпил залпом, пыхнул сигарой. Джо завистливо сглотнул.

— После завтрака немного полегчало, — выдохнул Патрон. — Итак. Должен сообщить, что в расследовании истории с мифриловыми деталями мы уперлись в хуй. Тот самый, который в виде фейерверков. Нахальный нам ничего нового не сообщил, только блажил о кровавых застенках. Нанял лучшего адвоката в Эстарготе, пришлось выпустить.

— А что с опознанием напавших на склад? — поинтересовалась Дарк.

— Ничего, — буркнул Дворф, не отрываясь от магбука. — Все мигранты, но нелегальные. Ни одной рожи нет в картотеках службы безопасности его величества.

— И в самой секретной?

— Не задавай глупых вопросов, женщина, — рыкнул гном. — И в секретной, и в секретной-пресекретной, и в засекреченной до такой степени, что все о ней забыли, тоже нет. Так тебе яснее?

Девушка презрительно отвернулась.

— Надо было хоть одного взять живьем, — Патрон от расстройства снова приложился к бутылке. — Да что уж там. Есть еще крошечная надежда на вашего гоблина. Может, что-то вспомнит. К магопсихотерапевту его отправить, что ли? Пусть загипнотизирует…

— Он это… сам кого хочешь загипнотизирует, — буркнул Жига.

— Кстати, где он? Позовите.

Дворф наконец соизволил поднять взгляд от хрустального шара, почесал зеленоватую бороду, крякнул:

— Даже не знаю… Вернулись вчера поздно, а он требовал комнату. Я его и отправил. Но сейчас припоминаю, что ошибся номером.

— Что это значит? — строго уточнил Патрон.

— К Хуйлу подселил…

— То есть, угандошил единственного свидетеля, — начальник так свирепо пыхнул сигарой, что окутался облаком дыма, как джинн, — Гоблин же зверю на один зуб!

Дарк нервно хихикнула. Патрон медленно поднимался из-за стола, выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Но вдруг дверь с грохотом распахнулась, и в комнату, пружиня всеми восемью лапами, вплыл Хуйло. Зверь дивно преобразился: коричневая шерсть стала шелковистой, и переливалась на свету, серповидные когти лаково поблескивали. На шее животного болтался один из амулетов Малыша Ларса. И надо сказать, смотрелся он на Хуйле гораздо гармоничнее, чем на тощеньком гоблине. Казалось, зверь и сам понимал, как похорошел: выступал гордо и торжественно, задрав мощную башку. В четырех желтых глазах горело торжество.

Хуйло сделал круг почета по комнате, остановился возле монахини, милостиво позволив себя погладить, коротко вильнул хвостом Дворфу. Проходя мимо Люмика, панически боявшегося всех крупных животных, зверь громко испортил воздух. Брезгливый эльф зажал нос, Дарк звонко расхохоталась.

— Открой окно, Жига, — скомандовал Патрон. — Ну и что все это значит?

Вслед за Хуйлом, путаясь в широченных парчовых штанах, вошел довольный Малыш Ларс.

— Йоу-йоу, хай эврибади. Коротышка напрасно старался, — гоблин кивнул на Дворфа. — Зеленого брата не запугать бедным животным. Зеленый народ умеет ладить с дикими зверями и магическими существами, особенно угнетенными.

Патрон свирепо пристукнул стаканом:

— Отставить разговорчики. Что тебе известно о заказчиках мифриловых деталей?

— Сто раз уже сказал, мазафака: ничего! — развязно заявил Малыш Ларс. — На работу примешь, снежок? А то, смотрю, у вас квоты не соблюдены.

— Какие еще квоты?

— На рабочие места, — гоблин без приглашения уселся за стол, принялся бесцеремонно тыкать пальцем в агентов: гном — один, баба — одна, педик — один, малолетка на воспитании — один… — Запнувшись о Джо, подумал секунду, потом добавил: умственно отсталый — один.

— Как спелую тыкву… — нерешительно пробормотал убийца, но замолк под суровым взглядом Патрона.

— Вроде полный зоосад, — продолжал Малыш. — Но, босс, все они белые. Где рабочее место для зеленого брата? Не толерантно.

— Кхм. Назначаю тебе испытательный срок две недели, — решил Патрон. — Докажи свою полезность Бюро, влейся в коллектив, и место твое. Пока убирайся, до прохождения проверки службой безопасности.

Малыш Ларс вышел, Хуйло, как преданный пес, побежал следом.

— А сейчас мозговой штурм, — объявил начальник. — Ищите зацепки, ниточки, за которые можно потянуть, чтобы раскрутить дело. Я уже заебался и запутался.

Не желая еще больше рассердить запутавшегося в ниточках Патрона, ублюдки погрузились в тяжелые размышления или, по крайней мере, сделали вид. Дворф подкручивал шестеренки магбука, Дарк перебирала четки, Джо с самым честным видом пучил глаза, изображая интеллектуальное напряжение. Люмик что-то черкал пером на листе бумаги. И только Жига с безмятежной улыбкой пялился в потолок.