А потому, как только объявили их очередь, девочки смело вошли в переговорную кабинку. И старшая, плотно прикрыв за собой дверь, уверенно заявила…

— Алло! Это Марина. Гражданская супруга Его Высочества Принца Генриха и его приёмная дочь Леся.

После чего последовала небольшая пауза. Так как, дежуривший на другом конце провода офицер «девятки» слегка опешил. Но, вскоре взял себя в руки и, стараясь говорить как можно спокойнее, сказал.

— Марина Алексеевна, мы очень рады, что вы решили откликнуться. Поверьте, у нас возникла очень серьёзная необходимость в Вашем присутствии. — И тут же, взял быка за рога. — Мы уже определили, где вы сейчас находитесь. Так что, очень прошу, оставайтесь на месте и, ни в коем случае, никуда не отлучайтесь. Через десять минут за вами приедут.

Глава 9

— Интерлюдия. Конец того же для. То есть, приблизительно спустя две недели после появления пришельцев из будущего.

Капитан Алейников, дежуривший в этот вечер, сначала попросту потерял дар речи. Потому что, в принципе, не верил в возможность или, даже скорее, вероятность того, что эта, бывшая на его взгляд скорее жестом отчаяния, чем действительно чем-то результативным, схема, сработает.

Но, к его великому удивлению, неожиданно всё получилось. Ради правды надо сказать, что поражён, причём, до глубины души, был не только он.

Так как «вышестоящие товарищи» тоже отнеслись к идее, сделать такой вот, массовый информационный вброс и, практически в открытую заявить всему миру, что в Советском Союзе что-то идёт не так, весьма скептически.

Но, победителей не судят. Хотя, как искренне считал капитан Алейников, в современных реалиях это вопрос довольно таки спорный.

И он искренне был уверен, что после того, как высокопоставленные беглянки были обнаружены, обязательно наградят непричастных. И накажут невиновных.

А лично ему, пропадающему на дежурстве сутками, вообще ничего не обломится.

Правда, в глубине души Алейников догадывался и, даже может быть понимал, что поощрять его, в общем-то не за что.

А за исправное несение службы и выполнение своих, непосредственных и прямых обязанностей, ему платят. Очень даже неплохую зарплату и довольно таки весомые премиальные. И раз в несколько лет на погоны падает очередная звёздочка.

В общем, оповестив кого следует, капитан откинулся на спинку стула и позволил себе немножко расслабиться.

Ведь, как ни крути, а задача по-сути, выполнена.

Искомые объекты обнаружены. И вскоре будут доставлены в Москву. Пред грозные очи начальника девятого управления КГБ, генерала Семёнова.

Который, в последнее время приобретал всё большие вес и значимость.

А всё потому, что по слухам, вся верхушка Советского Союза слегла с каким-то неведомым заболеванием.

Одновременно похожим на грипп и пневмонию и, опять же, по непроверенным, но очень упорно циркулирующим в кулуарах Кремля данным, ни в какую не желающим поддаваться лечению, давно известными и хорошо себя зарекомендовавшим в течении длительного времени, препаратами.

И хотя, искренне недоумевающий работник Комитета Государственной Безопасности никак не мог взять в толк, чем здесь могут помочь эти вот, «царственные особы» но, всё-таки, помимо воли испытывал некоторое облегчение.

Ведь, если ради них подняли бучу всесоюзного масштаба, значит, во всём есть резон. Непонятный простым служакам, вроде него но, от того не менее важный и значимый. А раз, невесть как ухитрившиеся исчезнуть из под опеки недремлющего ока Комитета, особы нашлись, следовательно всё, рано или поздно, обязательно наладится.

Так или иначе и тем или иным способом.

В этот тёплый апрельский вечер работники и посетители Ялтинского почтамта, стали свидетелями каких-то, внеплановых учений. Ну, или тайной спецоперации.

В которой были задействованы несколько рот из ближайшей воинской части, а так же, спешно примчавшиеся сразу на пяти чёрных «Волгах», крепкие молодые люди в строгих костюмах. Чья ведомственная принадлежность ни у кого не вызвала абсолютно никаких сомнений.

Ялтинские КГБисты получили очень чёткие и недвусмысленные указания. Для начала обозначить себя. При этом проявлять максимальное дружелюбие и, под страхом чуть ли не смертной казни, ни в коем случае не проявлять никакой агрессии.

Вплоть до того, что «если разыскиваемые захотят уйти, не препятствовать им ни в коем случае». А просто отпустить ну и, в обязатель6ном порядке, организовать тайное сопровождение и последующую охрану.

Дураками, служащие в местном КГБ люди, не были. А, учитывая звучащие чуть ли не из каждого утюга, плюс многократно продублированные в газетах, по телевидению и даже демонстрируемые в кинотеатрах обращения, и те титулы, которыми называли фигуранток, все понимали, что дело им предстоит очень не простое.

И потому, носящие «условно гражданскую одежду» рядовые сотрудники, имеющие армейские звания от лейтенанта до полковника, не спешили и даже, ни в коем случае, не торопились. А, дождавшись, пока к зданию почтамта прибудет возглавляющий Ялтинское отделение генерал, сразу же доложили.

— Девочки в главном зале. — Отрапортовал, внешне приближающийся к пятидесяти мужчина. — Ведут себя спокойно, признаков страха или, наоборот, немотивированной агрессии не проявляют.

— Это хорошо, что не проявляют. — Человек с большими звёздами на погонах снял фуражку и, тяжко вздохнув, вытер платком вспотевшую лысину. И, водрузив форменный головной убор на положенное ему место, то ли предложил, то ли скомандовал. — Ну что, полковник, пошли?

И, открыв двери и мысленно перекрестившись, оба направились к мирно сидящим и с любопытством рассматривающих посетителей, злостных нарушительниц общественного спокойствия.

Ну а кем, скажите пожалуйста, могли быть эти… мелкие и бестолковые пигалицы, раз из-за них поднялась эдакая, буча. Причём, практически всесоюзного масштаба и явно сопровождаемая обильным и густым «звездопадом». В процессе которого полетели головы и была разрушена не одна, успешно выстраиваемая до этого, весьма печального для многих события, карьера.

«Сразу видно, что иностранки». — С некоторой долей неприязни подумал генерал. — "Иш, как зеньками всё ощупывают! Небось, попривыкали в своих заграницах к буржуйским выкрутасам. Вот и зыркают, почём зря.

Разумеется, у нас тут не ихние Ниццы с Ривьерами. Но вот так, пренебрежительно, и с выпяченной нижней губой, смотреть им никто не разрешал"! — Про себя но, оттого не мене рьяно защищая всё советское, накручивал себя генерал. И, апофеозом, позволил себе проявить искренню отеческую заботу. — «Выпороть бы обеих! Но, к сожалению, нельзя. Может ведь привести к ба-а-альшим международным осложнениям. А там, тьфу-тьфу-тьфу, и звания, перед совсем уже близкой пенсией, лишиться можно»…

— Здравствуйте, товарищ генерал и товарищ полковник. — Поприветствовала приблизившихся КГБистов старшая. — И, коротко и по деловому, сказала. — Мы готовы. — Правда, после, не иначе, как под воздействием проснувшейся или, невесть откуда взявшейся совести, добавила. — Извините за доставленные неудобства.

— Как понимаю, вы Марина Алексеевна? — На всякий случай осведомился генерал. — А это, по всей вижимости, ваша родная и приёмная Его Высочества Принца Генриха, дочка?

— Да. — Просто и бесхитростно подтвердила Марина.

А молчавший до сих пор полковник, заметил.

— Вы очень хорошо говорите по-русски. Родились в Советском Союзе?

— Увы, нет. — Улыбнулась девушка. И, окинув взглядом уже полностью очищенный от лишних свидетелей зал почтамта, совсем по детски и как-то беззащитно пожала худенькими плечами. — Первый раз в вашей замечательной стране.

Причём, ни чуточки при этом, на соврав. Ведь, и она и Леска появились на свет уже в «Демократической России».

Со всеми её прелестями дикого капитализма, превалированием товарно-денежных отношений и, как следствие, потерей чего-то по словам заставших «те славные времена» родителей, «лампового и душевного».