— Распишитесь, пожалуйста, — протянул он мне папку с бумагами и ручку.

Поставил несколько вычурных, но быстрых росписей, большую часть бумаг он сложил в свой портфель и протянул мне оставшуюся бумажку, на которой фигурировал подклеенный снимок со мной и мои данные.

— По возможности сохраните этот документ. А лучше положите его в паспорт и носите всегда с собой. Иначе повторных проверок не избежите, так как единой базы данных у нас ещё нет.

Кивнув ему, я уже собирался попрощаться и пойти домой, и в тёплую кроватку, смотреть сериалы, пока свет дали. Я раненый, мне можно и нужно.

В процессе разговора с этим непредставившимся военным, но Истинный Взор подсказал мне, что это игрок с именем Кольцев. Да и тот факт, что я выше его уровнем, я могу прочитать его имя своим внутренним взором, просто глядя на его лицо.

Не повезло ему с таким именем. Можно сказать, сама Игра дала ему именно такое имя. Значит, к нему так чаще всего обращались и в мыслях многих людей он именно Кольцев. Так вот, пока мы с ним вели диалог, из одного подъезда вышла группа военных в количестве десяти человек, многие с окровавленным холодным оружием, и подошли к одному из своих, судя по всему, старшему, и доложились ему о количестве устранённых противников.

— И последнее, — уже разворачиваясь, он опять повернулся ко мне. — Возможно, у вас есть какие-нибудь полезные сведения, касающиеся всего этого. — И он помахал ручкой вокруг.

— Есть, — ответил ему, подумал немного, отведя взгляд. — Первое – это только начало. В будущем будут ещё больше проблем.

— Это понятно, не считайте нас дураками, — без агрессии сказал он.

— Ну и второе, все эти дети, заточённые в кристаллы, их можно будет освободить только через год с начала Игры. И при этом не иметь какого-либо злого умысла и с возможностью защитить их.

Покивав головой, он достал очередную бумажку и начал строчить в ней.

— Это точно? — спросил он, не отрывая взгляда от бумаги.

— Уверен на все сто!

Он поблагодарил меня, продолжая писать, а я достал кофту из рюкзака и осторожно надел её на себя.

— Удачи вам, — попрощался с ним.

— И вам всего хорошего, молодой человек.

Ещё раз кивнул Серёге и Дмитрию, проходя мимо них, я наконец вышел из этого двора и, стараясь не тревожить свои раны, пошёл домой. Хватит с меня. Навоевался.

Глава 21

— Пошли на хер, ушлёпки! — услышал я истеричный выкрик Кристины. — Вы чё, не поняли? Пристрелю обоих!

Достаточно долго я добирался домой с моей черепашьей скоростью. Да и сразу не определился, где нахожусь, так как вылез из подвала в неизвестном мне районе. По пути я часто встречал военных и движущиеся машины. Все стоячие автомобили были сдвинуты на тротуары, поэтому движение было свободным. Меня даже один раз остановили, и мне пришлось показывать им свою новую бумажку, подтверждающую личность.

Ну и, разумеется, была вонь от множества трупов, просто валяющихся на земле. Часть из них уже была в чёрных пакетах, сложенных в ряд, но далеко не все. Собственно, если прикинуть, в Москве проживает чуть больше 13 миллионов людей, и минус 2 миллиона – это находящиеся в кристаллах дети и беременные. Итого, допустим, всех зомби окончательно умертвили, это будет 11 миллионов, и в лучшем случае ещё плюс 1 миллион – это новые погибшие. Короче, в Москве сейчас, в лучшем случае, 12 миллионов трупов. И представим, что 100 тысяч солдат выделены на уборку этих трупов с города, то на каждого выйдет по 120 плохо пахнущих объектов. В общем, на очистку города уйдёт не одна неделя. А ведь я сам мог наблюдать, что военные проверяют каждую квартиру и, можно сказать, каждый метр города. Как минимум, месяц понадобится, чтобы нормализовать жизнь в городе. Но кто даст им это время, да?

В очередной раз напомнил себе, что раз уже не получится обчистить магазины, то возможно я смогу полазить по пустым квартирам и домам, хотя бы ради одежды. Скажем так, секонд-хенд тоже приемлем для меня. Вспомнил как раз про Елену Ивановну, мою соседку. Заодно и про разыгранную сценку со мной в роли вернувшегося мужа. Просто фу, никогда не забуду такое. У них в доме неплохой ремонт, а главное – мебель, которая ой как пригодится в моём убежище. Правда, не знаю, вернулся ли её настоящий муж. Завтра-послезавтра проверю.

И вот я уже подходил в сумерках к своему дому, как увидел двух знакомых мне людей, ведущих перепалку с моей... группой?

Друзья. Думаю, именно этих двух личностей я могу назвать друзьями в данный период моей жизни. Костян и Лёныч. Константин и Леонид. Обычные парни. Далеко не крутые альфа-самцы. Но мне всегда было приятно проводить с ними время. Были случаи, когда они просто заходили ко мне в полночь, когда я уже успешно валялся в кроватке и видел непонятно какой по счёту сон. В эти моменты я всегда встречал их с радостью, и мы могли просто завалиться ко мне домой и смотреть фильмы или же гулять по городу до рассвета.

Константин – относительно высокий парень с небольшим животиком, хотя спортсмен. Гандболист, но я никогда не понимал эту игру. Смесь футбола и баскетбола. Брюнет с кучерявыми волосами. И ярый коммунист. Не пропускал ни один военный парад на 9 мая. Кстати, уже завтра будет этот памятный день. Только вот парада Костя не увидит.

Леонид – низкий, нескладный, с широкими костями, но не толстый, и лошадиным лицом. С выбритыми висками и отпущенными сзади волосами. Мы ещё шутили с ним, что это стрижка под сучку, чтобы сзади удобнее было держать за волосы. Прыщавый все три года, которые я с ним знаком. Я вроде карту с лечебной мазью находил, как раз против прыщей. Но пока попридержу её. Зачем изменять в парне такую выделяющуюся особенность? Лёня был меломаном до мозга костей. Именно поэтому он сейчас держал в руках виниловый проигрыватель, а в рюкзаке, я практически уверен, – виниловые пластинки. Нашёл, блин, что прихватить с собой из общежития. Любимый исполнитель у него – это Майкл Джексон и группа «Nautilus Pompilius».

Чего я с ними не разделяю, так это любовь к электронике. Любят они с Костей разобрать всякое барахло и обязательно что-то попаять. Не раз с ними отправлялся на радиорынок, где они выбирали и покупали всякую непонятную мне хрень.

А вот что мне понравилось, так это как мы с ними ездили летом в Крым и жили бомжами в палатке. Море, путешествия по горам и ночные клубы. Всё-таки классные они пацаны, и как же я рад, что они живы.

Не стал их пугать резким появлением и шумом, поэтому заранее дал им услышать себя.

— Друзья, рад видеть вас, — я начал разговор первым.

— Здарова, — Костя помахал мне рукой, а после мы порукопожались, когда я приблизился к ним.

— Чувак! — Лёня положил проигрыватель на землю, а потом отвёл руку в сторону. — Чшшш, — прошипел он.

Я повторил его движения, только более медленно. А потом наши руки сомкнулись с хлопком. Это было наше коронное приветствие.

— Привеееет, — добавил он.

— Не думал вас уже увидеть, но повторюсь, я рад, что вы живы.

— Ну а мы и не сомневались в тебе, — сказал Костя.

— Верно. Как видишь, даже манатки свои прихватили. Пришли к тебе жить. Впустишь? — с улыбкой выпалил Лёня.

— Конечно, впущу, — я радостно ответил ему. — Но я не думал, что вы в городе. Вы же собирались разъехаться на выходных по домам. Обманули?

— А, — Лёня махнул рукой. — Дела были. А потом застряли в общаге. Только сегодня военные нас вытащили.

— Ага, четыре дня сидели взаперти и срали в окно, питаясь объедками.

— Костя, фу, — ответил я ему, слегка поморщившись.

— Мы вам не мешаем? — подала голос Кристина, стоящая перед приоткрытой калиткой. За её спиной – дядя Йося со своей лопатой.

— Действительно, нечего стоять у входа. Проходите. Кристина, — я кивнул девушке, проходя на свой участок. — Иосиф Фёдорович.

— Можно, дядя Йося. Рад вас видеть, молодой человек.

— Как вы тут без меня? — спросил я у него и тоже пожал ему руку.

— У нас-то всё хорошо. Катенька только места себе не находила. Беспокоилась о тебе.