— Чувствуете всё-таки боль! — сказал я сам себе, глядя на это скулящее безобразие, и перевёл взгляд на следующего зомби, который остановился и тоже смотрел на своего собрата, также прижимая руки к своему паху. — И даже что-то соображаете!

С наскока всадил ему правой прямой в переносицу, откидывая его назад, и, повернувшись назад, добил всё ещё скулящего зомби, размозжив его череп уже полностью багровым сапогом. Кажется, даже носки промокли и липли к моей коже, неприятно хлюпая при каждом шаге. Не уверен, что смогу отстирать этот сапог от всей этой мерзости.

От азарта поднял руки над головой и сцепил их в замок. Не раз видел в фильмах, как бьют так по голове, поэтому решил и сам попробовать этот способ. С разбегу и небольшого прыжка подлетел к пухлой зомби-женщине с жиденькими волосиками и со всей силой обрушил сцепленные руки ей на темечко. Скажу сразу: мне было больно, и я взвыл от этого неприятного чувства. Пальцы трещали в момент удара, но, вроде, выдержали, — хотя парочку трещин наверняка заработал. Голову зомби я, конечно, проломил, и она подохла сразу.

Следующего зомби я просто схватил ладошками за его голову по бокам, не задействуя пальцы, и, не обращая внимания на вцепившиеся в меня руки, сдавил его череп. Потом схватил тянущиеся ко мне кисти рук зомби-трухляка, практически скелета, и упёрся ногой в его грудь. В таком положении мы недолго стояли; спустя несколько секунд я всё-таки оторвал его руки. Одна — на уровне локтя, вторая — практически полностью — осталась в моих руках. Отбросил короткую руку в сторону, а длинной, с каким-то детским восторгом, стал хлестать по его же голове. Через несколько секунд присоединился ещё один зомби и тоже стал получать импровизированным оружием по лицу и голове. Разумеется, такой рукой-щепкой я не мог их убить, но недолго поигрался с ними, отведя душу. Когда надоело, дальше просто запинал их ногами, отдавая своим пальцам отдых.

Через несколько минут я очистил последний вагон, в котором оставались лишь раздавленные подранки и уселся на последнюю скамейку, выдохнув с облегчением. Разумеется не все люди которые двигались в этом поезде погибли. По пути не раз видел выбитые окна и даже парочку открытых дверей. Более того, было не мало окончательно убитых-зомби копий, павшие явно не от босса.

Через несколько минут я очистил последний вагон, в котором оставались лишь раздавленные подранки, и уселся на последнюю скамейку, выдохнув с облегчением. Разумеется, не все люди, которые двигались в этом поезде, погибли. По пути не раз видел выбитые окна и даже парочку открытых дверей. Более того, было немало окончательно убитых зомби-копий, павших явно не от босса.

Прикрыл глаза и улыбнулся от своего 10 уровня.

— Наконец!

Глава 14

Тишина в вагоне после бойни была гулкой, давящей. Лишь редкое шарканье и хриплые стоны зомби за пределами поезда нарушали гнетущий покой. Я сидел на скамейке, чувствуя, как адреналиновая волна схлынула, оставив после себя сладковатую истому и небольшую ломоту в каждом мускуле. Десятый уровень. Наконец-то. Энергия души ещё колыхалась внутри, как крепкое вино, слегка кружа голову сладким опьянением силы. Но расслабляться было рано. Лень — роскошь, которую апокалипсис не прощал. Пора было собирать трофеи.

Разумеется, моим главным приоритетом должен был быть трофей с босса, но я не торопился к месту падения Модницы Ларисы. С тщательностью осматривал каждый труп, выискивая карты наград и монетки, порой заваленные под телами. Тушу самой Ларисы пришлось и тянуть, и приподнимать — под ней лежал мой любимый топор. Запах стоял невыносимый. Сладковато-гнилостный, с прогорклой нотой раздавленных внутренностей и старого пота. Метро пропиталось трупными миазмами насквозь, а вентиляция молчала. Глаза слезились, хотя, казалось, давно пора было привыкнуть. Нашел топор и баклер, заваленные под ее массивным боком. Металл был в липкой, тёмной жиже, но цел. Вытер о леопардовую ткань на её бедре.

Рядом с ее расплющенной головой мерцало главное сокровище: карта артефакта эпического качества. Вторая. Ярко-фиолетовая, с витиеватым золотым орнаментом по краям. Взял в руки — материал напоминал прохладный гладкий пластик, переливающийся на свету фонарика. Рядом лежали три монеты разного номинала, в сумме — 110 единиц — целое состояние по нынешним меркам! Попробуй сейчас найти сотню зомби первого уровня. Хотя, судя по моей статистике, уже попадаются и второго, и даже третьего.

«Карта артефакта эпического качества. Колье Обжорства»

Массивное колье из тусклого черного металла в виде переплетенных щупалец, увенчанное крупным, мутным янтарным камнем в форме оскаленной пасти. Постоянный эффект: «Торжество Обжорства». Поглощает избыточную духовную энергию при убийстве существ и передаёт обладателю колье. Пассивный эффект: «Запах Тлена». Значительно маскирует запах живой плоти, делая владельца менее привлекательным для неразумной нежити низкого уровня.

Шикарно! «Торжество Обжорства» — прямой путь к усилению, поможет впитать значительно больше духовной энергии, хотя на опыт игры это никак не повлияет. Повторюсь, именно духовная энергия в большей степени усиливает человека, а не сферы усиления полученные по достижении уровней. А «Запах Тлена»? Бесценен для скрытности… но сейчас, когда игроки охотятся за каждой тушей зомби, это скорее минус. Камень был холодным, тяжелым. Я повесил колье себе на шею — пусть висит как трофей и работает. Немного тяжеловатое, зато на вид крепкое — не порвётся во время боя, даже если потянуть за него.

Остальная добыча по вагонам была скромнее, но монетка сотню бережет. В итоге рейд по этому поезду пополнил мою копилку на 227 монет, серые карты с едой преимущественно сомнительного качества, несколько карт с расходниками, несколько карт снаряжения и оружия низкого качества и одна редкого, но в данный момент столь нужная. Окрашена в синий цвет.

« Карта снаряжения редкого качества. Тяжелый респиратор 'Гробовщик'»

Респиратор с массивными многоразовыми заряжающимися фильтрами цвета запекшейся крови. Поглощает смрад разлагающихся тел, как черная дыра. Больше никакого рвотного рефлекса при встрече с ордой зомби. Дышите глубже... если осмелитесь.

Незамедлительно разломал эту карту и надел респиратор, игнорируя предупреждение в описании. Вдохнул — воздух, лишённый удушающей сладости тления, показался почти чистым. И даже попалась карта артефакта обычного качества:

« Карта артефакта обычного качества. Плюшевый медвежонок апокалипсиса»

Мягкий, уютный, с горящими красными глазками-бусинками. Слегка отгоняет ночные кошмары… или привлекает нечто иное?

Последнее вызвало лишь хриплый смешок. Выбросил? Пока нет. Даже такой малополезный предмет может кому-то понадобиться. Вдруг смогу продать в будущем.

Попутно с добычей Игры собирал также стороннюю добычу. И это я не про сбор трупов для переработки их на биоматерию, пока повременю с этим, а о различных дамских сумочках и рюкзаках. Даже не проверял содержимое, и не уверен, что оно мне когда-либо пригодится, однако в любом случае всегда смогу их сбросить в расщепитель. Так я и шёл, периодически останавливаясь для переноса добычи в убежище и переворачивая трупы.

Я не знаю, что будет через год, но практически уверен, что уже второй полученный предмет эпического уровня будет актуален и полезен даже через сто лет. И это не какие-то убер-пушки и артефакты, которые в момент могут сделать игрока всесильным и бессмертным. Но и так понятно, что даже тот же «Посох Зова Смерти», который усиливает способности аспекта смерти в два раза на начальных уровнях способностей — не станет ультимативным оружием. Короче, я к чему это всё — пока добывать подобные артефакты для меня не представляет особой опасности, стоит сосредоточиться именно на этом, а не на обычном гриндe опыта и монеток.

Добрался наконец до кабины машиниста, откуда я начинал свой путь по этому поезду, и зашёл внутрь, не забыв закрыть на замок входную дверь кабины. Время настало, пора играть в полководца, осталось только пройти процедуру усиления способности. Вышвырнул двух зомби-близнецов машинистов наружу, заперев за ними дверь в поезд. Уселся на наименее запачканный уголок пола. Мерзко всё это, но теперь хотя бы не воняло. Закрыл глаза, сосредоточился и активировал сферу усиления способности, направив энергию на «Призыв Отряда Нежити». Знакомое жжение в груди и першение в горле растянулось на десять мучительных минут. Готово. Теперь я могу призвать свой первый отряд. Осталось только прыгнуть в убежище, чтобы забрать посох. Не уверен, что он мне поможет. А вдруг? И на поверхность. В темноте метро толком не разглядишь свое будущее войско.