Граф остановил пробегавшего мимо мальчишку:

— Скажи, мальчик, здесь что какой-то праздник?

— Нет, милорд, — ответил тот, тяжело дыша, в руках у него был тяжёлый, явно чем-то наполненный бочонок, — просто герцог приказал праздновать, ведь скоро ведь война начнётся…

— Какая война? — нахмурился граф Джон,

— Говорят, посольство не договорилось с шотландским королём, — пробормотал мальчик.

— Где я могу найти герцога?

— Отпустите, милорд! Мне нужно отнести этот бочонок вон тем людям, — и мальчишка показал на сидевшую в отдалении группу солдат.

— Сначала ты проводишь меня к герцогу, а бочонок подождёт, — отрезал граф, и мальчишке пришлось поставить бочонок на землю.

Тем временем отряд графа уже привлёк внимание обитателей замка. И неудивительно, не каждый день в крепость въезжает отряд из двадцати вооружённых всадников.

Граф Честер нашёл герцога Кентерберийского во внутреннем зале. Тот праздновал вместе со своими приближенными, точно так же, как и его люди снаружи, пьяно и беззаботно. Герцог сидел в кресле, больше похожем на трон, откинувшись на высокую спинку, с кубком вина в руке, лицо было покрасневшим, глаза выглядели воспалёнными. Он был пьян, но графа Честера узнал сразу.

— А, сэр Джон! Я как раз праздную! Присоединяйтесь!

Но граф был раздражён тем, что он увидел, поэтому ответил резко:

— Герцог, объясните, что здесь происходит. Почему ваше войско выглядит как банда нетрезвого сброда?

Герцог резко посерьёзнел, даже попытался выпрямиться.

— Значит, вы хотите говорить сразу? — процедил он, — хорошо, поговорим, тем более что из-за вас я и мои люди уже месяц сидим здесь без дела!

— Вы могли бы заниматься боевыми тренировками, — спокойно заметил Джон.

— Зачем? — отмахнулся герцог, — мы тренировались, пока не поняли, что нам никто не даст отомстить за наших павших товарищей.

Герцог отсалютовал и опрокинул в себя бокал, вино пролилось мимо рта, попав на белую камизу, и теперь казалось, что у герцога из горла шла кровь.

Вытерев рот рукавом, герцог поставил пустой бокал на стол, который стоявший за спиной герцога слуга, сразу наполнил и продолжил:

—Тогда мы и решили, что раз уж мы никому не нужны, значит, будем хотя бы отдыхать и праздновать.

Граф сдержал вздох.