— Мне он тоже не нравится, — раздался рядом низкий, гулкий бас, от которого задрожали бутылки на полке.

У барной стойки, опираясь на неё локтями, стоял Борг. Минос. Вышибала. Его массивная, покрытая густой шерстью фигура возвышалась над остальными посетителями, как гора. Бычья голова с мощными, окованными металлом рогами была слегка наклонена, а маленькие глазки внимательно смотрели на экран.

— Что, тоже страшно стало, бычара? — хмыкнул какой-то пьянчуга за соседним столиком.

Борг медленно повернул голову. Он не любил, когда его так называли.

— Мне не страшно, — спокойно ответил он, и его голос заставил пьянчугу вжать голову в плечи. — Мне он не нравится. Эстетически.

Вики удивлённо моргнула.

— В смысле?

— Шляпа, — пояснил Борг, снова поворачиваясь к экрану. На нём как раз крупным планом показали фотографию Волка из полицейского досье. Суровое лицо, седые волосы, чёрная шляпа. — Фасон дурацкий. Поля слишком широкие. Делает лицо визуально тяжелее. И вообще, чёрный фетр в такую жару — моветон. Настоящий ковбой выбрал бы что-то из соломы. Или, на худой конец, из кожи скального ящера.

Он с таким знанием дела рассуждал о головных уборах, что Вики растерянно заморгала своим единственным глазом.

— Борг, там человека называют террористом, он города угоняет, вампиров покрывает, Волоты насквозь прожигает, а тебя его шляпа волнует?

— А что, собственно, не так? — невозмутимо пожал плечами минос. — То, что он террорист, — это политика. Сегодня террорист, завтра — борец за свободу. А плохой вкус — это навсегда. Мне этот тип в шляпе не нравится. Он оскорбляет моё чувство прекрасного.

Ворон криво усмехнулся. В этом весь Борг. Непробиваемый, как броня его предков, и с совершенно неожиданными интересами.

Он допил своё виски. Одним глотком. Поставил пустой стакан на стол с таким стуком, что Вики вздрогнула. Звук получился резким, окончательным. Как точка в конце длинного, неприятного предложения.

Затем он медленно, с ленцой хищника, который наконец-то решил начать охоту, поднялся со своего места.

— Куда ты собрался, хозяин? — с тревогой в голосе спросила Вики.

Ворон поправил воротник своего потрёпанного, но дорогого пальто и бросил последний взгляд на экран, где Миранда Фифи уже начала призывать к созданию народного ополчения.

— Пойду прогуляюсь, — сказал он, и в его единственном настоящем глазу блеснул холодный, нехороший огонёк. — Пришло время повидаться со старым другом.

* * *

Пустошь. Какое же меткое, и в то же время убогое слово.

Земля, изнасилованная солнцем и войной, раскинулась до самого горизонта.

Выжженная, потрескавшаяся, она напоминала кожу дряхлого, умирающего старика.

Кое-где из неё, словно обломанные кости, торчали ветки колючих кустарников, а ветер гонял по равнине клубы пыли. Идеальное место для съёмок фильма о конце света. Или вестерна. Или для того, чтобы просто сойти с ума от тоски.

Но нам, к счастью, сходить с ума некогда… да и вообще, количество психов на квадратный метр жилого пространства у нас и так превышено.

Внутри избушки, в нашем шагающем, бронированном доме, жизнь била ключом. Разводным. По голове.

— Ой, кити-кити, посмотрите, какая прелесть! — раздался восторженный писк Сэши, и я, оторвавшись от созерцания унылого пейзажа на главном экране, повернулся.

Мой «цветник» в полном составе, за исключением пропадающей в машинном отделении Ди-Ди, сгрудился вокруг одного из вспомогательных мониторов. Даже Кармилла, обычно сохраняющая вид королевы, которой плевать на всё, кроме собственной неотразимости, с любопытством заглядывала через плечо Лексы.

На экране сменяли друг друга фотографии. Свадебные.

Споровидный Джек, мой новый начальник полиции Ходдимира, и его очаровательная супруга-тойгерка Миса.

— Какое у неё платье! — выдохнула Шондра, и в её голосе прозвучали нотки, которые я слышал крайне редко. Восхищение. — Простое, но такое… элегантное.

— А он! — подхватила Лекса, и на её губах мелькнула непривычно мягкая улыбка. — Кто бы мог подумать, что эта ходячая мумия в шляпе может выглядеть так… солидно.

На одной из фотографий Джек, облачённый в строгий чёрный костюм, неловко, но очень трогательно надевал кольцо на шерстистый пальчик Мисы. Его бинты, обычно выглядевшие как реквизит из фильма ужасов, сейчас казались почти праздничными, новыми и безукоризненно чистыми.

— Вероятность успешного брака между представителями разных видов, согласно статистике Межрасового Бюро Ходдимира, составляет 47,3%, — безэмоционально вставила Вайлет, стоявшая чуть поодаль. — Однако, учитывая их социальный статус и взаимную симпатию, зафиксированную во время наших предыдущих контактов, прогноз можно считать умеренно-оптимистичным.

— Заткнись, железяка, — фыркнула Кармилла, отталкивая Лексу и усаживаясь поудобнее. — Не порти момент своей унылой статистикой. Посмотрите на её глаза! Она же светится от счастья! И он тоже.

— Его сияние — это вылетающие за пределы бинтов споры, — пояснила Вайлет, проигнорировав требование заткнуться.

— Они такие милые, кити-кити! — Сэша прижала лапки к груди. — А у них будут маленькие детки? Полумумии-полукотята? С бинтиками и хвостиками?

— Сэша… ты уже спрашивала… — вздохнула Лекса. — С тех пор обстоятельства не изменились.

— Боюсь, с этим могут возникнуть некоторые… биологические трудности, — деликатно заметила Лия, которая тоже подошла поближе. — Хотя, теоретически, при использовании технологии экстракорпорального оплодотворения и суррогатного инкубатора… хотя нет, в их случае никакие технологии не помогут.

— Лия, не надо, — остановила её Шондра. — Не разрушай кошке мечту.

— Кити-кити! Но ведь Волк может иметь деток от кого угодно, правильно? Только перед этим нам тоже нужно сыграть свадьбу! Большую и весёлую!

И тут, как я и ожидал, все взгляды обратились на меня. Семь пар глаз — алых, голубых, зелёных, фиолетовых и просто серых — уставились с немым, но очень красноречивым вопросом.

— Ну что, дорогой? — начала Кармилла, растягивая слова, как кошка, играющая с мышкой. — Не находишь всё это очень… вдохновляющим? Свадьба, белое платье, клятвы в вечной любви…

— Я нахожу это пустой тратой времени и денег, — буркнул я, возвращая взгляд к экрану. — У нас впереди Лиходар. И Кощей. Не до свадеб.

— Ой, да ладно тебе, Волк! — улыбнулась Лия. — Вечно ты, как старый дед, ворчишь. Просто признай, что это мило.

— В сериале «Любовь на баррикадах», — подала голос Роза, — капитан Антонио тоже говорил, что ему не до свадеб, пока он не свергнет злого генерала. А потом его возлюбленную Изабеллу похитили, и он понял, что был неправ. И что любовь — это самое главное. Он так плакал. Серия тридцать семь.

Я посмотрел на неё. Иногда мне казалось, что наша дриада живёт в параллельной вселенной, сотканной из мыльных опер. И, честно говоря, я ей немного завидовал.

— Волк, а ты женишься на нас? — прямо в лоб спросила Сэша с обезоруживающей непосредственностью.

Я поперхнулся воздухом.

— На ком «нас»? — хрипло переспросил я, хотя уже знал ответ.

— Ну, на нас! — она обвела лапкой всю кают-компанию. — На всех! Мы же твоя семья, кити-кити!

На мостике повисла тишина. Даже Кармилла на мгновение потеряла дар речи. А потом её губы изогнулись в самой дьявольской улыбке, на какую она оказалась способна.

— А что, котёнок, это идея! — улыбнулась она. — Не одним же императорам иметь кучу жён, верно? Очень… в твоём стиле, дорогой. Представляешь заголовки в газетах? «Капитан Волк, герой и террорист, женился на своём гареме, состоящем из вампирши, кошки, киборга, полицейской, дриады, механика, амфибии и зелёной светящейся инопланетянки». Миранда Фифи лопнет от восторга!