Я встаю, возвращаюсь на шлюпочную палубу. Поднимаюсь по трапу на мостик, перебираюсь на мостик. Вхожу в надстройку сзади, в коридоре темно. Дверь на мостик закрыта. Смотрю налево и направо. Каюты первого помощника и капитана закрыты и темны. В каютах штурмана и радиста темно.

Я слышу тихий шепот голоса.

Медленно подхожу к отсеку радиоприёмника. Дверь приоткрыта, и изнутри пробивается тусклый свет. Он отбрасывает полосу света на пол. Я напрягаю слух. Мужчина внутри тихо говорит по-португальски.

Пробираясь вперёд, я сосредотачиваюсь на темпе разговора. Я должен был бы слышать голос человека на другом конце линии связи, но не могу. Должно быть, человек в радиоотсеке носит гарнитуру. Так он может слышать собеседника, не мешая другим на «Невоа».

Я двумя пальцами правой руки толкаю дверцу отсека с радиостанцией. Щель расширяется. В поле зрения появляется плечо мужчины.

Позади меня скрипит половица.

Обернувшись, я чувствую, как мне в лицо летит какой-то предмет. Я перекатываюсь от удара, и что-то твёрдое скользит по моей голове. Пронзает боль. Вспышка, и моё зрение белеет в темноте коридора. Я парализован, не в силах остановить падение.

Едва теряя сознание, я смотрю на нападавшего. Пытаюсь пнуть его коленом, но конечности не слушаются моего разума. Тёмная фигура тянется ко мне. Сильными руками он тащит меня по коридору. Из радиоотсека выходит ещё одна тень. Нападавший перетаскивает меня через колено и тянет на дорожку для вдов.

Вот и всё. Либо меня сбросят с лестницы, как радиста, либо швырнут в реку, как Гаспара. Я трясу головой, чтобы прочистить её. Усилия приводят к малому движению и ослепляющей боли.

Из надстройки доносятся голоса. Мой нападающий отпускает меня и убегает по вдовьей дорожке. Я перекатываюсь на спину. Гляжу на звёздное поле и узкую полосу верхушек деревьев.

На меня сверху вниз смотрит размытое лицо. «Порода».

«Да», — мой голос хриплый.

Лицо капитана Сильвы плывёт в фокусе. Коллор стоит позади него, руки свободно опущены по бокам.

«Позовите Фонсеку», — говорит Сильва. «Презвите этого дурака».

«Иди за ним», — говорю я.

"ВОЗ?"

Говорить – слишком хлопотно. Я поднимаю руку и указываю на вдовью дорожку в сторону моста. Туда, куда скрылся мой нападавший.

Мне удалось поднять руку. Это было впечатляюще.

«Там никого нет, Брид», — Сильва качает головой.

«Его больше нет».

Коллор возвращается с доктором Фонсекой.

Я с трудом опираюсь на локоть. Пытаюсь встать.

«Зачем ты меня будишь?» — ворчит Фонсека. «Он не ранен. Смотри, его невозможно уничтожить».

«Посмотри на него, — рявкает Сильва. — Мне нужен тщательный профессиональный осмотр. Если ты ещё в состоянии».

«Я в порядке», — я хватаю Коллора за руку и поднимаюсь на ноги.

Голос доктора звучит жалобно: «Видите? С ним всё в порядке».

«Осмотрите его».

«Мне нужен свет».

Коллор помогает мне подняться на мостик. Вижу, что у штурвала никого нет.

«Кто нами управляет?» — спрашиваю я.

«Никого нет», — говорит Коллор. «Мы дрейфуем. Несколько минут всё пройдёт, но мне нужно вернуться к штурвалу».

«Верните нам электричество», — говорит Сильва. «Дальше я сам всё сделаю».

Фонсека осматривает мою голову под голой лампочкой на задней стороне моста. «Боже мой, какой у тебя толстый череп. Удар вскользь. Что-то тяжёлое и стальное… гаечный ключ».

«Теперь мы знаем, как погиб радист», — говорю я.

«Что?» Фонсека смотрит в недоумении.

«Пожалуйста. Удар, раздробивший ему череп, был идеально направленным. Горизонтальный удар над ухом. Убийца нанёс удар, как при игре в бильярд. Он не мог получить эту травму случайно».

«Как давно вы это подозреваете?» — спрашивает Сильва.

«С того самого момента, как я взглянул на тело, — говорю я. — Теперь я в этом уверен. Тот, кто убил Мораиса, пытался убить и меня».

«Хватит ли у вас сил спуститься по лестнице?» — спрашивает Фонсека. «Как того требует капитан Сильва, я должен провести вам тщательное обследование. Лучше всего это сделать в лазарете».

«Теперь я в порядке».

«Может быть, но у вас точно сотрясение мозга. Последствия сотрясения мозга непредсказуемы и могут проявиться с задержкой».

Фонсека собрался с духом: «Брид, я доктор».

Не могу не улыбнуться. Возможно, для старой губки ещё есть надежда.

«Ладно. Это медотсек. Но я доберусь туда сам».

Я ЛЕЖУ В КРОВАТИ, к голове прижата влажная ткань.

Неплохо. В кондиционере прохладная вода. Кожа была повреждена, но кровотечение остановилось. Ткань порозовела. Фонсека действительно смог провести профессиональный осмотр. Провёл мне то, что можно было принять за неврологический осмотр. Заключил, что у меня сотрясение мозга, но я могу выздороветь. Сказал, что будет осматривать меня ежедневно.

Сильва потребовал объяснений. Я рассказал ему о человеке в радиорубке, но не о грузе. Капитан выглядел потрясённым.

«Что, черт возьми, происходит на моем корабле?»

Гнев Силвы, похоже, был искренним. Когда я поднялся туда, на мостике было как минимум трое человек, но я не был уверен на сто процентов. Я думал, Силва лёг спать, но… он был единственным в команде, кроме Мораиша, кто умел работать на КВ-радиостанции. Кто ещё мог ею пользоваться?

Когда радист нырнул на шлюпочную палубу, Сильва обедал со мной в кают-компании. Там же были Сейлс, Варгас, Куадрос и Фонсека. Значит, на борту как минимум двое убийц. Я уверен, что Сейлс и Варгас — негодяи, но они очевидные подозреваемые. Они не могут действовать без сообщников.

«У вас на борту как минимум один убийца, — сказал я ему. — И это как-то связано с тем, что ждёт нас в Портао-да-Дор».

Я лежу в темноте и говорю себе, что нужно следить за мячом.

Необходимо разобраться с мошенничеством на борту «Невоа», но для меня это второстепенное дело.

Моя миссия — найти Фиада Коннора.

OceanofPDF.com

18

OceanofPDF.com

ДЕНЬ ПЯТЫЙ

Рио-Прету – Симон Кананит

Звон будильника резко разбудил меня. Я сажусь в кровати, натягиваю ботинки. В коридоре слышны чьи-то шаги. Толпа.

Я встаю на ноги, и палуба кренится под моими ногами. Я накреняюсь набок и упираюсь рукой в переборку. Палуба не трясётся, это я потерял равновесие. Голова болит от удара. Я касаюсь шишки. Боль от ушиба, от содранной кожи.

Из корабельной системы громкой связи раздается голос Сильвы.

“Aposentos gerais.”

Я открываю дверь каюты как раз вовремя, чтобы увидеть, как мимо пробегают морпехи в касках. Они протискиваются через носовой люк на кубрик. Сейлз и Варгас выходят в коридор.

Куадрос выходит из своей каюты, застегивая пистолетный ремень.

Он проталкивается мимо Сэйлса и Варгаса и бежит к открытой двери.

«Что происходит?» — спрашивает Лора. Она закрывает дверь каюты и встаёт рядом со мной.

«Генеральный штаб», — говорю я ей. «Боевые посты».

Сейлз и Варгас выходят из люка. Они стараются не удариться голенями о колено.

Морпехи заняли позиции у 40-мм «Бофорсов». Один из них поднимает руку и стягивает брезентовый презерватив с дула.

Три человека вместо обычных двух. Командир орудия, заряжающий и наводчик.

Джунгли – зелёная стена. На её фоне я вижу нечто похожее на неглубокую поляну. На берегу воздвигнуты тёмные деревянные столбы. С расстояния в четыреста ярдов я не могу разглядеть много деталей. Серый дым поднимается к небу от пожаров на берегу.

Я поднимаюсь по левому трапу на мостик.

Несмотря на травму, я чувствую свою обычную силу и бодрость.

Подняв глаза, я вижу, что из браунингов 50-го калибра вытащили брезентовые презервативы. Я распахиваю дверь и выхожу на мостик. Придержу дверь для Лоры.

«Что это на берегу?» — спрашиваю я.

Коллор у штурвала. Сильва осматривает берег в бинокль М22 7x50. Лейтенант Куадрос подносит свой бинокль к глазам. Сейлс и Варгас стоят в стороне, скрестив руки.

«Лесорубы, — говорит Сильва. — Увидьте сами».