Из гостиной доносились нестройные звуки телевизора. Оливия в чем-то права. Если я останусь, то снова буду прятаться в своей комнате.

— А как же та сумасшедшая, которая пытается тебя застрелить?

Оливия пожала плечами.

— Она профессионал. Не думаю, что будет иметь значение, где мы находимся. Кроме того, без нас моей семье будет безопаснее.

— Верно, — согласилась я, вставая. — Дай мне минутку, чтобы переодеться, но мы поедем на моем фургоне. И вот еще что, — я протянула ей один из ключей. — Это ключ для Брейдона. Айзек хочет, чтобы мы с этого момента запирали дом.

Оливия взяла ключ и ускакала в гостиную, а я направилась в свою спальню. Одежды, которую мы оставили сложенной в стопки на кровати и висящей на карнизе, уже не наблюдалось.

Я подошла к шкафу и включила свет. Полки от пола до потолка были заняты вещами, как и штанги для вешалок.

— Я разместила все от повседневного до модного, — сообщила Оливия, появляясь у меня за спиной. — Мой шкаф рассортирован по цветам, но я решила, что для тебя так практичнее.

Я взяла теплую толстовку и черные спортивные штаны с соседней полки.

— Идеально.

Через десять минут мы уже покинули особняк, и, заехав за сладкими закусками, Оливия на моем фургоне подъехала к огороженному дому, припарковавшись прямо на дороге.

— Думаю, нам стоит пробраться сзади, — проговорила Оливия, кладя камеру на колени.

Я, предвидя это, просто сказала «нет» и развернула пирожок с вишней, который купила на заправке.

— Ешь свою вредную еду. Я вернусь через минуту, — фыркнула Оливия. Сжимая камеру в одной руке, другой она потянула за дверную ручку, толкая дверь плечом.

Я улыбнулась, продолжая жевать.

Когда дверь не открылась, Оливия недовольно уставилась на меня.

— Вот почему ты настояла, чтобы я вела твой фургон! Дверь сломана!

— Ага, — легко согласилась я, откусывая еще кусочек пирожка.

— Открой дверь. Я перелезу через тебя.

Я покачала головой и, не дав ей возможности перебраться через спинку сиденья, подняла руку, чтобы преградить путь.

— Ты можешь либо наблюдать отсюда, либо мы уезжаем. Но ты не выйдешь из фургона. Моему телу нужен отдых от твоих выкрутасов.

Оливия со вздохом подняла бинокль, разглядывая дом с воротами.

— Как думаешь, что происходит внутри? Вряд ли в нем бордель. Конечно, там достаточно мужчин, но я видела и несколько женщин. И не проституток, а обычных женщин.

— Понятия не имею, что там происходит, но, честно говоря, мне все равно.

— Ну, мне не все равно. Если я в ближайшее время не разберусь с этим мужем, жена меня уволит. Это мое единственное дело на данный момент, и мне нужны деньги.

— Да, но стоит ли оно того? — спросила я, поворачиваясь к ней лицом. — Все эти шныряния по улицам и ночные бдения, время, проведенное вдали от мальчиков, мысли о том, как оплачивать счета, люди, преследующие тебя и пытающиеся убить... Стоит ли все это работы детективом?

— Формально, та девица из картеля, которая пытается меня убить, — это вина Эдди. Если бы Эдди не шпионила за байкерами, я бы не пересеклась с этой психованной дамочкой. А так меня пыталась убить только твоя сестра, и это тоже никак не связано с тем, что я частный детектив.

— И не поспоришь.

— Но если отвечать на твой вопрос, то да, — продолжила Оливия, опуская бинокль. — Мне это нравится. Впервые в жизни я нашла то, что меня волнует. Причину встать с постели, которая не связана с покупками. — Оливия указала на мою дверь. — Ты меня выпустишь?

— О, черта с два, — пробурчала я, уплетая очередной вишневый пирожок.

Оливия закатила глаза, прежде чем пристегнуть ремень безопасности.

— Ладно. Тогда поехали домой. Нет смысла оставаться здесь, если мы не собираемся подходить ближе.

— Это что, розыгрыш? — уставилась я на нее.

Оливия завела фургон и включила передачу.

— Нет. Жена написала мне, что ее муж сегодня дома, смотрит игру. Даже если я подберусь поближе к дому, все равно не смогу его застукать.

— И ты только сейчас мне об этом говоришь?!

— Мне необходимо было сбежать из дома. У нас три телевизора, а у тебя только один. Я люблю своего мужа, но не выношу его одержимости новостями.

— Я понимаю. Но в следующий раз давай сэкономим на бензине и просто наедимся вредной еды на парковке у заправки.

— Договорились. — Оливия выехала на дорогу и посмотрела на меня. — Ты собираешься поделиться одним из этих вишневых пирожков?

— Нет, — ответила я, открывая последний.

Спустя полпакета вредной еды я в изумлении уставилась в окно, пока Оливия везла нас через город. Насколько я могла судить, больше всего досталось дворам, но и парк Эдгар выглядел не лучше.

— Кстати об этом спрятанном сокровище… — проговорила я, не закончив фразу.

— А что с ним? — спросила Оливия.

— Я не понимаю, как все о нем узнали. Конечно, в нашем городке слухи распространяются со скоростью лесного пожара, но только ты, я, Эдди и Бернадетт знали о бумагах Арчера.

— Ну… — протянула Оливия, быстро взглянув на меня, прежде чем снова посмотреть на дорогу.

— Ты не...

— Я подумала, что это может стать забавным маркетинговым ходом для моего сайта.

— Ты выложила это в Интернет?!

— Да, но я и не думала, что люди воспримут информацию всерьез. Просто забавная запись в блоге, чтобы привлечь трафик на мой сайт. Ну, знаешь, Оливия в деле, и все такое. Но кто-то связал мой блог со страничкой города в Фейсбуке, и потом, ну, в общем, все вышло из-под контроля.

— Айзек точно тебя убьет.

— Не напоминай мне об этом. Я все жду, когда он догадается.

— Оливия, в итоге тебе, возможно, придется возместить весь этот ущерб.

— Они могут заставить меня заплатить?

— Да. Ты подстрекала людей искать сокровища!

На ее лбу появились тревожные морщины.

— Что мне делать?

— Понятия не имею, но тебе лучше предупредить Брейдона.

— Он сильно разозлится.

— Да, как твой муж, он будет в ярости. Но как твой адвокат, обязательно попробует действовать на опережение.

— Фу. Хорошо, что мальчики у бабушки с дедушкой. У меня такое чувство, что сегодня будет много криков.

Поскольку их предстоящий спор разгорится в моем доме, я сокрушенно вздохнула и откинулась на спинку кресла.

Глава 29

Сердитые крики Брейдона наверху резко вырвали меня из сна. Уверенная, что Оливия наконец-то призналась мужу в своем необдуманном поступке, я осталась в постели, надеясь, что спор скоро утихнет, но не тут-то было. Оливия завопила в ответ, и вскоре они уже что есть мочи орали друг на друга.

Как только на втором этаже начали хлопать двери, я выбралась из постели и, завернувшись в халат, направилась на кухню.

Мои чувства подсказали мне, что кто-то пришел, и я без вопросов распахнула входную дверь. На крыльце замерла Синда в униформе, держа руку наготове, чтобы постучать.

— Как странно, — только и сказала она, войдя внутрь и закрыв дверь. Затем прислушалась к крикам наверху и направилась прямиком к кофейнику.

Я налила себе полстакана клюквенного сока.

— А почему ты чувствуешь мое приближение, а Бернадетт может подкрасться к тебе незаметно? — спросила Синда, наливая воду в кофеварку.

— Бернадетт хорошо скрывает свою энергию, а я научилась отключать способности, чтобы отгородиться от всех. Но поскольку я знала, что тебе поручено охранять дом, то решила, что ты услышишь этих двоих, — я указала на потолок, — и направишься сюда, чтобы проверить обстановку.

Мы обе уставились в потолок. Брейдон снова кричал. Я разобрала лишь несколько слов, но ни одно из них не радовало.

Синда положила новый фильтр и достала банку с кофе, прекрасно зная, где все хранится.

— А девица из картеля? Как ее зовут? Даниэль?

— Близко. Даниэлла. Даниэлла Пелза.

— Да, она. Ты почувствуешь ее, если она попытается застигнуть тебя врасплох?