Он знал, что это была третья великая миссия Боло. Первая заключалась в устрашении врага. Вторая заключалась в том, чтобы нанести врагу сокрушительный удар, который невозможно было остановить. Третья заключалась в выражении воли Конкордата. Подобно боевым кораблям, а позже и авианосцам старой Земли, Боло было осязаемым, неоспоримым выражением заинтересованности и озабоченности правительства той или иной ситуацией.

Природа Боло была такова, что те, кто сражался в составе более обычных войск, часто чувствовали себя некомфортно из-за них, они никогда не могли забыть про них, игнорировать или отрицать. Но конечным результатом было то, что с прибытием Боло боевой дух обычно поднимался, потому что если солдат нервничал из-за собственного Боло, то что же должен был чувствовать враг?

Кондиционер в салоне наконец-то начал хоть как-то справляться с жарой, влажностью и стойким зловонием джунглей, которые они принесли с собой снаружи. Здесь, по крайней мере на несколько минут, они могли почувствовать себя комфортно, в безопасности и не совсем беспомощными перед нападавшими инопланетянами.

—

Хан, давай устроим нашему гостю небольшую демонстрацию. Но не будем набирать полную боевую скорость. Я не хочу отправлять его домой по частям,

—

Хоучен не шутил на этот счет. Аварийный диван Боло был высокоточным оборудованием, жизненно необходимым для того, чтобы человек мог выполнять функции командира на борту во время боя. A Боло Марк XXV имел обычную боевую скорость примерно в 95 км/ч практически по любой местности, но, когда позволяли условия, он мог совершать короткие пробежки до 150 км/ч. На такой скорости Боло был практически непреодолимой силой. С включенными на полную мощность боевыми экранами он мог в буквальном смысле таранить небольшие горы.

Боло был способен выдержать силы, задействованных в таких маневрах, но командир-человек, по крайней мере, не мог обойтись без серьезной помощи. Аварийная кушетка действовала как жизненно важная трехмерная амортизирующая система для нежного человеческого тела. В сиденья для наблюдателей были встроены гораздо более грубые двухмерные амортизаторы. Тот, кто ехал в них, мог выдержать полную боевую скорость на пересеченной местности, но ему это не понравится, и он, скорее всего, не сможет уйти самостоятельно.

—

Есть, сэр,

—

ответил Хан, и в тот же миг рычание двигателя вокруг них усилилось, и их отбросило назад на сиденьях. В салоне было достаточно тряски, чтобы поездка показалась Доннингу захватывающей.

Ничего больше.

—

Давай расчистим десять ярдов джунглей по периметру, просто чтобы пришельцы там не заснули.

Хан изменил курс, его многочисленные гусеничные системы отрегулировали скорость ровно настолько, чтобы они плавно двигались параллельно линии джунглей, а затем, наконец, двумя парами гусениц наползли на деревья, как гигантская газонокосилка. Грохот стоял ужасный, так как гусеницы сотнями валили деревья, превращая их в щепки, а затем выплевывали их сзади, образуя петушиный хвост разрушения. Хоучен намеренно отключил систему активного шумоподавления в салоне именно для этого эффекта.

—

Хан, ускорим темп. Разрешаю стрелять.

Раздался агрессивный гул, когда открылись дополнительные орудийные порты, и почти пулеметная трескотня, когда ионные бесконечные повторители выпустили короткие очереди в быстрой последовательности. Внезапно, скашивая деревья на одной стороне периметра, Хан одновременно обрушил огонь и на две другие. Хоучен пожалел, что не может похвастаться основным вооружением Боло

—

90-миллиметровым "супер-Хеллбором", но стрельба из него по любой видимой цели так близко к колонии могла нанести им больше урона, чем уже нанес враг. Если бы пришельцы просто предложили им серьезную цель, достойную этого мощного оружия, битва могла бы уже закончиться.

Наконец они закончили обход периметра. Хан замедлился и возобновил патрулирование на равном расстоянии между укреплениями и линией деревьев.

—

Я полагаю, мы могли бы продолжать валить деревья,

—

сказал Хоучен,

—

но становится все труднее и уводит хана все дальше и дальше от колонии, давая им возможность атаковать с другого фланга.

Раздался громкий хлопок, когда Хан выпустил еще один дополнительный, более длинный импульс, чтобы сбить приближающуюся ракету.

—

Они готовятся к новой атаке, не так ли?

Хоучен кивнул. Доннинг был неопытен, но он не был дураком.

—

Мы почти уверены, что они собираются там. Честно говоря, наша информация по этому вопросу ограничена. Мы иногда улавливаем с орбиты что-то, что может быть источником огня для приготовления пищи, но концентрация отсутствует, нет ни единого отблеска, который был бы постоянным от ночи к ночи. Прошлой ночью, по пути в Новую Марикану, лейтенант Винтер и его Боло наткнулись на заброшенный лагерь. Хотя на самом деле правильнее назвать это гнездом. Туннели, вырытые, по-видимому, ручными инструментами, наземные хижины и проходы, сделанные из местных растительных материалов.

—

Есть какие-нибудь признаки технологий?

— с

просил Доннинг.

— Все у

дивительно примитивное,

—

сказал Хоучен,

— и

совершенно не соответствует тому оружию, которое мы видели. Жаль, что у него не было времени поискать и раскопать одну из их мусорных свалок. Это могло бы нам что-то подсказать. Лагерь был почти полностью очищен.

Доннинг только кивнул, и Хоучен продолжил.

—

Но это объясняет, почему мы не можем найти их с орбиты. Они не расчищают землю, не строят дороги, не используют реакторы, энергетические элементы или что-либо еще, что мы можем обнаружить с орбиты. Что еще хуже, у них есть несколько близких родственников в джунглях, крупных, нелетающих, птицеподобных существ, которые, вероятно, лишь немногим дальше от них, чем шимпанзе и гориллы от людей. Пока кто-то из них не приведет в действие свое оружие, для нас он может выглядеть просто еще одним представителем местной фауны.

— Значит

вы не знаете, что они собираются делать,

—

Доннинг посмотрел на Хоучена.

—

Я думаю, что моя интуиция говорит мне то же самое, что и ваша,

—

сказал Хоучен.

—

Нападения продолжаются не просто так, чтобы застать нас врасплох, чтобы наши люди были начеку, пока не выбьются из сил. Когда пришельцы будут готовы, они попытаются снова.

Воцарилось неловкое молчание. Наконец Хоучен сказал:

—

Знаете, есть кое-что, о чем я хотел вас спросить. Хан клянется, что незадолго до своего приземления он зафиксировал показания датчиков, подтверждающие наличие корпуса Боло в колонии Одинберг или рядом с ней. Но этого не может быть. У нас нет данных о том, что на эту планету когда-либо отправляли Боло. Вы что-нибудь знаете об этом?

Доннинг кивнул.

—

Это, должно быть, машина Прескотта.

Хоучен покачал головой. Он понятия не имел, что такое машина Прескотта.

—

Бронированная шахтерская машина,

—

сказал Доннинг,

—

построенная на переоборудованном шасси Боло. Я слышал, что они привезли такую машину, но не думаю, что у них было время ее развернуть.

Теперь Хоучен был по-настоящему озадачен. Что они сделали со старым мозгом Боло и всей его огневой мощью?

—

Ваш флаер не сообщил о том, что видел его, когда они обследовали колонию Одинберг после атаки?

—

Они видели ангар, где он должен был быть припаркован, разрушенный какой-то бомбой,

—

сказал Доннинг,

—

на него обрушилась половина горы. Это все, что я знаю. Как мы вам уже говорили, у них было не так много времени, чтобы отчитаться, прежде чем их сбили. Но этой штуки больше нет, как и всего остального Одинберга. Списать ее со счетов. Сейчас нам это ни к чему.