– Ладно, – сдалась Лиза. – Пойдем за десертом.

Она вынула дочь из стульчика и отправилась в спальню.

– Ох уж это грудное вскармливание, – улыбнулась я брату.

– Ага, нам не понять! – хохотнул он в ответ, провожая своих девчонок взглядом.

Как только Ромка убедился, что нас никто не слышит, он придвинул свой табурет вплотную ко мне и шепотом спросил:

– Ну что там?

Он с такой опаской косился на дверь, что я не удержалась от колкости:

– Коридор.

– Майя, не вредничай, – протянул брат.

– Там если и не мой родитель, то человек невероятной щедрости. Завещал мне квартиру в Москве и счет в банке.

– На какую сумму?

– Пока не знаю.

– А квартира большая?

– У меня пока только адрес есть.

– Диктуй. – Ромка вынул телефон из кармана и с готовностью занес пальцы над экраном.

Я назвала ему улицу, и вскоре он констатировал:

– Район отличный, центр, и дом, кажется, сталинка. Думаю, минимум две комнаты. Хотя тебе и одной за глаза. Всяко лучше, чем снимать, как ты сейчас.

– Жилье-то в Москве, – напомнила я.

– Ну и что тебя тут держит? – удивился Ромка. – Кроме меня, разумеется?

Вопрос он задал настолько хороший, что я даже не сразу нашлась, что ответить.

– Я подумаю над твоим предложением, – усмехнулась я. – Для начала надо вступить в наследство.

– И проверить, сколько там денег на счету. Вдруг столько, что еще на одну квартиру хватит!

– Зачем мне две?

– Ну тачку себе поприличнее купишь!

– На Мальдивы полечу, – мечтательно изрекла я. – А то принца, который такую опцию предложит, на горизонте пока не видно.

– Тоже вариант. Может, там его и встретишь.

– Размечтались мы с тобой, а там небось денег на пару кило гречки.

– Интрига, – радостно подытожил брат. – И крупа, кстати, дорожает.

– Завтра похороны, мой щедрый родитель совсем недавно преставился, как оказалось.

– Вот как! Он что, в нашем городе помер?

– И помер, и жил в другом. Красные Овраги называется, слышал о таком?

Мы не заметили, как в кухне появилась Лиза. Ариши с ней не было.

– Уснула, – объяснила она и поспешила раздать указания: – Ром, чаю сделай и конфеты достань.

Родственник тяжело вздохнул и поднялся.

– А что там, в Красных Оврагах?

– Так говоришь, будто что-то о них знаешь.

– Слыхала, – кивнула Лизавета Степановна.

Мы с Ромкой переглянулись. Для него, как и для меня, название оказалось новым.

– Епифан оттуда родом, – пояснила она.

– Из Оврагов?

– Пф, – фыркнула Лиза. – Из областного центра, разумеется! Но в Красных Оврагах мы бывали. У него там родственники вроде. С ними, к счастью, встретиться не довелось.

Почему Елизавета не сожалела о несостоявшемся знакомстве, я догадывалась. Далеко не всем она нравилась с первого взгляда, к Лизе нужно было привыкнуть. А ну как напели бы о ней благоверному, впечатлившись встречей с нашей красавицей.

– Там есть что-то интересное? – удивилась я.

– Не особенно, просто живописный маленький городок с несколькими самобытными музеями. Есть, например, музей скрипки.

– Теперь понятно, что вас там интересовало, – хмыкнул Ромка, разливая чай.

Прямо передо мной он поставил вазочку с шоколадными конфетами.

– Нам нельзя, ешь, – кивнула в сторону сладостей Лиза и, видя мое замешательство, пояснила: – Я кормлю, а Ромка на диете.

– Давно? – удивилась я, вспомнив вчерашние бутерброды с салями в буфете – не самый диетический рацион.

– С сегодняшнего дня, – гордо заявил он.

– Так что ты про Красные Овраги рассказывала? – напомнила Лиза свой вопрос.

Я взяла конфету в золотистой обертке и принялась неторопливо разворачивать. Если маме знать о появлении в моей жизни отца пока не следовало, жену брата вполне можно было посвятить в события сегодняшнего дня без лишних подробностей.

– Отец мой нарисовался.

– Там?

– Да, завтра похороны.

– Кого? – не поняла Елизавета Степановна.

– Его! – отрезал Ромка.

– Ничего не поняла…

– Да я пока тоже, – призналась я. – Даже уверенности в том, что покойный – действительно мой отец, нет.

– Так надо выяснить! Ты собираешься ехать?

– Еще не решила.

– Что тут думать? – удивилась Лиза. – Села в машину – и вперед, если билетов на поезд нет.

– А туда от нас можно на поезде?

– Кажется, только с пересадкой. На машине часов за пять доберешься. Похороны утром?

– В десять, – кивнула я.

– Значит, пора выдвигаться! Чтобы засветло доехать. Там, кстати, гостиница вполне приличная есть. Сейчас посмотрю, может, номер телефона сохранился.

Лиза вышла из кухни за смартфоном, а вернувшись через пару минут, доложила:

– Забронировала тебе номер. Последний, между прочим! Повезло. Лето, туристы в какие только глубинки не забираются!

– Правильно, ради музея скрипок можно и пять тысяч километров преодолеть! – не удержался Ромка, за что удостоился укоризненного взгляда.

– Поедешь? – обратился он ко мне.

– Поедет, – ответила за меня Лиза.

Я поднялась, поблагодарила за обед и побрела к двери.

– Даже не сомневайся, – наставляла меня родственница. – Столько лет ты жила в неведении. Теперь тебе наконец выпал шанс…

– Познакомиться! – вставил Ромка.

– Совсем, что ли? – возмутилась она, крутя пальцем у виска.

– С родней, – принялся он оправдываться. – Хоронить ведь его кто-то будет!

– Держи в курсе, – попросила Лиза.

Ромка вызвался меня проводить.

– Ты мне вчера имейл не отправлял? – поинтересовалась я сразу же, как только мы оказались на улице.

– С чего бы? – удивился он. – У меня что, номера твоего нет?

Я рассказала ему о вчерашнем послании.

– Фантастика! – подивился он. – И кто его убил?

– Во-первых, я тебе дословно передала все, что содержалось в письме, а во-вторых, я вообще не думаю, что это как-то связано.

– Для совпадения – это слишком! Сперва письмо, а на следующий день завещание. Нет, Майя, я уверен, письмо было адресовано тебе. Знаешь что, Лизу не слушай: наследство получила и сиди себе тихо. Зачем тебе эти похороны? Может, он вообще бандитом был.

– Врачом и меценатом, – пояснила я. – Еще и порядочным человеком, если верить нотариусу.

– Ага, а ребенка бросил, – обиделся он за меня.

– Зная мою мать, еще неясно, кто кого бросил, – возразила я.

– Хороших людей, если он действительно был таким, не любят. Вокруг них вечно всякая шваль ошивается. Не удивительно, что его укокошили.

– По информации нотариуса, он сам преставился: проблемы с сердцем. Все-таки вчерашнее письмо либо банальный спам, либо чья-то злая шутка.

– Вот что, Майя, дуй домой и думай, как московскую квартиру обставлять будешь. Нечего тебе в этих Красных Оврагах делать.

– А как же музей скрипки? – отшутилась я.

– Думал, музыкой ты вчера сполна успела насладиться.

Я села в машину и уставилась на руль. Ничего примечательного в нем не было. Просто пыталась прикинуть: готова ли я прямо сейчас сорваться в другой город, чтобы проводить в последний путь человека, с которым даже не была знакома.

– Надо домой за вещами заехать, – пробормотала я вслух.

Кажется, решение было принято.

Когда на шоссе я наконец увидела указатель на Красные Овраги, было уже темно. Дорога шла под горку, выходит, не зря название местечка связано с оврагами. В темноте красоты пейзажа оценить было сложновато, но что-то мне подсказывало, что слово «красный» было употреблено в значении «красивый».

В городке тускло горели фонари – на электричестве тут, кажется, экономили. Я ехала по широкой главной улице, по тротуарам неспешно прогуливалась молодежь. Наконец на крохотной площади я увидела двухэтажное здание, на крыше которого горела надпись: «Гостиница». Буквы были такими огромными, будто предназначались для какой-нибудь высотки и совершенно случайно оказались здесь. А что, возможно и такое. Продают же подержанные вещи, почему бы не предложить бывшую в использовании вывеску?