обеспечивают контекст, инструкцию, которой мы следуем, чтобы строить наши идентичности.

В первой главе я говорил о четырех составных элементах социально-конструкционистской

перспективы в исследованиях тендера. Во-первых, определения мужественности и жен-

ственности изменяются от культуры к культуре. Во-вторых, они изменчивы по мере

исторического развития каждой культуры. Таким образом, социальные конструкционисты

полагаются на работу антропологов и историков для определения общих черт и различий в

значениях мужественности и женственности от одной культуры к другой, а также для

исследований того, как эти различия изменяются во времени.

В-третьих, определения тендера также изменяются в течение жизни человека. Проблемы

молодых женщин, как, например, конкурентоспособность и на рынке труда, и на брачном

рынке, часто очень отличаются от проблем, с которыми они сталкиваются перед лицом

пенсии или менопаузы. И проблемы, стоя-

146

щие перед молодым человеком на пути достижения того, что он называет успехом, и

социальные институты, с которыми он пытается взаимодействовать, меняются в течение его

жизни, где бы он ни находился. Например, мужчины часто говорят о «смягчении», развитии

большего интереса к заботе и уходу за детьми, когда они становятся дедушками, в отличие от

периода отцовства, чем часто приводят своих сыновей в замешательство. Но в свои

шестьдесят и семьдесят лет, когда их дети уже имеют детей, эти мужчины не ощущают

прежнего давления, заставлявшего их стараться оставлять след, доказывать свою значимость.

Их сражения закончились, и они могут расслабиться и наслаждаться плодами своих прежних

усилий. Таким образом, мы полагаемся на психологов, занимающихся вопросами развития,

чтобы определить нормативные «задачи», которые любой индивид должен успешно решить

по мере того, как он развивается и становится зрелым, и ученые необходимы обществу, чтобы

исследовать символическое наследие, которое мужчины и женщины оставляют нам как

свидетельство своего опыта.

Наконец, определения мужественности и женственности изменчивы в пределах любой

культуры в любое время, в зависимости от расы, класса, национальности, возраста, сексуаль-

ности, образования, места проживания. Вы помните, наверное, тот очевидный факт, что

пожилой черный гей из Чикаго будет иметь свое представление о том, что значит быть

мужчиной, отличное от того, как представляет себе это гетеросексуальный белый подросток

из сельского штата Айова.

Социальный конструкционизм, таким образом, основан на других социальных науках и

науках о поведении, дополняя их определенными подходами к исследованию тендера. Социо-

логия привносит то, что социальная психология половых ролей не может адекватно

объяснить: различие, власть и институциональные аспекты тендера. Чтобы объяснить

различие, социальные конструкционисты предлагают анализ множества определений гендера;

чтобы объяснить власть, они исследуют способы, благодаря которым некоторые определения

становятся нормативными в результате борьбы за власть различных групп, включая сюда

власть давать определения. Наконец, чтобы объяснить институциональные факторы,

социальные конструкционисты сместили фокус внимания с социализации гендерно

сформированных индивидов, занимающих гендерно нейтральные позиции, к изучению

взаимодействия между гендерно сформированными индивидами и гендерно сформиро-

ванными институтами.

147

За пределами теории половых ролей

Как мы убедились в предыдущей главе, социальные психологи определили, что процесс

приобретения тендерной идентичности обусловлен моделью индивидуального развития в

семье и семейными взаимоотношениями в раннем детстве индивида. Теории половых ролей, в

частности, выстроены на исследованиях того, как гендерно формируются индивиды, и того,

как они переосмысливают навязываемые им формы в поисках внутренней последовательности

и связности, которые отсутствуют в противоречивых ролевых предписаниях. Однако главный

акцент все же делается на процессе «гендеризации» индивида и лишь иногда — на

культурных моделях, которым эти индивиды должны соответствовать. Социологическое

понимание тендера исторически началось с критики теории половых ролей, поскольку

социологи утверждали, что такая теория является неадекватной для полного понимания слож-

ного характера тендера как социального института. Социологи указали несколько

существенных проблемных мест полороле-вой теории — проблемы, требующие своего

переосмысления. Во-первых, использование идеи роли имеет любопытное воздействие,

реально преуменьшая важность тендера. Теория роли использует в качестве метафоры драму

— мы изучаем наши роли через социализацию и затем исполняем их для других. Но говорить

так о тендерной роли было бы уж слишком театрально, потому что тогда она легко бы

менялась. Тендер, как пишут Хелена Лопата и Барри Торн, «это не роль в том же самом

смысле, что роль преподавателя, сестры или друга. Ген-дер, подобно расе или возрасту, более

глубок, менее изменчив и формирует строго обозначенные роли; таким образом, пре-

подавательница отличается от преподавателя по важным социологическим критериям

(например, ее зарплата, скорее всего, будет меньше, как нее статус и доверие к ней как к

профессионалу)». Превращение гендера в роль, подобную любой другой роли, урезает

понимание его власти в структурировании наших жизней2.

Во-вторых, теория половых ролей устанавливает унифицированные нормативные

определения мужественности и женственности. Если значения мужественности и

женственности изменяются от культуры к культуре и в течение времени, у людей в рамках

одной и той же культуры и в течение жизни человека, то мы не можем говорить о

мужественности или женственности как неизменной и универсальной сущности.

148

Лично я, когда читал то, что социальные психологи писали про «мужскую половую роль»,

всегда задавался вопросом, о ком они писали: «И это обо мне?» Существует ли действительно

только одна мужская половая роль и только одна женская половая роль?

Одним из ключевых в тендерной идентичности является вопрос о том, как расовые, классовые

различия, этническая принадлежность, сексуальность, возраст, место проживания формируют

и изменяют наши определения гендера. Говорить об одной мужской или одной женской

половой роли означает сводить огромное разнообразие идеалов нашей культуры в один, и мы

рискуем проигнорировать другие факторы, формирующие наши идентичности. Фактически в

ранних исследованиях половых ролей социальные психологи предполагали, что, например,

черный мужчина или черная женщина, гей или лесбиянка являются доказательствами

«слишком большой» или «слишком малой» приверженности соответствующей половой роли.

Гомосексуалы или цветные превратились в некое олицетворение проблем половой роли. Так

как их роли отличаются от нормативных, они сами и представляли собой проблему. (Хотя, и я

об этом здесь уже писал, самые искушенные теоретики половых ролей понимают, что такие

нормативные определения являются внутренне противоречивыми, но они все еще путают

понятия «нормативный» и «нормальный».)

На основе такого ложного универсализма теория половых ролей определяет, какие

потребности необходимо объяснить, какие нормативные определения следует установить и

далее воспроизводить, — поставляет за пределами своего внимания различия мужчин и

женщин между собой. Эта теория не может вполне справиться с существованием таких

различий. Более глубокие исследования должны принять во внимание существование разных