Но знает все… На все глядит он свысока.

Он знает женщину от головы до пяток.

Он знает аромат корсета и перчаток…

И только… русского не знает языка.

Михаил Кузмнн

Задумчивых стихов загадочная сладость.

Мечты о юношах, стихов плохой размер

И пьес неигранных несбыточная радость —

Все в нем исполнено мистических химер…

Леонид Собинов

Имеет он успех заслуженный, огромный.

Ах, «голос у него и ласковый, и томный».

И весь прекрасный пол, восторга не тая,

Готов ему шептать: «Приди!., твоя… твоя…»

Петр ПОТЕМКИН

Ночью

Ночью серая улица…

Слепые дома…

Папироска моя не курится.

Не знаю сама,

С кем мне сегодня амуриться?

1908

Заутреня

Пахнет пряными духами,

Гнется потная свеча

И касается боками

То прически, то плеча.

Держишь свечку и боишься

Подпалить соседке рюш…

Вот поджег: «Простите!» — Злишься

На себя, что неуклюж.

Так, в живом зажатый прессе.

Хмур стоишь ты и сердит.

Только песнь «Христос воскресе»

От всего освободит!

«Новый Сатирикон», 1909, № 13

Весна

Весной украдет облака

С небес любая лужица.

Нахохлив мокрые бока.

Рой воробьев закружится.

Уж на реке сыпучий лед

Ручьями исковеркало.

Вновь по асфальту потечет

Расплавленное зеркало.

И ты себя увидишь там

Ступающей по облаку.

По дальним, синим небесам,

По солнечному облику.

Не раздави! Не наступай!

Иди по ним с опаскою —

Не то назад умчится май,

Не обласкав нас ласкою.

«Сатирикон» 1909, № 17

Обыкновенная история

В «Кафе де Пари»

За столиком

Сидело три

Дамы

Из «Ямы».

У одной шляпка была

С кроликом,

У другой было боа

Роликом.

А третья была —

Алкоголиком.

К ним подошло

Три приятеля —

Три искателя

Развлечения.

Один — пьян зело.

Другие не менее.

Тоном игривым

Сказали три дамы

Из «Ямы»:

«Угостите нас пивом».

Но прихотливым,

У столика стоя.

Ответили трое

Тоном:

«Что вам

В пиве, красотки, —

Лучше выпейте водки».

И ушли из «Кафе де Пари»

Вместе с ними все три

Дамы

Из «Ямы».

У одной шляпка была

С кроликом,

У другой было боа

Роликом,

А третья была алкоголиком.

«Сатирикон», 1910, № 6

Весенний муж

В цилиндре, сверкающем

Шелком,

Шел он по лужам, тающим

И вновь замерзающим.

Шагом мерным,

Толком

Не зная куда.

Но знал, как всегда,

Что нужно быть мужем

Верным.

Мимо катили

Автомобили,

В весеннем раже

Неслись экипажи,

Лицо задевали

Вуали,

И не раз

Ловил он взор

Увлекающих,

Обещающих,

В упор

Глядящих весенних глаз.

Точно боясь оступиться.

Перед каждой девицей

Опускал он глаза,

Боясь соблазна…

Но вновь и вновь

Разнообразно

Злая любовь

Расправляла тенета.