Да в пользу ли?.. Где мой гонец?

Заруцкий Гонец?

И не слыхал я про гонца.

Прокофий Письмо...

Заруцкий Попалось мне случайно, видно, кем-то

Обронено; мне принесли, а я, —

Не из ученых я, — к тому ж не ведал,

Что грамотка к тебе... Питаю, брат,

Отличное доверье к Салтыкову,

Так и просил прочесть мне, — вот и все.

Салтыков Поклон мой за доверье! а скажу,

Чтобы прочесть письмо, к Марине зазвал

Меня тайком полковник Заварзин.

Заварзин Вольно же думать...

Салтыков Говорю: тайком.

Замечу, впрочем: грамотей почище

Меня и многих этот Заварзин —

Дьяком когда-то был. А мне пришлось

Письмо прочесть его же атаману.

(Оборачивается к ним спиною.)

Заруцкий Так точно! и в глаза и за глаза:

Учен, умен, проворен... Здесь ты, братец?

Сердись, пожалуй! — Да, умен, а плут

Мой Заварзин, мошенник, и претопкий:

Вот почему и поверять его

Порой мне должно.

От него отходит и Заварзин; прочие разговаривают между собою; подходит к нему шут.

Ванька Здравствуй, осетрина!

Заруцкий Что шут ты, — очевидно; но не так

Мне ясно, почему я осетрина?

Ванька Не ясно? а покойник-то тебя

Все осетриной величал.

Заруцкий Какой покойник?

Ванька Да что говаривал: тот тянет вверх,

Тот вниз, а осетер-то прямо в воду.

Заруцкий Пострел же твой покойник! Как зовут?

Ванька Теперь не кличут, не зовут. Бывало ж,

Я Черным звал его, а ваш орел

Захаром, братом.

Заруцкий

(дает ему денег) На, дурак! за весть

За недурацкую... Убит Захарья, —

По крайней мере, проглотил же ад

Хоть одного из этих Ляпуновых.

(Уходит.)

Трубецкой

(Прокофью) Боярин-воевода, чем могу

Служить тебе?

Прокофий Благодарю, боярин.

Покой мне нужен, отдых: должно мне

Собраться с духом, с силою собраться...

Я не дитя; однако брат — все брат.

Трубецкой Печаль твоя мне свята... До свиданья.

Прокофий Еще одно, князь Дмитрий Тимофеич:

Пришли, прошу, Аврамия ко мне;

Он другом был Захарье; пусть положит

Захарью в лоно матери земли!

Трубецкой Прощай; Аврамий будет непременно.

(Уходит со своими.)

Прокофий Ушли... Ты, Федор, не стыдися слез.

Их не скрывай... Ей-богу! мне завидно:

И я хотел бы плакать, — не могу;

Здесь тяжело, здесь давит, но отрады

Горючих слез мне, верно, не вкусить.

Входит Ржевский. А! Ржевский! руку! руку! — Без тебя

И я и Ольга так же бы лежали,

Как вот теперь мой бедный брат Захар.

Ржевский

(отдергивая руку) Позволь, боярин... я исполнил долг

И спас не зятя, а вождя, который

России нужен.

Ольга Братец, ты жесток!

Прокофий Еще ли веришь клевете презренной?

Ржевский Не верю ей, но повод к клевете

Не должен быть моей сестрою подан.

Вчера узнал я, как в гнилых устах

Распутных ратников сквернится имя

Сестры моей... Я свой исполнил долг:

Ничем, боярин, мне ты не обязан: