"Независимые"... То есть те, кого все нанимают и никто не трогает, потому что слишком полезны. И удобны в качестве нейтральной силы. Ковбой... Ну да, простофиля. Повезло, что не стал "бонусом" в нашей операции. Хотя... он здесь?

– Машина знакомая – они мне помогли, по-моему, – уточнила я.

Помогли? Скорее, не добили тогда. Но да, знакомые рожи. Банда Кота.

– Да – это банда Кота, геймеры часто с ним работают, – ответил сенсей.

Значит, свои. Ну, условно свои. Наемники. Главное, чтоб не стреляли в спину. Мне помогли бесплатно, вроде не должны.

Припарковав машину, я вышла и встретилась со знакомой поэтессой.

Белла... О, боже, поэтесса. Опять стихи?

– Они сошлись. Волна и камень, стихи и проза, лед и пламень, – процитировала – Белла знакомые строки. – Мне ковбой рассказал истории зазеркалья, а ты подруга не промах оказалась.

"Лед и пламень"? Это про меня и Леона? Ха! Лед и... еще один лед. "Истории зазеркалья"? Ковбой, видимо, приукрасил. "Не промах"... Ну, хоть комплимент. Неожиданно.

– Белла, хватит надоедать Алисе, она столько пережила, – как всегда осадила подругу Сова.

Сова, спасибо! Хоть один адекватный человек. Хотя "столько пережила" – звучит как эпитафия. "Здесь покоится Алиса, много пережившая".

– Должна же она выгуливать своего филолога, иначе с ума сойдёт, – поддержал творческий порыв Кот, невысокий крепкий азиат, то ли китаец, то ли бурят.

"Выгуливать филолога"... Кот, ты гений! Белла – как энергичная, но слегка занудная собачка, которую надо выводить в люди. Точнее, в Мешок. Стихами.

– Предлагаю пожрать, а высокое искусство обсудите без меня, – как всегда обломал веселье Леон, направившись на источник запахов варёной гречки и макарон с тушёнкой.

"Пожрать"! Вот язык, который я понимаю. Гречка с тушенкой – истинное высокое искусство в Мешке. Иди, Сенсей, герой. Спасай нас от поэзии свинцом и макаронами.

Через полчаса мы сидели в столовой, плотно обедали и обсуждали план обнаружения и захвата важнейшего системного объекта...

Гречка. Тушенка. Тепло. Почти уют. Если не считать, что обсуждаем, как лезть в пасть льва за каким-то "системным объектом". Аппетит так себе.

– Пока есть только примерный квадрат поиска, два на два километра. Они там появляются регулярно, но отследить точное местоположение нереально, – отчитывался Джо.

"Два на два"... Это же целый город в городе! Искать иголку в стоге тварей. Отлично. Просто отлично.

– Периодичность выезда? – уточнил Леон.

Вопрос по делу. Надеюсь, раз в год.

– Пять дней, – коротко ответил ковбой.

Пять дней... Значит, скоро. Радости мало.

– Бинго, а поступим мы следующим образом, – начал наставник, улыбнувшись фирменным оскалом, от которого у всех прошлись ледяные мурашки по позвоночнику.

О нет. Этот оскал. "Бинго"... Значит, он уже придумал что-то адски сложное, опасное и с высокой вероятностью летального исхода. Для нас. У всех мурашки? У меня – предчувствие ада. Вот оно, моё "поощрение" и "подарок". Поехали.

***

Пять дней спустя.

Пять дней ожидания, слежки, проклятой сырости в этих развалинах. Но терпение окупилось. Как он учил: "Рыба клюет на стоячую приманку". И вот она, наживка – довольные жизнью идиоты, не подозревающие, что их "удача" уже на мушке.

– Лев. Засветка, на пять часов. Выход найден, цели ниже уровня земли. Четыре бойца, довольные жизнью, – сообщила Леону по закрытому каналу. Закрытый – золотое правило. Мои "подарки" – не для посторонних глаз. Пусть думают, что Леон вездесущ и всеведущ. Мне спокойнее. Незачем лишний раз светить моими умениями.

– Али, принял. Проверь остальных, чисто – работаем по плану, – ответил наставник. Коротко. Четко. Никаких "молодец". Просто работа. Так даже лучше. Не отвлекает.

Чувствуя, как время уходит, я рванула сквозь деревянные бараки и служебные здания. Бег с препятствиями по Мешку. Двери? Препятствие для слабаков. Выбивая двери, воспользовавшись красной пылью. Короткий рывок силы – и щепки летят. Удобно. Докинув в рот дополнительную капсулу автоматически, всё как учили. Горьковатый привкус "энергетика". Цена скорости и силы – дрожь в руках потом. Но сейчас – некогда.

– Лев. Двое, снайперы в вышках. Один на входе, другой на пятидесяти метрах от него, – доложила обстановку. Крысы на верхушке сыра. Уверенные, теплые пятна на тепловизоре. Но тепловизор – для проформы. – Тепловизионный прицел их не берёт, могу убрать обоих по эмоциональной наводке. Вот он, мой "дар". Вижу их самоуверенность, как мишень на полигоне. Яркую, наглую. Идеальную для прицеливания.

– Али, Работай, – разрешил Леон. Одно слово. Пусковой механизм.

ПФ! ПФ! ПФ! Австрийка поет тихим голосом смерти. Первая вышка. Три точки – лоб, центр масс, лоб для гарантии. Перевести огонь на соседнюю вышку. ПФ! ПФ! ПФ! Та же песня. Та же уверенность в их глазах, погасшая раньше, чем они поняли, что случилось.

Австрийка радостно забрала жизни двух рейдеров. *"Радостно" – громко сказано. Она просто инструмент. Эффективный. Сложно противостоять сборному полноценному снайперскому патрону, даже калибра 5,56х45 НАТО. Полный красный довесок пороха, зелёная покраска пули (для чего? Эстетика в убийстве?), соединённой через скоростное синее кольцо, дополнительно разгоняющее негромкую смерть. Технологичная смерть. Дорогая. Как и их жизни, видимо. ДТКП отработал на ура, скрыв в ночи факт смерти крайне осторожных и бронированных ребят. "Осторожных"? Не заметили, как их накрыло. Ирония. Пришлось всадить по три выстрела в каждого, прежде чем аура удивления погасла вместе с жизнью случайно нашедших клад и пожадничавших счастливчиков. "Счастливчики". Теперь – мокрое место. Мешок любит таких.

– Лев, чисто. Выдвигаюсь к выходу, телами займусь позднее, – ответила наставнику, привычно сдёрнув Витязи. *Австрийка – для точности. Витязь – для надежности. И ресурс ствола необходимо беречь. Красная пыль позволяла таскать на себе много оружия. Бремя выживших. Главное, чтобы бой не оказался продолжительным, а то загнусь от перенапряжения. И это несмотря на лёгкий вес АУГа. Плата за "подарки".

Впрочем, бой и не продлился долго. Леон даже стрелять не стал, отловив машину «удачливых» рейдеров бронированным тросом, разрезав пополам всех четверых вместе с транспортом. *Эффектно. Жестко. По-леоновски. Мне позднее об этом рассказала Сова, немного зеленея, вспоминая кошмарное зрелище, но традициями Мешка пренебрегать нельзя. "Кошелек или жизнь" здесь звучит как "кошелек И жизнь". Никаких свидетелей, никаких вопросов. Всё оборудование и оружие собрано и перенесено в специальное помещение для охраны, которой и стали нанятые рейдеры во главе с опытным Джо. Для усиления выдвинулись рейдеры геймеров. Круговорот ресурсов. Зачистили одних – поставили других. Бизнес.

Остальных хозяев несчастливого склада отловили два дня спустя, когда они поехали проверять, почему же товарищи не отзываются, не приехав с товаром. Классика. Любопытство и жадность убивают быстрее пули. Мысль о поголовном истреблении не пришла в голову друзьям, итог – девять трупов. Оптимисты. В Мешке. Десятого я даже допрашивать не стала – он сам всё рассказал Леону. И про базы Пиратов и про тёрки с торговцами, плакал и проклинал собственную жадность. Слезы раскаяния. Дешево и неэффективно. И умер, не успев этого понять. Леон умеет быть быстрым, когда надо и милосердным, если необходимо. "Милосердным" – значит, без лишних мук. Маленькая благодать в этом аду.