Именно на последних была организована охота, ставшая для Дигаммы особенно примечательной. Он сопровождал Пергтагера, хотя сам, по сути, являлся не участником, а только зрителем. Ящер провел за самосовершенствованием уже много месяцев и весьма преуспел на этом поприще. Сейчас схватка с обычным кабаном не стала бы для него серьезным вызовом, необходимость убивать, чтобы добыть пищу, отсутствовала, а тратить силы на охоту ради спортивного интереса пока просто не хотелось. Поэтому Ди вяло шагал за лошадью хозяина, незаметно упражняясь с недавно изученным «Обезболиванием». Может поездки и нарушали сложившийся распорядок тренировок, но ящер не собирался филонить и всегда находил возможность с пользой провести время.

А еще, оказавшись за пределами безопасных стен города, он никогда не терял бдительности. Пока люди были поглощены охотой, Дигамма первым заметил стремительно приближающуюся угрозу и привел себя в боевую готовность. «Природный доспех» имел достаточно яркое визуальное проявление, чтобы привлечь внимание Пергтагера и его ближайшего окружения. Через несколько мгновений из соседней рощи выскочил рослый зомби-олень, а за ним и остальная часть стада. И речь не о прионах[1], иногда заражающих мозг этих животных. На свет вышла самая настоящая нежить, от которой разило искаженной магией.

Веселый настрой охотников сразу улетучился, а подоспевшее подкрепление гвардейцев взяло в защитное кольцо своего господина. Сам же герцог руководил остальными людьми, пытаясь сформировать боевое построение. Однако немертвые парнокопытные, учуяв рядом присутствие живых, без промедления кинулись на потенциальную добычу. Несмотря на плешивый мех, мутные глаза и свисающие с боков шматы загнивающей плоти, их ноги оставались сильны, а рога — остры. К тому же взятые для охоты арбалеты и магические ружья имели низкое останавливающее действие против подобного противника. Несколько дыр в корпусе — сущий пустяк для зомби, пока в его теле не угаснет искра искаженной энергии. И олени всеми силами пытались пополнить ее запас за счет пожирания пока еще живых людей.

Дигамма впервые столкнулся с нежитью в бою. Противник оказался не самым для него удобным: стойким к яду и Разрушению жизни. Ди вообще считал, что сделал достаточно, оповестив остальных об опасности, и может дальше не участвовать, но самый крупный и рогатый олень выбрал именно ящера в качестве обеда, не оставив тому выбора.

Дальнейшее их противостояние нельзя было назвать захватывающим. Восставший труп действовал даже более прямолинейно, чем исходное животное. Проворной химере только и требовалось, что уклоняться и внимательно следить за движением ветвистых рогов. Между делом Дигамма наносил удары хвостом, срезая один пласт посеревшего мяса за другим. Лапами, а уж тем более зубами трогать эту гадость он не собирался. Так постепенно оголились кости и суставы оленя и, оставшись без защиты, были переломаны все тем же хвостом, но усиленным Изменением Материи. Обездвиженный зверь больше не представлял реальной угрозы. Сила магии могла заменить зомби мышцы и связки, но только не отсутствующие конечности.

Вскоре и люди разобрались с остальным стадом. Пергтагер гордо посмотрел на результат работы своего питомца и лично прикончил последнего монстра собственной магией. Однако других поводов для радости у него не нашлось. Герцог не верил в совпадения, а потому незамедлительно отправил часть воинов прочесать окрестные леса. Трупы выглядели достаточно свежими, следовательно, кто-то мог их специально подготовить и поднять в подходящий момент. Да и сам выбор материала показался Эдвину подозрительным. Некроманты обычно работали с человеческими телами, а животных из-за сложностей с контролем использовали только в особых случаях.

В это же время Дигамма подводил собственные итоги. Сражение с зомби-оленем ясно ему показало, что главной силой умертвий являлась живучесть. Странная формулировка, правда? Но это на самом деле так, ведь непросто уничтожить то, что уже мертво. Ди сделал очередную зарубку в памяти: следует избегать больших скоплений нежити, где они вымотают и задавят числом. Однако произошедшее стало для химеры не просто очередным эпизодом боевого опыта. Дигамма ведь пока еще был скорее зверем и отделаться от этой части своей природы не мог. Охотничий инстинкт, угасший за время цивилизованной жизни в городе, наконец снова поднял голову и неотступно заставлял ящера искать следующую добычу.

* * *

Сегодняшний Ди и тот, кто приехал в Пергтопф более полугода назад верхом на клетке, были совершенно разными существами. Он стал умнее и собраннее, а также обзавелся новыми силами. Пронырливый ящер изучил все секреты местных аристократов и ремесленников, до которых только добрался. Конечно, из-за расового ограничения он не мог пользоваться большинством полученных Способностей, но зато теперь знал, как они работают, а значит, и какие контрмеры можно предпринять. Только одну, действительно понравившуюся и подходящую под вынужденно безоружный стиль боя, Дигамма решил развивать.

"Энергетическая пробоина.

Обычное, пассивное.

Пробейте брешь в ядре своего противника! При атаке без оружия каждый Ваш удар немного уменьшает скорость восполнения жизненной и магической энергии цели. Модификатор действует 30 секунд. Суммируется до пяти модификаторов.

При активации резервирует 2% максимального запаса магической энергии и 2% максимального запаса жизненной энергии."

Кроме того, он обзавелся общедоступными «Силой», «Выносливостью», «Здоровьем», «Скоростью реакции» и другими аналогичными улучшающими тело Способностями, действие которых очевидно из названия. Положительный эффект был не велик, но зато они не требовали никаких затрат энергии и не имели «побочек». Айджин, в свою очередь, обучил ученика «Запасу магии», «Сопротивлению магии» и «Восполнению магии», расширившими возможности его ядра, плюс помог восстановить «Оценку Статуса». Главное же достижение Дигаммы за последнее время — вновь появившаяся уверенность в самом себе. Он разрешил все недомолвки с Лоттирией, взял ответственность за Риверу и получил уважение со стороны наставников, благодаря чему перестал страшиться и новых вызовов. Так что на первую самостоятельную охоту после долгого перерыва ящер вышел полностью подготовленным.

Больше всего Дигамма хотел взять реванш у свинки пепла. И дело было не в мстительности химеры или ущемленном безоговорочным поражением самолюбии. Просто он до сих пор испытывал подсознательный страх перед этим удивительно сильным созданием и хотел побороть неприятное чувство. Однако, взвесив все за и против, Ди все же решил отказаться от первоначальной затеи. Путь до златокрона из Пергтопфа занимал вдвое меньше времени, чем раньше, но все равно оставался достаточно долгим. Получался слишком большой перерыв в обучении, да и риск выдать свое отсутствие каждый день, проведенный вне замка, значительно возрастал. А если быть совсем уж честным, то и в свою победу Дигамма до конца не верил. Слишком многое он еще не успел узнать.

Логичный выход из такой ситуации — найти цель поближе и попроще. Тут Ди сразу вспомнил про экстремальные походы с Лерингеном. На своем пути они тогда встречали много разных существ, однако его выбор пал на виверн. Строго говоря, летающие ящеры были нисколько не слабее огненной свиньи, к тому же гнездились на отвесных скалах и большими группами. Нападать на целое семейство разом — самоубийственная затея. Но химере это и не требовалось благодаря знаниям об их повадках. Например, молодые особи иногда в одиночку спускались с вершин, чтобы удовлетворить любопытство или попробовать себя в самостоятельной охоте. Именно на таких и нацелился Дигамма, рассчитывая получить оптимальное для своего развития соотношение риска и результата. Да и ближайшее гнездовье виверн находилось на юго-восточной стороне Пасти дракона — всего пара дней от Пергтопфа быстрым темпом.

Погожее утро куата стало отправной точкой этого путешествия. Конец четвертого месяца года и одновременно начало лета — идеальное время для похода в горы. Дигамма заранее предупредил о своем отсутствии Риверу и Айджина, а также подготовил припасы, поэтому смог уйти еще до восхода. Он взял с собой не только двукратный запас пищи, но и набор капель Жизни вместе со своими взрывными артефактами. На этой декаде Полю досталась очередная раритетная посудина вместо стандартной оплаты, а магические концентраты Ди придержал для себя. После получаса мучений накануне ночью он даже смог приладить к одному из них веревку и закрепить на шее. Теперь появлялась возможность в экстренной ситуации поддержать себя выбросом энергии Жизни. Ривера же в качестве утешительного приза получила маленького хрустального дракончика. Одна из первых и самых удачных работ ящера на пути развития Изменения Материи.