Пытаясь усмирить Каддафи с помощью бомб, администрация в то же время пыталась открыть двери Ирану через продажу оружия — непродуманная, неуклюжая и незаконная уловка, которая подорвала её авторитет за рубежом и популярность внутри страны.[2222] В сентябре 1980 года Иран и Ирак вступили в кровавую борьбу на истощение, которая продолжалась почти девять лет и унесла около семисот тысяч жизней и почти два миллиона раненых. Поначалу Соединенные Штаты поддерживали Ирак Саддама Хусейна, но по мере того как Иран терпел поражение в середине 1980-х годов, некоторые официальные лица находили причины для сближения с Тегераном. Рейган был одержим идеей вернуть семерых заложников, удерживаемых проиранскими экстремистами в Ливане, и признаки того, что Тегеран может повлиять на их судьбу, побудили его обменять оружие на их освобождение. По сообщениям, он говорил друзьям, что готов сесть в тюрьму, чтобы освободить заложников.[2223] Директор ЦРУ Кейси считал, что растущая фракционность в Тегеране может позволить Соединенным Штатам установить контакты среди «умеренных», которые могли бы пригодиться в случае падения правительства Хомейни. В то время как СССР наращивал помощь Ираку, некоторые американцы опасались, что поражение Ирана оставит Персидский залив открытым для советского проникновения. Другие прислушались к израильтянам, которые предположили, что Иран можно склонить к более умеренной позиции. Советник по национальной безопасности Роберт Макфарлейн, легковес, которому, как известно, не хватало внешнеполитического опыта и политической хватки, вынашивал грандиозные идеи повторить с Ираном драматическое открытие Киссинджера для Китая.[2224]
Так началась интрига, которая на время искалечит президентство Рейгана. Это злоключение стало возможным благодаря отстраненности Рейгана, неспособности Шульца и Уайнбергера сотрудничать, чтобы остановить авантюру, против которой они оба решительно выступали, и отсутствию сильного главы администрации Белого дома, который мог бы обуздать заблуждающихся фанатиков СНБ. В период с конца лета 1985 года по осень 1986 года оперативники СНБ продали Ирану 2004 противотанковых ракеты TOW и 50 зенитных ракет HAWK за гарантии помощи в освобождении американских заложников. Эта акция нарушила объявленную политику США по отказу в предоставлении оружия странам, помогающим террористам, и эмбарго на поставки оружия в Иран. Американские чиновники не проинформировали Конгресс о своих действиях, как того требует закон. Они полагались на Израиль, у которого были свои интересы в этом деле, и на Манучехра Горбанифара, теневого иранского посредника, который неоднократно проваливал тесты ЦРУ на детекторе лжи и был справедливо назван «талантливым фабрикантом». Временами дело приобретало черты фарса, как, например, когда Макфарлейн и его помощник подполковник морской пехоты Оливер Норт, путешествуя по поддельным паспортам, привезли в Тегеран торт в форме ключа и Библию, подписанную Рейганом, в качестве жеста доброй воли США. В другой раз Норт провел странную ночную экскурсию по Белому дому для члена иранской революционной гвардии. Американцы переплатили иранцам за многие виды оружия и в некоторых случаях передали им старые израильские запасы, на некоторых из которых, по иронии судьбы, все ещё была изображена Звезда Давида. В конце концов, они проиграли в переговорах, обменяв оружие на обещания освободить заложников у тех, кого они снисходительно называли «торговцами коврами».[2225]
То, что стало известно как «Ирангейт», привело, по меткому выражению Кэннона, к «катастрофе», которая «иногда напоминала комическую оперу с трагическим подтекстом и несчастливым концом».[2226] Соединенные Штаты добились освобождения только трех заложников — на их место были быстро взяты ещё трое. Рейган неоднократно клялся не иметь дела с террористами. Когда в ноябре 1986 года одна из бейрутских газет опубликовала эту историю, его авторитет был подорван. Его неубедительные попытки оправдать плохую сделку с точки зрения геополитики провалились. Он настолько успешно избегал вины за все, что шло не так, что его стали называть тефлоновым президентом, человеком, к которому ничего не прилипает. Ирангейт изменил это мнение, по крайней мере на время. Президент выглядел невежественным или некомпетентным — или и тем и другим. Его администрация погрузилась в ожесточенную междоусобицу, когда осажденные чиновники пытались спасти свои шкуры. Конгресс, долгое время пребывавший в состоянии покоя, был подстегнут к преследованию некогда неуязвимого президента. Когда стало известно, что доходы от продажи оружия использовались для обхода ограничений Конгресса на оказание помощи поддерживаемым США революционерам в Никарагуа, администрация на некоторое время оказалась в бессилии. Другой президент оказался привязан к иранскому смоляному младенцу.
Чтобы сохранить поток нефти через Персидский залив, летом 1987 года администрация собрала в там армаду из примерно тридцати военных кораблей, включая легендарный линкор USS Missouri. Заявленные цели заключались в защите свободы морей и, конечно же, в отводе советского влияния от критически важного региона. С самого начала интервенция в Персидском заливе была окружена противоречиями. Администрация Рейгана так и не смогла четко объяснить причины своих действий. Расходы были астрономическими — 1 миллион долларов в день. Военно-морские силы Соединенных Штатов были связаны правилами ведения оборонительных действий и подвергались воздействию людей, которые, по признанию начальника военно-морских операций, были «немного сумасшедшими». Несколько раз Соединенные Штаты были близки к тому, чтобы оказаться втянутыми в войну. В мае 1987 года иракский самолет по ошибке атаковал корабль USS Stark, в результате чего погибли тридцать семь моряков. Год спустя американский военный корабль налетел на иранскую мину и был выведен из строя. В ответ военно-морской флот вывел из строя большую часть крошечного иранского «флота». В июле 1988 года нервные моряки на борту USS Vincennes по ошибке сбили гражданский иранский авиалайнер, в результате чего погибли все 290 пассажиров и членов экипажа. Несмотря на все эти опасности, конвой добился ценных результатов. Помогая многочисленным конвоям благополучно пройти через залив, флот сумел сохранить поставки нефти с Ближнего Востока в Западную Европу и Японию. Вмешательство Соединенных Штатов, по крайней мере косвенно, способствовало окончанию ирано-иракской войны в июле 1988 года.[2227]
В 1988 году внимание мировой общественности вновь переключилось на основы ближневосточной политики. В конце 1987 года палестинцы в секторе Газа и на Западном берегу реки Иордан, оккупированных Израилем во время войны 1967 года, начали спонтанную и, по-видимому, не имеющую лидеров серию продолжительных беспорядков и демонстраций, включая прямые нападения на израильских солдат. Израиль ответил репрессиями, и к декабрю 1988 года более трехсот палестинцев были убиты, семь тысяч ранены и пять тысяч заключены в тюрьму в ходе того, что стали называть «восстанием», или интифадой (в буквальном переводе — «отряхивание»). Изначально не желая вмешиваться в проблему, которая, очевидно, была неразрешимой и взрывоопасной, администрация Рейгана не видела выбора по мере эскалации насилия. Пересмотрев старые предложения в соответствии с новыми обстоятельствами, Шульц выдвинул план промежуточного периода палестинского «самоуправления» на оккупированных территориях, предшествующего более широкому урегулированию между Израилем и его арабскими соседями. Лидер ООП Ясир Арафат в конце концов согласился на диалог, направленный на мирные переговоры, но Израиль продолжал отвергать предложения Шульца и приступил к созданию новых поселений на оккупированных территориях. После семи лет непостоянного участия США и значительного разочарования Ближний Восток оставался таким же нестабильным и опасным, как и прежде.[2228]
III
В номере журнала Time от 1 апреля 1985 года консервативный обозреватель Чарльз Краутхаммер приветствовал появление «доктрины Рейгана», предусматривающей «открытую и нескрываемую» помощь «борцам за свободу», стремящимся свергнуть «мерзкие коммунистические правительства».[2229] Хотя название ей было дано только во второй срок, и то журналистом, то, что стало называться «доктриной Рейгана», было устоявшейся политикой с самого начала.[2230] Являясь главным нововведением администрации во внешней политике, она ознаменовала собой резкий отход от доминирующих тенденций внешней политики времен холодной войны. Джон Фостер Даллес говорил об откате от завоеваний коммунистов в Восточной Европе. Временами Соединенные Штаты пытались дестабилизировать и даже свергнуть левые правительства. Но в целом сдерживание означало попустительство коммунистическим правительствам, уже находящимся у власти. Доктрина Рейгана была основана на давнем презрении правых к сдерживанию. Консервативные члены Конгресса и сторонники жесткой линии администрации, особенно директор ЦРУ Кейси, проталкивали её как способ использовать советское перенапряжение, свернуть недавние достижения, противостоять вредной доктрине Брежнева, согласно которой Кремль заявлял о своей обязанности вмешиваться везде, где социализм находится под угрозой, и даже подорвать сам СССР. Энтузиасты Рейгана заявляют о большом успехе доктрины, особенно в Афганистане, где они отводят ей главную роль в победе Америки в холодной войне.[2231] На самом деле, энергичность её реализации никогда не соответствовала накалу риторики. Даже в Афганистане, где она имела определенный тактический успех, её стратегическое влияние было преувеличено. Хотя её обычно не относят к доктрине Рейгана, невоенная тайная программа в Польше представляет собой скромную историю успеха. В целом в Восточной Европе после 1982 года ЦРУ поощряло и помогало финансировать протесты, демонстрации, статьи в газетах и журналах, а также теле — и радиопередачи, рассказывающие о зле советского господства. Картер инициировал тайные действия в Польше. В июне 1982 года Рейган заручился благословением папы Иоанна Павла II на расширение программы для родной страны понтифика. Кейси и другие считали Польшу самым слабым звеном в советском блоке. Соединенные Штаты помогали некоммунистической оппозиционной группе «Солидарность» поддерживать контакты с Западом и продвигать своё дело внутри Польши. На средства США были приобретены персональные компьютеры и факсимильные аппараты, и члены «Солидарности» помогали использовать их для публикации информационных бюллетеней и пропаганды. Эта тайная программа помогла «Солидарности» выжить в годы военного положения и подготовила её к захвату власти после падения режима.[2232]
