Казалось бы, все идет неплохо, но это только иллюзия. Увести рабыню с собой не позволит разгоряченная толпа — какого хрена эта баба достанется этому щенку?! А мы чем хуже!?! А тут и стражники подоспеют. Не исключено, что выйдя в кадат, используя перстень некроманта и Небесного Волка удастся справиться и с ними, но дальше-то что делать? Вот то-то и оно… Да и засветишься по самые не балуйся, а на хвосте цуги висят, так что идти по официальному пути никак невозможно.

Следующим, что пришло в голову Денису, было дать мелочь кому-нибудь из околачивающихся рядом мальчишек, посулить золотой за быстрое исполнение поручения и послать на "Душу океана" за Гудмундуном Дювалем. Но после короткого размышления старший помощник отверг эту идею. Во-первых, вполне вероятно, что пока пацан бегает за магом, да еще не факт, что тот находится на корабле — очень даже может и не быть — дел у капитана в городе хватает, Снежную Королеву успеют продать, а Денису придется отправиться вслед за покупателем, чтобы проследить куда девушку этапируют.

И что тогда? Является Гудмундун на рынок рабов, не находит ни Дэна, ни девушки и не понимает зачем тот оторвал его от важных дел. Нехорошо получится. Ну, а во-вторых — опять же не хочется светить свое участие. А если отправлять курьера, то придется ему сказать, чтобы тот передал на словах что-то вроде: "Дэн просил сказать, что на невольничьем рынке продают нашу общую знакомую!" — узнать имя Снежной Королевы старший помощник так и не удосужился — считал, что без надобности, а теперь эта информация очень бы даже пригодилась. Но, на нэт и суда нэт.

Мальчишка-посыльный всю эту историю хорошо запомнит, а когда, рано, или поздно, до него доберутся ищейки цугов, выложит им все, что знает, за небольшое вознаграждение. Ну-у… или чтобы не получить сталь в брюхо. Короче говоря, светиться было крайне нежелательно. Следакам цугов только дай пальчик — отхватят руку по локоть. Поэтому Денис решил сначала лично проследить, куда отправится Снежная Королева, а потом уже разыскивать Гудмундуна и вместе решать, как вызволить несчастную пленницу.

За то недолгое время, которое старший помощник потратил на размышления: кто виноват и что делать и, соответственно, слегка отвлекся от торгов, цена, предлагаемая за девушку, достигла пяти тысяч золотых — видать много состоятельных ценителей женской красоты собралось этим утром на рынке рабов — иначе не понять, откуда такой ажиотаж? С точки зрения Дениса это был явный перебор — ну красивая, ну девственница, да и то, если верить словам Карабаса-Барабаса — ну и что? Откуда такие дикие цены? Но, хозяин барин — есть деньги и желание — флаг в руки, барабан на шею и вперед.

В конце концов Снежная Королева была продана высокому, поджарому, крайне опасному на вид господину лет сорока. Одет он был дорого-богато, но не так пестро, как остальные высокородные, околачивавшиеся возле помоста, чем произвел на старшего помощника благоприятное впечатление. А вот ощущение опасной силы, веющей от незнакомца ему, наоборот, решительно не понравилось.

Для установления личности покупателя, Денис уже приготовил медяк, чтобы заплатить тому мальчишке, который сумеет удовлетворить его любопытство, но удалось сэкономить — информация досталась старшему помощнику бесплатно: "… Визар Гуфит… Хозяин Ветра…" — прошелестело над толпой.

"А вот интересно… — задумчиво протянул внутренний голос: — Хозяин круче, чем Погонщик? Если круче, то…"

"Плохо!" — закончил за него Денис.

*****

Гудмундун, которого старший помощник нашел не на "Душе океана", а в огромном и помпезном дворце Морской Канцелярии, напоминавшем архитектурой здания Сената и Синода в блистательном Санкт-Петербурге, выслушал Дениса молча, не прерывая и не задавая вопросов. После того, как старший помощник закончил свою короткую, но энергичную речь, Гудмундун заговорил не сразу, заставив Дениса понервничать.

Старший помощник не исключал варианта, что Визар Гуфит и Гудмундун друзья. Ну, может быть не друзья, а хорошие знакомые, или просто деловые партнеры, или еще что, из-за чего ссориться с Хозяином Ветра Погонщику все того же ветра, никак не с руки.

В этом случае Денис оказывался в двойственном положении. Впрочем, каком там двойственном!? — если называть вещи своими именами, то никаком не двойственном, а самом настоящем интересном положении, как гимназистка, всем сердцем полюбившая бравого поручика, после отъезда которого в действующую армию, случайно выяснившая, что немножко беременна и находящаяся в мучительна размышлениях, что лучше — сообщить эту новость родителям, или же сразу пойти и утопиться.

Конец этим тягостным раздумьям — имеется в виду старший помощник, а не "гимназистка румяная, от мороза чуть пьяная", положил Гудмундун, который дождался пока рядом не окажется компания представительных мужчин, уважительно поздоровавшихся с ним, после чего громко, чтобы все слышали, попенял Денису:

— Дэн, но я же предупреждал, что "Ворона" так быстро, как тебе хотелось бы, не продать. Так что запасись терпением.

После этого старшего помощника отпустило — стало понятно, что маг в игре и ему требовалось замотивировать появление Дениса в Канцелярии. Если бы хотел послать, то сделал бы это сразу. Без выкрутасов. Исполнил бы какую-нибудь вариацию на тему клипа Ленинграда "Дорожная", после чего старший помощник решительно не знал бы, что ему дальше делать.

В одиночку, без любимой шкиры и без "длинной руки", операция по спасению рядового Райана была бы обречена и, положа руку на ногу, Денис не смог бы гарантировать своего одиночного в ней участия — как ни крути, своя рубашка ближе к телу и идти на смерть без особых на то оснований, хочется не сильно. В свою очередь, такое отступление было бы чревато не то, чтобы муками, но — уколами совести и не исключено, что достаточно долго — хорошо, если не всю оставшуюся жизнь. Поэтому, после слов Гудмундуна, гора упала с плеч старшего помощника.

— До конца проследить не смог, — поморщился Денис, — не бежать же за каретой по полуночному тракту. Заметили бы. Но я думаю… — что он думал осталось неизвестным, потому что маг его перебил:

— Я знаю, где находится загородное поместье Визара. — В ответ на это заявление, старший помощник лишь угрюмо кивнул. Получалось, что вся его разведдеятельность и слежка за покупателем были совершенно излишни — хватало его имени, чтобы определить местожительство. А Гудмундун небрежно, вскользь, поинтересовался: — Ты решил вызволить Тарению из рабства? — Прочем то обстоятельство, что местоимение "ТЫ" было явно выделено, не заметил бы только глухой.

"Ну, Тарения, так Тарения — нам татарам все равно…" — равнодушно подумал Денис.

"Да хоть варение!" — развеселился внутренний голос.

"И лучше клубничное!" — конкретизировал старший помощник.

"Попользоваться насчет клубнички?" — уточнил голос.

"Именно!" — цинично ухмыльнулся Денис.

"Пошляк!" — заклеймил его голос, хотя сам неоднократно был замечен в этом пороке.

Завершив этот небезынтересный внутренний обмен мнениями с интересным собеседником, старший помощник обратился к визави из плоти и крови:

— Я, — он так же выделил местоимение "Я", как только что это проделал Гудмундун с "ТЫ", — ничего не решал. Если мы, — Денис произнес "МЫ" с нажимом, — что-нибудь придумаем, как это сделать, то я в деле. Если нет, то нет.

Ответил маг не сразу, а после длительной мхатовской паузы. То ли хотел подчеркнуть значимость сказанного, то ли действительно задумался.

— Ворона не забыл? — прищурился Гудмундун, на что старший помощник лишь молча покачал головой. Как пелось в одной старой песне: "Не забывается такое никогда!". — Так вот, — продолжил маг. — Визар сильнее.

Сказать, что мнение Гудмундуна о сравнительной силе двух магов опечалило старшего помощника, значит ничего не сказать. Как только он его услышал, тут же в памяти всплыли слова лучшего друга всех детей, полярников, физкультурников, летчиков и пионеров: