Французский посол в надежде ступил на шаг вперед. Герцог посмотрел на него, потом отвернулся и вдруг заметил в море лиц австрийского посла.

На его лице появилось выражение радости. Он обнял Гарраха за шею и громко воскликнул по-испански: «Месье, мне доставляет величайшее удовольствие, — он сделал паузу и снова обнял его, — да, месье, это доставляет мне величайшее удовольствие, — (снова пауза и объятья), — и удовлетворение, распрощаться с вами до конца моей жизни и сказать австрийскому императорскому дому: Прощай!»

После этого он отвернулся и поспешно удалился сквозь толпу, оставив онемевшего австрийского посла, в то время как другие помчались за ним, словно свора собак по следу, чтобы, наконец, узнать, что наследницей стала Франция.

Когда сообщение Блекорта достигло Парижа, оно было встречено с удивлением, а в Вене, оно вызвало неодобрение: Бурбон, а не Габсбург, должен был наследовать всю Испанию?

В Вене, в прекрасный сентябрьский день 1703 года император Леопольд поехал со своими обоими сыновьями, Иосифом и Карлом^[289], в летний дворец Фаворита. Там, в присутствии придворного штата и прислуги, семнадцатилетний эрцгерцог Карл был объявлен совершеннолетним и провозглашен законным королем Испании. Все было просто: Леопольд и его старший брат Иосиф передали Карлу права на Испанию. В тайных пунктах был набросан целый план порядка наследования, включая наследование по женской линии.

Пару дней спустя, 19 сентября, Карл со слезами попрощался со своей семьей. Его мать, императрица Элеонора, очень неохотно расставалась с ним и назвала его «жертвой на службе народа». Старшая сестра Карла, Мария Анна^[290], которая была особенно предана ему, отозвала в сторону своего любимого карлика, дала ему золотые часы с боем, отбивающие каждый час, и просила его каждый раз, когда он услышит их бой и будет рядом с братом, напоминать брату о ней.

Юный Карл отправился в путешествие по Европе с большой кавалькадой и внушительным поездом из роскошных новых карет, выкрашенных в цвета Испании — желтый и белый. Его сопровождали: камергер, секретари, врачи, аптекари, казначеи, изготовители париков, истопники, повара, помощники поваров, управляющие винным погребом, лакеи, охотники, исповедник и, конечно же, музыканты.

Почти три года прошло с того памятного оглашения завещания Карла. Людовик XIV, не колеблясь, немедленно послал в Испанию своего внука, Филиппа Анжуйского^[291], со знаменитым, но, возможно, недостоверным замечанием: «Пиренеев больше нет!» И за эти три года у Филиппа было достаточно времени, чтобы глубоко окопаться в Мадриде.

^{Филипп V Анжуйский, король Испании}

Между тем, морские державы вступили в союз с Габсбургами, Леопольд добился поддержки бранденбургского курфюрста^[292], возведя его в звание «Короля Пруссии» и подкупил герцога Ганновера^[293], назначив его курфюрстом.

Два короля делили трон в Испании: Филипп Анжуйский в Мадриде и Карл Габсбург в Барселоне. В то же время, Евгений Савойский вместе с герцогом Мальборо^[294] вел борьбу с Францией за владение Испанией. Положение Карла в Испании то улучшалось, то ухудшалось и снова улучшалось; тогда же при дворе в Вене ему начали искать жену.

Это было вдвойне важно, так как у его старшего брата Иосифа не было сыновей.

^{Император Иосиф I}

На пути в Испанию Карл сделал крюк и проехал через Вайсенфельс в Германии: его притягивала возможность внимательно присмотреться к Каролине Ансбах^[295]. Красивая и умная Каролина полностью расположила к себе Карла, у нее был только один недостаток: она была протестанткой. Честолюбивая семья Каролины, которая придавала большое значение связи с Габсбургами, с радостью встретила иезуитов, которых прислали для обращения Каролины в католическую веру. Но Каролина сидела с раскрытой библией на коленях и сквозь горькие слезы обсуждала вопросы теологии. В конце концов, весь этот план пришлось забросить, Каролина вышла замуж за принца Георга^[296] из Ганновера и стала позже королевой Англии.

^{Император Карл VI}

Карл был глубоко разочарован. Он жаловался своему старому другу, графу Вратиславу, рассказывая о своем намерении вступить в брак: «Им удалось пролить самый лучший суп. Господи прости им, но это так и было».

Вскоре появилась новая возможность и снова это была немецкая принцесса: Елизавета Кристина фон Брауншвейг-Вольфенбюттель^[297]. Но ах! Это снова была протестантка. Карл призвал на помощь своего исповедника из Испании, он должен был навестить ее и посмотреть, что можно сделать. Пастор Тоннеман вскоре вернулся с очаровательным портретом принцессы и с обещанием скорого обращения ее в другую веру. Враги предстоящего бракосочетания при дворе в Вене нашептывали, что невеста болезненна и едва ли сможет произвести на свет подходящее количество детей.

^{Елизавета Кристина Брауншвейг-Вольфенбюттельская, жена Карла VI}

Поэтому в Вольфенбютель послали личного врача императора. Он должен был снять квартиру вблизи дворца, наблюдать за принцессой на ее прогулках и тайно подглядывать из-за ширмы, как она сидит за столом и обедает. Очевидно, ее здоровье и ее манеры за столом выдержали испытание, ее обращение было намного сложнее. Оно проходило не без слез и вздохов, прошли месяцы, прежде чем ее семья смогла дать письменное поручительство.

Весной 1708 Елизавета Кристина выехала в Вену для бракосочетания через представителя и оттуда, по наезженному пути невест, в Испанию.

Карл ожидал свою будущую супругу в порту Матаро. После первых совместно проведенных часов, флегматичный Карл пометил в своем дневнике: «Поскакал в Матаро. Королева очень красива. Очень доволен».

Через два дня произведена одна, еще более короткая запись: «Королева ночью очень мила».

Елизавета Кристина, стройная блондинка с волосами пепельного цвета, с сияющими голубыми глазами и молочно-белой кожей, определенно была самой красивой габсбургской невестой за последние годы. Карл нежно называл ее своей «белоснежной Лизль».

Леопольд не дожил до конца войны за наследство, он умер весной 1705 года от водянки, вскоре после победы при Хохштадте. Война затянулась, почти вся Европа была втянута в нее, на протяжении почти двенадцати лет военное счастье колебалось то туда, то сюда.

В конце концов, одно событие положило конец, как кровавому раздору, так и царствованию Карла в Испании. Однажды в 1711 году, когда его брат, ставший императором Иосифом I, сидел за столом в Хофбурге, он внезапно заболел. Это была оспа, ужасная болезнь, которую он избежал в детстве. Несмотря на все лечебные средства, которые пробовали его врачи, включая самые новые: заворачивать пациента в 20 метров английского шерстяного сукна, Иосиф умер.

Он оставил двух дочерей^[298] и ни одного сына.

Его единственный отпрыск мужского рода умер грудным ребенком, предположительно потому, что его мать не давала забрать его у себя, гордо показывала его в любое время дня и ночи, при этом нежный мальчик задохнулся от дыма чадящих факелов, освещающих замок.

Карл был срочно вызван в Вену. Во Франкфурте он задержался только на то время, которое потребовалось, чтобы его короновали императором Карлом VI.