Туннель был узким и длинным. В высоту — под три метра, а вот в ширину — хорошо если полметра будет. Строители явно не любили перерабатывать, сделав его максимально узким, насколько это было возможно. Даже страшно представить, какая тут может образоваться давка при экстренном побеге большого количества народу.

Стены, обложенные не обтёсанным камнем, покрылись капельками испарений. Туннель тянулся прямо, одной узкой кишкой; факелы, зажжённые нами, доставали на пару-тройку метров вперёд, а дальше — лишь непроглядный мрак.

— Да когда же он уже закончится⁈ — нервно выкрикнула Вержинья, ощущающая, словно сами стены давят на неё со всех сторон.

— Потерпи, ещё немного, — попытался утешить её Плющ, шедший впереди и освещающий путь потрескивающим факелом.

Наконец впереди замаячил свет, отчётливым, тугим жёлтым пучком спускавшийся сверху. Это принесло определённое вдохновение в тела уставшего отряда.

Не сговариваясь, мы ускорили шаг и вскоре добрались до источника света. Им оказался широкий открытый люк. По небу пролетали тяжёлые тучи, но сквозь них всё же пробивались лучи солнца. Свежий ветер дохнул в лицо, и мы спешно заскрипели ступеньями старенькой вертикальной лестницы. Её доски прогнили, но всё же пока держали нагрузку.

Туннель вывел нас под самые стены Пограничного — такие же прочные и монументальные, хоть и сделанные из дерева. Двустворчатые ворота сейчас были открыты настежь, позволяя многочисленным людям вбегать внутрь. Вокруг царила настоящая суматоха.

— Вы последние? Назовитесь! — стражник, коротающий время возле люка, хмуро оглядел нас. В каждом его движении читалась нервозность. Стальной доспех, остроконечный шлем с перегородкой на нос и прямой, поблескивающий сталью меч в руках.

— Командир отряда одарённых — Плющ. Это мой отряд. Выживших в лагере не осталось, мы последние. — командир вышел вперёд, остановившись напротив стражника. Не зря его репутация была известна во многих уголках империи: страж подобрался, поза расслабилась.

— Прошу прощения, что не признал, — кивнул мужчина. — Прошу за мной, вас ожидают.

Нестройной толпой мы поплелись за провожатым. Усталость была дикая, и всё, чего сейчас хотелось, — это просто отдохнуть.

Внутри поселение было таким же мрачным, как и в прошлый раз: такие же пустынные улочки, мощённые гладким камнем, невысокие каменные дома с покатыми крышами. Лишь у самих ворот царила суета, где стягивались боеприпасы, мечи, бочки, оружие, и стражи толпами взбирались на стены.

Наш отряд проследовал за стражем пару кварталов, пока не подошёл к широкому зданию с множеством покатых крыш, словно сростающихся друг с другом.

— Местная администрация, — пояснил стражник. — Вам туда.

Мужчина довёл нас до самых дверей, переговорил с двумя постовыми, удерживающими длинные копья; те кивнули, отступая в сторону, и вскоре мы прошли внутрь.

В отличие от мрачности, царившей снаружи, здесь всё кричало об изобилии, пышности и оптимизме. В обстановке преобладали золотые и серебряные оттенки, полированная, блестящая древесина, коей были оббиты все стены; яркий жёлтый свет от артефактных светильников. Множество картин и гобеленов, статуй и украшений. Одним словом, богатство — вот что встретило нас внутри этого здания. Мы даже замерли от неожиданности.

— Шокированы? — улыбнулся Плющ. — Я тоже впервые обалдел от контраста, это вы ещё местного хозяина не видели.

— Словно в другой мир попали, — буркнул удивлённый Роб.

Здесь не было привычных всем коридоров, лишь сплошные залы, перетекающие один из другого. В каждом из этих залов были дорогие украшения, столы и камины. То и дело мимо проходили патрулирующие здание стражники.

Залы между собой отделялись деревянными дверями; мы прошли четыре таких, прежде чем вышли в очередной, где за большим, длинным столом, выполненным из качественной, полированной древесины, сидел жирный до безобразия, розовощёкий мужчина. Своими маленькими, толстыми пальчиками он отрывал ножку от запечённой курицы, а на его безбородом лице застыли следы топлёного жира.

Он замер, с удивлением, уставившись на вошедших, как в принципе и толпа прихлебателей, трапезничавших тут же и обернувшихся к нам.

Неподалёку от главы стола сидел генерал Макферсон, державший лицо кирпичом и, по всему виду, не сильно довольный вынужденным обществом.

— Плющ, наконец-то. Мне доложили, что ваш отряд увяз на своём фланге.

— Мы с трудом выжили. Почему не было условленного сигнала? — спросил командир то, что волновало многих в отряде.

— Нелепая случайность: трубач был убит случайно брошенным топором орка. Многие из тех, кто должен был отступить, не выжили, — мрачно проговорил генерал.

— Что с лейтенантом? Она…

— Выжила. В момент, когда фронт посыпался, лейтенант Лопас находилась недалеко от меня, ей повезло.

Плющ даже выдохнул. Не было секретом, что они с лейтенантом весьма старые и добрые друзья.

— Хорошо, какие будут указания? — выдохнувший Плющ встал по-военному, готовый к новым подвигам.

— Грядёт новая битва, я в этом не сомневаюсь, так что пока есть время, отдохните, поешьте и пополните припасы. Все соответствующие бумаги находятся у вашего командира; вам выделен домик на пересечении Северной и Колинс.

Всё это время я отслеживал реакции окружающих. Если у основной массы лица были изучающие, то у пухляша оно становилось всё более и более недовольным. Его маленькие глазки бегали от генерала к Плющу, ожидая, что вот-вот его должны будут представить, но этого всё не происходило, что весьма не нравилось круглому. Но он так ничего и не сказал, лишь недовольно сопел и сжимал мягкие кулачки с пышными пальчиками.

Плющ же тем временем стукнул кулаком в грудь и повернулся к выходу. Делать нам тут больше было нечего, так что мы вскоре покинули столь контрастное место.

— Это что ещё было? Что за отвратительный пухляш там сидел? — Иллейв даже не пыталась подбирать слова — до безумия прямолинейная особа.

— А это и есть хозяин данного здания, — усмехнулся Плющ, ловко ориентирующийся на местных улицах. — Я же говорил, что удивитесь.

— То есть это местный бургомистр? — уточнил Роб, откручивая флягу.

— Верно, — улыбаясь во всю ширь, кивнул ему Плющ.

Анжела сидела на ступеньках крыльца, когда мы подошли к выданному нам дому. Её глаза, сперва грустные, враз оживились, и она подскочила, быстро приближаясь к нам.

— Привет, — улыбаясь поприветствовал её Плющ.

— Вот жешь, я думала, вас там давно орки жуют, — пошутила она, подходя ближе и обнимая мужчину.

— Не дождёшься, — Плющ был рад не меньше.

Приветствия затянулись; отряд забурился в дом, решив отметить; я же откланялся. Мне нужно было сходить к артефактору и зарядить опустевший медальон. Капсулы, конечно, неплохи, но мой артефакт куда как бодрее зарекомендовал себя.

Направление мне было знакомо, так что я не стал терять время, закинув в рот остатки пилюль и взмыв в воздух. Потоки ветра привычно хлестнули в лицо. Пограничный оказался как на ладони, так что я быстро, присмотрев нужное место, устремился в его сторону.

Мягко приземлился напротив ничем не примечательного здания с надписью «Артефактная лавка».

«Четыре месяца пролетело, а словно только вчера тут был», — пролетела мысль у меня в голове.

Внутри — всё тот же большой зал, размером в десяток метров в каждую сторону. Вдоль стен установлены широкие стойки с разномастным оружием и артефактами. В этот раз я не стал оглядывать предоставленный ассортимент, тут же направившись к стойке в дальней части здания с пареньком, явно узнавшим меня и широко улыбнувшимся.

— Мой любимый клиент, Пабло Тарлингтон! Наслышан о заварушке на границе, боялся, что вас уже и не увижу, — его широкая улыбка озаряла лицо, а руки вытянулись в стороны, словно он готов был начать обниматься.

— Меня не так просто убить, — подошёл я ближе.

— Я заметил, — он оглядел мой потрёпанный имперский доспех, весь покрытый сажей и кровью, а также обзаведшийся несколькими дырами. — С чем пожаловали на этот раз?