◊ Ангел, наш хранитель, ни о чем столько не радуется, как если когда мы делаем добрые дела — дела милосердия и любви к ближнему, ибо не чем иным, как только подобными делами мы можем быть оправданы на суде Божием. Там вполне увидим мы, как драгоценны и спасительны добрые дела; душа наша радоваться будет о каждом добре, сделанном в этой краткой жизни.

◊ Сребролюбец не имеет покоя душевного, день и ночь он занят мыслью об умножении богатства, страшится за потерю, и когда какой части по обстоятельствам лишается, хотя самой малейшей, то невыразимо страдает и покоя себе не находит, терзаемый злой страстью, о коей не вотще сказал святой Златоуст: «лют недуг сребролюбия». И на суде Божием сребролюбцы будут судимы как идолопоклонники, ибо вместо Бога поклонялись золотому тельцу.

Честолюбие тоже ненасытная страсть. Чем более человек в почете, тем более желает иметь его. Когда видит в ком превосходство, то завистью снедается и мучится, как уязвляемый. По переходе же от жизни временной в вечную наследует он муку нескончаемую, как чуждый Бога и святого Его Евангелия, как усердный исполнитель воли учителя своего, гордого дьявола.

Такие же мучительные последствия производят и другие грубые страсти: объедение, пьянство, сластолюбие и прочее.

Человек за маловременные удовольствия готовит себе самую печальную будущность, преждевременную старость и раннюю смерть, а затем вечное осуждение.

Несмотря на такие гибельные последствия, проистекающие от страстей, люди нынешнего века, к сожалению, поработили себя им: каждый имеет своего мучителя, от коего избавиться возможно не чем иным, как сердечной к Господу молитвой, искренним раскаянием и затем совершенным оставлением греховных навыков.

◊ Сластолюбивая гортань и несытая утроба — стена между Богом и человеком.

◊ При начале всякого доброго дела является препятствие; преодолевай его, с радостью перенося прилучившееся и желая большего.

◊ Человек, живущий благочестиво, — как он покоен, как у него все благоустроено; а проводящие жизнь в страстях — всегда в смущении.

◊ Живущим в многосуетном мире всего необходимее иметь страх Божий, угашающий все греховные страсти, навыки и пожелания. Приобретается страх Божий усердной к Богу молитвой и частыми размышлениями о разлучении души от тела и о будущей участи, неминуемой каждому из земнородных.

◊ Часто случается видеть какое-нибудь насекомое, попавшееся в тенета паука; сколько оно бедное ни силится выпутаться, — не может. Это точное подобие души человека, уловленной дьяволом. Сама она собственными усилиями никак не может освободиться из сетей греховных, но если возопиет от всего сердца к Господу, то Он се избавит.

◊ Младенец, только что начинающий ползать, не имеет ни силы, ни ума, даже послужить себе ни в чем не может, но во всех своих нуждах обращается к родителям и во всем руководится их расположениями, не возражает и не прекословит им, а что понимает — поспешает исполнять. Вот точное изображение человека, полагающего начало спасения души своей. Сам собой он ничего не может ни сделать, ни рассудить правильно, считает, что, полагаясь на свой разум, удобно заблуждается на пути к спасению; а потому, видя свое бессилие, во всем просит помощи Божией и вразумления свыше, и подражает младенческой простоте, покорности, кротости и незлобию. «Аще не будете яко дети, не внидете в Царствие небесное», — сказал Господь (Мф. 18, 3).

◊ «Без Мене не можете творити ничесоже», — сказал Господь (Ин. 15, 5). При каждом благом начинании мы должны испрашивать помощи Божией и благословения Его, так как без помощи Божией мы ничего не можем сделать, а потому все благое, совершаемое нами, мы должны относить к Богу, и Он в день суда Своего все оное отнесет к нам; а если мы что-либо сделанное нами доброе присвоим себе, своим трудам, усилиям, то вместо награды получим осуждение, что ясно изображено в притче о фарисее: он похвалился добродетелями своими и чрез это потерял их. Помнить должно сказанное в Евангелии: «Аще сотворите вся повеленная вам, глаголите: яко раби непотребни есмы».

◊ Когда прикоснется к нам скорбь какая, и мы возомним, что тяжкий крест несем, то приведем себе во ум скорби единородного Сына Божия, ни единого греха не сотворившего, Его предсмертную лютейшую тугу и томление в саду Гефсиманском. Его моление до пота кровавого и Его, наконец, по бесчисленных поруганиях и мучениях, позорное распятие на кресте; прочувствуем все это, то увидим, как окажутся ничтожными все наши скорби в сравнении с скорбями Богочеловека, претерпенными ради спасения нашего. Но мы, неблагодарные, ожесточенные, ни во что вменяем Кровь Христову, только и смотрим что на свои скорби, происходящие от наших грехов, и по неразумию иногда даже ропщем на Бога, тогда как скорби эти спасительны, ибо очищаемся ими от своих грехов.

◊ Скорби выше добродетелей, а болезни выше скорбей, и терпеть их труднее скорбей. За скорби и болезни венцы светлее, нежели за добродетели.

◊ Скорби сего века — удары лозы, наносимые рукой умной матери.

◊ Всякую скорбь и тесноту принимай с благодарением и радостью, как дорогую гостью, и легка будет тебе скорбь твоя, и даже желательно продолжение ее при рассуждении о пользе.

◊ Кто терпит добровольные скорби, тот избавляется тяжких невольных скорбей. Первый подвиг выше, ибо от произволения.

◊ Когда идешь с просьбой к высшему тебя лицу, то ты обдумываешь, как изложить просьбу свою, дабы оная была благоприятно принята. Приступая с молитвою к Царю царей — Господу, подумай, кто ты и кто Тот, Кому ты готовишься предстать.

Во время молитвы все земное должно как бы не существовать для тебя, но если помыслы суетные вторгаются против воли твоей, за это ты не ответишь; именем Христовым гони от себя это бесовское нашествие и будешь награжден за борьбу.

◊ Если ты, молясь, имеешь на кого-либо вражду, то тщетна твоя молитва. Не каждодневно ли ты говоришь: «и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим». Как можешь надеяться на прощение, когда сам не прощаешь?

◊ Дух смирения, покорности, преданности воле Божией привлекает на молящегося благоволение Божие: «на кого воззрю, токмо на кроткаго и смиреннаго, и трепещущаго словес Моих» (Ис. 66, 2).

◊ Не ослабевай в молитве, если и не видишь исполнения твоих прошений. Господь иногда медлит исполнять и полезные наши прошения, дабы мы продолжали наши просительные молитвы, через что показали бы более надежды на Его милосердие, более очистили бы сердце свое от грубых пороков, тем самым сделались бы более достойными Его милосердия.

◊ Если грешник молится Богу, не имея раскаяния и желания оставить грехи свои, то не услышана будет молитва его.

◊ Одного инока враг одолевал перед началом молитвенного правила: его в озноб и жар бросало, разболевался, хоть умереть. Что же он сделал? Ну, говорит, душа, умирать пришло время, помолимся в последний раз и поплачем перед Господом. Стал на молитву и нудил себя. Голова трещит, а он продолжает молитву. Кончил правило, и боль прошла. На другой день опять то же. Тогда боголюбивый инок понял, что это от врага, и уже никогда не оставлял своего молитвенного правила, чем бы ни был отклоняем.

◊ Громоотвод. Если когда (что в прискорбии нередко бывает) ты на кого прогневаешься, то вспомни, что начальник всякого зла — дьявол, он посевает между людьми раздоры и вместо того, чтоб гневаться на ближнего, обрати твой гнев на того, кто главная причина всех зол. Человек нередко бывает слепым орудием духа злобы, а потому заслуживает снисхождения и сожаления.

◊ Быть гневливым и раздражительным есть не что иное, как наказывать себя за чужие глупости.

◊ Страсти наши подобны пламени, худо загашенному, — всегда могут возгораться и даже произвести пожар.

◊ Будем бороться с собою, чтоб не тиранствовал над нами гнев и не властвовала похоть. Будь готов всегда сказать с святым апостолом: «умерщвляю тело мое и порабощаю».

◊ Слышим — сегодня помер тот, завтра другой, а послезавтра, быть может, слух пройдет и о смерти кого-либо из нас, а живем мы так, как будто и умирать не будем. Отчего такая беспечность? Без сомнения, от увлечения миром и суетностью его, поглощающей всю нашу жизнь, завладевшей и умом и сердцем и всем нашим существом. Мы, как пленники греха, усердно ему работаем, его волю исполняем; грех царствует в нас, действие его мучительно: мучится сребролюбец от зависти, что у других больше, или от боязни за потерю своего кумира; мучится честолюбец, видя других в большей, нежели он, чести; мучится сластолюбец, потерявший здоровье от неумеренного наслаждения благами жизни; и так все рабы греха мучатся в этой временной жизни, будут мучиться вечно и за пределами гроба, если не принесут истинного покаяния.