Старец советовал все новые вещи и продукты освящать святой водой, перед сном окроплять келию (комнату). Утром, выходя из келии, он всегда окроплял себя святой водой.
Преподобный ежедневно причащался святых Христовых Тайн и указывал, что причастие — это Пасха, благословляя после причащения читать пасхальный канон.
Преподобный Кукша имел великую любовь и сострадание к людям. Святой апостол Павел пишет, что «любы николиже отпадает» (1 Кор. 13, 8). Поэтому старец говорил, уповая на милость
Божию к нему в жизни будущего века, чтобы после кончины его приходили на могилку и все ему, как живому, говорили, изливая печали и нужды. И действительно, всякий, приходящий с верой к месту его земного упокоения, всегда получал утешение, вразумление, облегчение и исцеление от болезни по его богоугодным молитвам и предстательству.
Поучения батюшка произносил краткие, но заключавшие в себе все, что каждому вопрошающему необходимо ко спасению. А это невозможно без ведения воли Божией. Поэтому говорил старец не от человеческой мудрости, а при содействии благодати Святого Духа, просвещающего его.
Преподобный несомненно имел дар прозорливости. Однажды один генерал, переодевшись в штатскую одежду, приехал в Почаевскую лавру и смотрел с любопытством, как исповедует преподобный. Старец подозвал его к себе и беседовал с ним некоторое время. Отошел от старца генерал очень бледный, крайне взволнованный и потрясенный, спрашивая: «Что это за человек? Откуда он все знает? Он обличил всю мою жизнь!»
Когда преподобный был в Иоанно-Богословском монастыре, он послал свою духовную дочь В. посмотреть место, где можно построить большой корпус для множества монахов. Она пошла и по молитвам старца нашла хорошее место на горе, прямо над монастырем. Вернувшейся В. старец сказал, что там будет большой монашеский корпус, и что он должен приготовить место. Предсказание его начало сбываться спустя тридцать лет: после возвращения монастыря Церкви новое поколение монахов, не знавшее старца и его предсказания, начало строительство храма и монашеского корпуса на том самом месте, о котором шла речь.
В городе П. жили духовные чада старца — И. с молодой дочерью М. Года через полтора М. решила выйти замуж и спрашивала через свою подругу старца о венчальной одежде. Старец ответил: «Никогда М. замуж не выйдет!» Пришедшая сказала, что у молодых уже все готово к свадьбе, осталось только сшить венчальное платье и после Пасхи они будут венчаться. Но старец снова уверенно повторил: «М. никогда замуж не выйдет». За неделю до свадьбы у М. вдруг начались эпилептические припадки (чего раньше с ней не случалось), и испуганный жених немедленно уехал домой. Через несколько лет М. и ее мать приняли.
К старцу часто приезжала его духовная дочь Е. Она была научным работником — химиком, а ее муж — горным инженером. Муж был некрещен, и она очень скорбела об этом и даже хотела разойтись с ним, но старец велел ей терпеть и молиться, уверяя, что ее муж будет христианином. Уже после смерти старца она поехала в Псково-Печерскую обитель и уговорила мужа проводить ее туда. В Печерском монастыре есть Богозданные пещеры, где погребают усопших монахов. Е. предложила мужу посмотреть на гробы, которые здесь по обычаю не закапывают, а ставят один на другой в пещерах. Когда муж Е. увидел своды пещер, он, как горный инженер, был поражен тем, что сыпучий песчаник веками не осыпается, держится как камень и обвалов не происходит. На него такое явное чудо произвело необыкновенное впечатление. Он понял, что песок держится только силой Божией, и пожелал немедленно креститься, а потом повенчался с женой, и по-детски был предан Богу и духовным отцам.
Одна женщина приехала к старцу со своей скорбью: в молодости ее выдали замуж в старообрядческую семью, детей ее крестили старообрядческие священники, и она считала, что это крещение недействительно. Она хотела узнать у старца, как ей теперь перекрестить своих взрослых детей. Со слезами подошла к двери келии преподобного (в Почаеве), а он выходит ей навстречу, благословляет и, не дав вымолвить ни слова, говорит: «Не плачь! Крещеные твои дети, крещеные!»
Раба Божия В., жительница Одессы, рассказывала, что однажды к ней приехала на время внучка ее сестры, девочка лет пятнадцати. Вдруг через два дня В. получает телеграмму от своей сестры (бабушки той девочки), чтобы девочка немедленно возвращалась домой. Удивленная и встревоженная В. с телеграммой поспешила к преподобному узнать причину вызова девочки. На ее вопрос старец смиренно сказал: «Я не прозорливый». Но В. продолжала просить об ответе. Тогда старец стал рассказывать В., что родители девочки (племянник В. с супругой) поехали ловить рыбу и, как выразился старец, «к рыбам попали», то есть погибли в воде, и добавил, что племянницу обнаружат в воде через пять дней, а племянника через девять, причем назвал их по именам, никогда их не зная. Впоследствии все подтвердилось так, как об этом рассказывал старец.
Как-то старец стоял, окруженный народом. К ним приближался молодой человек, у которого была супруга и двое детей. Вдруг батюшка позвал его: «Иеромонах!» Тот, протиснувшись через людей, сказал, что женат и у него двое детей, но батюшка снова назвал его иеромонахом и просил благословения. Впоследствии, когда супруга упокоилась и дети определились в жизни, этот человек стал иеромонахом.
Одна благочестивая девица просила батюшку благословить ее на монашество, но старец благословил ее на замужество. Велел ей ехать домой, сказав, что там ее ждет семинарист, и Господь благословил ее многочадием — было у нее семеро детей.
Батюшка как-то сказал архимандриту Михаилу, настоятелю Иоанно-Богословского монастыря: «Возьмем сумочки и поедем в Почаев умирать». После расформирования монастыря отец Михаил был назначен на приход. Вскоре он собрался съездить в Почаевскую лавру, взял сумку и приехал в Почаев. Вечером ему стало плохо, его постригли в схиму, назвали Митрофаном, и он скончался.
Духовная дочь старца Т, однажды придя к нему, застала его расстроенным и скорбным. Т. спросила причину такого его настроения. Старец печально ответил: «Брат умер, умер брат…» — и стал собираться в храм. После литургии, встретив Т., старец сказал: «Сейчас в алтаре мне подали телеграмму — умер мой брат» (Иоанн). Асам еще до получения телеграммы знал об этом. Он духовными очами прозрел кончину своего родного брата и печалился о нем.
Схимонахиня А. вспоминает:
«В 1961 году я хотела поступить в женский монастырь, но в то время войти в число насельниц обители было очень тяжело, препятствовали власти. Я устроилась на работу в трапезную Одесской Духовной семинарии. Жила на квартире. Очень хотела быть духовным чадом отца Кукши. Узнала, где живет батюшка. Подошла к двери келии и стала стучать. Долго дверь не открывалась, я уже думала, что не примет меня старец. Но потом, открыв дверь, я увидела батюшку, стоявшего перед иконами. Старец, ранее не знавший меня, сказал: „Иди, мое чадо духовное, иди“. Он принял меня в свои духовные чада, дал советы, наставления, благословил в праздничные дни причащаться.
Однажды в праздник святого апостола Иоанна Богослова, отстояв раннюю литургию, я не причастилась святых Тайн, так как не готовилась. После службы увидела батюшку, благословляющего народ. Я тоже подхожу под благословение, но он не благословил и сурово сказал: «Ты что сегодня не причащалась? Что, за ручку надо водить?» Этим он обличил меня за непослушание и показал свою прозорливость, ведь он не видел, кто подходил к святой чаше. Я попросила прощения, и старец благословил прочитать правило ко причащению и причаститься за поздней литургией».
«Я по какому-то делу зашла к нему, — продолжает матушка А., — а он говорит, что напротив Никольского храма сидит человек полный, в шляпе, такой голодный, голодный, и чтобы я ему передала пищи.
Я вышла с едой, и действительно, напротив Никольской церкви сидит тучный мужчина в шляпе. Я подошла и сказала, что батюшка Кукша передал ему еду. Он удивился этому, заплакал и сказал, что он действительно три дня уже ничего не ел и так обессилел, что не может подняться со скамейки. Оказывается, у этого человека на вокзале украли вещи и деньги. Стыдно было ему просить, и он находился в сильном унынии. Долго удивлялся он прозорливости старца.
